Мистерия иллюзий

Автор: Елена Саммонен

Читайте в журнале Покет-Бук Пролог, Главу 1, Главу 2, Главу 3, Главу 4, Главу 5, Главу 6, Главу 7, Главу 8, Главу 9, Главу 10, Главу 11, Главу 12, Главу 13, Главу 14 романа "Мистерия иллюзий"

Глава 15

Тайна Жанны

За два месяца, что прошли под крылом мистера Баркера, братья Ярвинены успели побывать в Саме-Тауне, Грин-Хилле, Ливернуле, Литлфорде, Мэринг-Лайне, Лондоне и других городах Великобритании. Каждый раз их встречали с трепетным ожиданием чуда –поначалу, люди не очень тепло относились к ним, но вскоре это прошло. Зрители, привыкшие к тому, что их развлекает на протяжении стандартных двух часов один и тот же человек, с трудом смогли принять тот факт, что отныне мистер Баркер предстает перед ними всего-лишь на полчаса, в то время, как остальные полтора их развлекало трио молодых иллюзионистов – его учеников. Но, как оказалось, публика любит не так зрелищность, как красоту и юность – это в дальнейшем и стало визитной карточкой братьев, особенно красавчика Йоханнеса, который, сам того не желая, затмевал своих родственников яркой харизмой и потенциалом лидера. Ярвинены были счастливы – отныне они занимались любимым делом в окружении приятных людей и еще получали за это неплохие деньги. За это время Магистр ни разу не обидел их гонораром – как он обещал выплачивать им семьдесят пять процентов от своего заработка, так и делал. Но, несмотря на то, что у них складывалось все как нельзя лучше, братья чувствовали некую душевную опустошенность: Ильмари скучал по невесте, которую ему доводилось видеть не так уж часто, Йоханнес тайно мечтал вновь предаться любви с милой Жанной, а Элиасу хотелось снова встретиться с Лэттис, с которой он расстался в тот день, когда навсегда ушел из театра. Конечно же, все, кроме Йоханнеса, очень хотели встретиться со своими домочадцами – Элиас мечтал отведать маминого лейпяюусто, проще говоря, сырного хлеба, Ильмари хотел подурачиться с Аннели, которая, будучи взрослой женщиной, любила повеселиться, уподобаясь девочке-подростку. Он с радостью бы понянчился с маленьким Юхани… И лишь Йоханнес старался меньше вспоминать о семье. В то время, как его братья быстро привыкли к тем, кого не видели долгие семь лет, он так и не смог этого сделать и за полтора года. Мама, судя по всему, не очень стремилась к сближению с ним и отвергала любые его попытки. Она была не так ласкова с Йоханнесом, как со всеми остальными своими детьми. Он старался понять ее – да, трудно дарить любовь всем шестерым своим детям в равном количестве. Но так порой хотелось придти к ней вечером, когда она ложилась спать и просто обнять ее, почувствовать это прекрасное тепло, которое, пожалуй, не могла ему дать даже Жанна. Иногда Йоханнес вспоминал, как в детстве его перед сном целовал отец, а потом – Нелли Баркер. Раньше это было так обыденно и непримечательно, а теперь, когда Йоханнес стал взрослым, ему стало не хватать этих нежностей и от этого становилось так холодно и пусто…

В канун Рождества им удалось вырваться на несколько дней в родные места. Они расстались с мистером Баркером на вокзале Нью-Роута, когда им было пора выходить, а ему предстояло ехать до Грин-Хилла, где Адам планировал встречать этот светлый праздник в кругу семьи. Братья, ступая ровным шагом по замерзшим дорогам города, решили зайти в магазинчик госпожи Робсон, который работал до одиннадцати вечера и собирался через двадцать минут закрываться. Ильмари хотел купить подарки для Жанны и ее матери, для которых Рождество, как и для них, было священным праздником. Элиас воздержался от растраты денег – ему, в отличии от брата, некому было приподносить презенты, ведь мама и сестры не были христианками и этот праздник был не для них. Йоханнес, будучи разумным человеком, конечно же, купил подарок для любимой девушки заранее во избежание лишних вопросов, ведь братья наивно полагали, что после расставая с Кейт, о котором они узнали недавно, их брат больше не имел отношений с женщинами и уж тем более, с невестой Ильмари.

Оказавшись дома, они к своему удивлению обнаружили, что в гостиной стоит ель! Дерево было украшено блестящей мишурой, его ветви отягощали сладости, разноцветные стеклянные шары и зажженые свечи, означающие ангельскую чистоту. А верхушку увенчала красная фигурка в виде Вифлеемской звезды. Для дома Ярвиненов это было очень необычным явлением, ведь христианство вошло сюда лишь тогда, когда братья с распятиями на шеях, вернулись в это языческое жилище. Тогда мама была очень недовольна – она даже пыталась насильно обратить их в язычество, но, когда стало понятно, что их вера сильна, она отступилась, хоть и осталась при своем. Однако, им даже в голову не приходило год назад принести в дом ель. Зато миссис Бредберри, ревностная католичка, смогла убедить Маритту, чтобы та позволила им с Жанной нарядить хвойное дерево в канун их праздника. »Маритта, дорогая моя, нашим мужчинам будет приятно вернуться в дом, где царит праздник.» – говорила она. – «Давайте хоть раз в жизни сделаем так, как хочется им, а не вам.»

– Наши волшебники вернулись, слава Велунду! – бежала им навстречу Тарья. Она уже давно забыла о том, как ей однажды попало от Ильмари и Йоханнеса в конюшне и простила их.

– Два месяца где-то были, а мы, между прочим, скучаем по вам, – говорила с улыбкой Аннели, встречая их на крыльце.

– Надеюсь, мы загладим свою вину, если скажем, что привезли с собой кучу денег и готовы поделиться, – говорил Элиас, находясь в объятиях сестры.

– Ландыш! – в этот момент на руки Йоханнесу запрыгнула Тарья. – Я требую, чтобы ты мне показал фокус!

– Я обязательно сделаю это, но чуть позже, – улыбнулся он. – Потому-что мои руки заняты тобой, а ногами я не умею.

После недолгих церемоний около дома, их пригласили к столу. Мама потчевала их финской едой, от которой они, находясь в кругу англичан, снова отвыкли.

– Как вы красиво одеты… – говорила она обо всех своих сыновьях, но глядя на одного лишь Ильмари. – Не часто в нашем селении можно встретить таких щеголей.

– А мы сейчас переоденемся, чтобы не отличаться от остальных, – сказал Элиас. – Мы за равноправие.

– Расскажите же, как вам шотландские земли? – попросила миссис Бредберри. – Говорят, позавчера вы были в Мэринг-Лайне?

– Сказать ничего не можем, – ответил Элиас. – Весь день мы были в помещении и погулять по городу не успели, а после выступления, сразу по возвращению в гостиницу, легли спать. На следующий день мы уже были в Ливерпуле.

После позднего ужина большинство домочадцев разбрелось по своим комнатам – Элиас, устав от долгой поездки, решил отойти ко сну, Ильмари, соскучившись по Аннели, ненадолго уединилсся с ней, чтобы обсудить последние новости Лэнд-Крика. Тарья, требующая чудес, привязалась к Йоханнесу, которому нетерпелось побыть с Жанной. А Маритта и миссис Бредберри вскоре присоединились к Ильмари и Аннели, чтобы расспросить поподробнее своего «дорогого чародея» об их с братьями путешествиях.

Жанна ушла в темную гостиную, в которой волшебными бликами переливались желтые огни свечей, отражающиеся в красных, голубых, зеленых, розовых стеклянных шарах, украшающих рождественскую ель. С первого этажа доносился аромат мятных пряников, которые они пекли с матерью к ужину. По всему второму этажу витал свежий аромат хвои и омелы. Кстати, развесить венки из омелы по всему дому, как ни странно, была идея миссис Ярвинен – оказывается, это растение означает символ мира у скандинавов. Маритта сказала, что веткой омелы коварный Локи убил бога весны и цвета Бальдра. «Да уж, символ мира, когда ею друг друга убивают…» – подумала тогда Жанна. Но для нее существовало лишь одно поверье, связанное с омелой – если под ее венком поцеловаться, то этот поцелуй будет самым чистым и непорочным. Девушка устроилась в мягком кресле-качалке, укрывшись теплым пледом. Она созерцала красоту грядущего Рождества, которое наступит уже через полчаса. Но даже эта прекрасная праздничная обстановка не может утешить ее… Жанна попала в западню Судьбы, которая, вероятнее всего, плохо скажется на ее дальнейшей жизни. Все началось месяц назад, в двадцатых числах ноября. В последнее время Жанна плохо чувствовала себя – ей постоянно не хватало воздуха, у нее темнело в глазах. Она часто клевала носом – ее все время клонило в сон. И как-то странно болело внизу живота… А в ноябре Жанна обнаружила, что пропорции ее тела немного нарушились. Она молчала о своих недомоганиях. Девушка обладала дурной привычкой – она почти никогда никому не говорила о том, что ее беспокоит и сейчас утаила свое состояние от матери, тайно посетив доктора Брэбема, который жил в одном из районов Нью-Роута. Она могла бы сходить к доктору Спанжену, но побоялась, ведь мама хорошо его знает. Брэбем, осмотрев ее, лишь улыбнулся и сказал: «Выбирайте имя для своего чада, только поторопитесь до июня, иначе он или она родится, а вы даже не будете знать, какое дать имя.» Жанна, доселе непосвященная в тайны зарождения жизни, будучи воспитанной в строгой семье, где о подобном, конечно же, не говорили, была убита этой новостью. Ильмари, едва узнав об этом, конечно же бросит ее, отрекшись от неверной избранницы, а Йоханнес, скорее всего, не сильно обрадуется, узнав, что станет отцом, ведь он, наверное, воспринимает ее лишь как любовницу, утешительницу в трудные минуты и развлечение в час скуки. Но нет, он же любит ее… Жанна, конечно же, свято верила ему до тех пор, покуда в ней не начинали подавать свои голоса почтенные господа Разум и Предрассудок. Но она продолжала надеяться, что ее искренние чувства взаимны. Вот уже месяц девушка туго утягивала себя лентами корсета, боясь, что домочадцы могут что-то заподозрить. Но рано или поздно правда всплывет на поверхность и тогда позора ей не избежать. Мать разочаруется в своей, как ей сейчас кажется, праведной дочери, а Ярвинены, конечно же, просто посчитают ее падшей женщиной. Но почему любовь, это светлое и неземное чувство, превратилось в упавший на землю, слившийся с грязью, звериный инстинкт? Нет, она не должна была поддаваться очарованию прекрасного Йоханнеса… Ей следовало вовремя пресечь его попытки сблизиться с ней. Но такова уж природа человека: находясь в смятении, он умышленно ступает на неверный путь, надеясь, что все обойдется. Но, как правило, надежды оправдываются очень редко.

В этот момент в гостиную зашел Ильмари. Он присел на полу, обняв ноги Жанны и положив голову на ее колени.

– Я так скучал по тебе, любовь моя, – проговорил Ильмари, поцеловав ее руку. – Два месяца изо дня в день я видел лишь своих братьев, учителя и тысячи незнакомых физиономий, которые мелькали в зрительных залах… Боюсь, что после этого я ослепну, не отводя глаз от тебя, дорогая.

– А ты не смотри на меня, Солнце. Я такая же, какой была два месяца назад, – говорила Жанна, поглаживая его по голове.

– О, Жанна! Я так жду августа! – признался Ильмари, случайно задев рукой ее живот. Жанна, испугавшись, оттолкнула его руку. – Извини. – виновато проговорил он, но потом продолжил в прежнем тоне. – Знаешь, я уже считаю месяцы. К июню я, верояно, заработаю достаточную сумму, чтобы купить для нас домик в Грин-Хилле. Подумать только, уже к началу сентября мы будем жить вдвоем, покинув этот дом, напоминающий гудящий улей.

Жанна всегда принимала подобные заявления Ильмари за лукавство. Нет, он не может быть искренним. Сейчас он говорит, что с нетерпением ждет свадьбы, а потом, едва очутившись вне дома, начнет флиртовать с другими девушками. Такова уж природа Ильмари – в нем кипела энергия, требующая выхода и он, даже при всем желании быть примерным семьянином, не сможет хранить ей верность. Равно как и она ему, будучи влюбленной в его брата.

– Да, дорогой, я тоже очень жду дня нашей свадьбы, – слукавила она.

– А когда у нас родится первенец, я позову через семь лет в качестве крестного Йоханнеса… – мечтательно проговорил Ильмари. – Думаю, он будет очень рад.

Жанна невольно вздрогнула.

– Да, конечно… Он очень обрадуется… – проговорила Жанна, вскочив с места.

– Ты куда? – произнес Ильмари, растерявшись. – Я чем-то обидел тебя?

– Нет, все в порядке… – промолвила девушка. – Просто я устала… Мне лучше идти к себе.

И она убежала в свою спальню, оставив жениха в недоумении. «Что я такого сказал?» – подумал он. – Жанна сегодня явно не в себе…»

Девушка, очутившись у себя, вдруг ясно осознала, что ей нужно срочно поговорить с Йоханнесом. Быть может, он поймет ее и примет то, что произошло? Во всяком случае он должен знать… Но Жанна не решилась сама идти к нему. Сегодня он, очевидно, очень устал, ему не до разговоров в столь поздний час… Однако, Йоханнес сам пришел к ней.

– Доброй ночи, Жанна, – проговорил он, зайдя к ней. – С Рождеством тебя, моя милая.

Йоханнес вручил ей изящный флакон духов, после чего крепко прижал ее к себе.

– Когда я буду далеко, вспоминай обо мне, глядя на эту коробочку. Ну а парфюм, я думаю, должен понравиться тебе – я подбирал его с особым трепетом, ведь, как оказалось, сочетание фиалки и вишни в одном парфюмерном букете – явление довольно редкое. – проговорил Йоханнес, – Мне тебя очень не хватало эти два месяца.

– Я тоже очень скучала по тебе, Йоханнес, – Жанна пыталась казаться радостной, но глаза-предатели, в которых читались тоска и безысходность, сразу же выдали ее.

– Ты очень печальна, Жанна, даже в такой день, – промолвил он. – Скорбишь по отцу, да?

– Да, – опустила глаза Жанна. – Он так и не появлялся… Наверное, мы так и не найдем его.

– Нужно верить в лучшее, – говорил Йоханнес. – Все еще образуется, дорогая.

– Не думаю… День ото дня все хуже и хуже…

– Быть может, хотя бы сейчас я смогу тебя утешить? – прошептал он и прикоснулся к ней, наградив поцелуем, которого так жаждали оба.

– Йоханнес,я должна тебе кое-что сказать…– проговорила она и судя по тону Жанны,Йоханнес понял,что это серьезно.

– Я слушаю тебя, – проговорил он.

– Йоханнес, я не знаю, вовремя ли я заговорила об этом… – Жанна была в смятении. – И полагаю, что это не очень обрадует тебя…

– Так что же ты хочешь мне сказать? – нетерпеливо спросил он. – Не искушай меня.

– У меня будет ребенок, – свинцовым шаром слетело с ее губ.

– Что?! – Йоханнес изменился в лице. – Надеюсь, не от Ильмари?

Жанна не ожидала услышать имя своего жениха во фразе Йоханнеса. Напротив, она ожидала услышать то, что в подобных ситуациях говорят все любовники.

– Нет, – растерянно проговорила Жанна. В ее душе зародилась надежда на благополучный исход этой истории.

– О, это все так… Неожиданно, – промолвил Йоханнес, присев на кровать и растерянно начав смотреть по сторонам. – Не могу сказать, что я не рад… Но мы только начали свою карьеру, которая так блестяще складывается, а тут…

– Так и скажи, что я тебе больше не нужна, – Жанна по тону Йоханнеса решила, что отяготила его.

– Что за глупости? Это отличный повод, чтобы сорвать вашу с Ильмари свадьбу и устроить тебе ее досрочно, только уже со мной, – сказал в сердцах Йоханнес. – Не думаю, что ты очень хочешь стать его женой.

– Ты это серьезно? – оживилась девушка.

– Сейчас не время шутить, – ответил Йоханнес, подойдя к ней и взяв ее за руку. – Я хочу жениться на тебе.

– Но что скажут твои близкие? Тебе же не простят…

– Мне все равно, – ответил он. – Я хочу быть с тобой и надеюсь, что это взаимно.

– Да, конечно, – искренне ответила Жанна.

– Двадцать седьмого декабря мы снова уедем, но не надолго – тридцатого уже будем дома. Я постараюсь за это время подыскать для нас дом или хотя бы комнату – тебе нельзя больше оставаться здесь, – сказал Йоханнес. – А потом видно будет.

Он только сейчас обратил внимание на тугой корсет, сковавший ее тело. Обычно Жанна носила платья со слабым корсетом.

– Это еще что такое?! – проговорил он, дернув за ленту. – Разве так-то можно?! Ему же больно!

– Но Йоханнес… Без корсета все поймут…

– Это не повод истязать себя и ребенка, – говорил Йоханнес, разрезая ленты перочинным ножом, что нашелся в кармане его брюк. – Старайся не выходить из спальни и сиди на замке, чтобы никто не зашел. А если нужно будет выйти, скажем, к столу – надевай что-нибудь с корсетом.

Такое отношение Йоханнеса к ней понравилось Жанне. Значит, он правда любит ее! Иначе, он не был бы так заботлив… В этот момент Жанна поняла, что совершила бы великую ошибку, если бы отвергла его. Не факт, что с Ильмари ее ждало бы то же самое. Но не стоит обольщаться. Слова сказаны, а дело еще не сделано… Хотя какая разница! Жанна носит ребенка от любимого человека, а остальное – формальности.

– И все равно, с кем бы ты не осталась, тебе суждено быть госпожой Ярвинен, – с улыбкой проговорил Йоханнес, заключая ее в свои объятия.

С 5 марта новые главы романа "Мистерия иллюзий" будут публиковаться два раза в неделю по вторникам и пятницам.

Нравится роман? Это результат кропотливого труда. Помогите автору освободить время и создать условия для работы. Поддержите творчество Елены Саммонен денежным переводом с пометкой "Для Елены Саммонен".