Народы Дарунских гор (Тиерия)

14 January 2018

Автор: Анастасия Морозова

Предыдущие главы романа "Тиерия": Глава 1, Глава 2 , Глава 3, Глава 4, Глава 5, Глава 6, Глава 7, Глава 8, Глава 9, Глава 10, Глава 11

Глава 12. Народы Дарунских гор.

Вокруг всё было покрыто мягким пушистым снегом, сюда ещё никогда не ступала нога обычного тиерца. Вдалеке виднелись горы пониже. Их было очень много. Было такое чувство, что со всех сторон нас окружает неровный белый забор с разнообразными кривыми острыми зубьями. Ничего, кроме гор, видно не было. Мы улетели очень далеко, а ведь я думала, что эта гора совсем близко. Я посмотрела вниз. Стало немного не по себе. Высота вершины была не меньше пяти тысяч метров. Дышать было тяжело. Голова слегка кружилась. Мне трудно было понять, зачем нас перенесли на гору. Здесь нет ничего, кроме снега. Да и Херокс со своими ниверами видели, в каком направлении мы полетели, и через некоторое время они могут оказаться здесь. Я посмотрела на птиц, принёсших нас на гору. Самая крупная и яркая птица встала в самом центре вершины горы и превратилась в того самого человека с длинными волосами, который сказал нам садиться верхом. Явно предугадывая мой вопрос, он сказал:

– Не слезайте. Я сейчас открою проход в наши земли. Держитесь крепче, полёт будет не самым приятным.

После этих слов он сделал руками пасс, словно начертил в воздухе невидимый круг. Сразу же под его ногами разверзлась каменистая поверхность, и мужчина, мгновенно обернувшись в птицу, полетел с невероятной скоростью вниз. Я не успела даже глазом моргнуть, как вся остальная стая последовала за своим вожаком. Я что было силы вцепилась в перья своего орла. Мы летели так быстро, что я боялась даже открыть глаза. Трудно сказать, сколько времени продлился полёт. Мне казалось, целую вечность. Но вот мы приземлились в центре какой-то пещеры. Я сразу же решила ступить на твёрдую поверхность. В тот момент я была уверена, что теперь никто и никогда не заставит меня сесть на какое-либо животное, умеющее подниматься над землёй выше чем на пару метров. Папа, Рок и Тэрла последовали моему примеру. Как только приземлилась последняя птица, вся стая сразу же превратилась в людей. Передо мной стояли несколько мужчин и женщин с очень необычной внешностью. У всех были длинные чёрные или каштановые волосы с лёгкой волной. Глаза были тёмно-карими или песочного цвета. Высокие скулы, небольшой рот и длинная шея делали вид людей-птиц очень аристократичным. Они были бы похожи на обычных тиерцев, если бы вместо носа у них на лице не красовался большой орлиный клюв.

Я посмотрела вокруг. Стены пещеры были покрыты различными наростами, сверху свисали красивые сталактиты разнообразных форм, снизу росли сталагмиты. Подняв голову вверх, я попыталась понять, какое расстояние разделяет вершину горы и низ пещеры. Но у меня сразу же закружилась голова. Пропасть, в которую мы влетели, была бесконечна. Пещера была достаточно просторной, но нигде я не видела ни одного коридора или какого-то прохода.

Неожиданно тот самый мужчина, который открыл проход внутрь горы, подошёл к Рокату и обнял его. Рок расплылся в широкой улыбке и ответил на объятия.

– Не думал я, что когда-нибудь ещё раз вас увижу! Когда к нам прилетели Сула с раненым Питом, я не поверил своим глазам. Они сказали, что вам грозит смертельная опасность, и я тут же вызвался вам помочь! Хорошо, что мы успели вовремя! Здесь вы будете в безопасности. Никто не сможет открыть проход в наши земли, кроме народа орлиев. Папа с нетерпением ждёт вас во дворце! Кстати, Елия тоже будет очень рада тебя видеть! – сказал мужчина с длинными каштановыми волосами. В последнюю фразу он явно вложил дополнительный смысл. И мне это очень не понравилось. Даже не зная, кто такая Елия, и что это за народ орлиев, впервые в жизни я почувствовала ревность, и это было неприятно.

Рок немного отстраняясь от своего собеседника сказал:

– Юстин, я тоже очень рад снова тебя увидеть. Значит, Сула и Пит смогли до вас добраться? Как он? Рана очень серьёзная?

Мужчина тут же помрачнел и с явным сочувствием произнёс:

– К сожалению, да. Наши врачи бессильны что-либо сделать. Вся надежда на Сулу. Она не отходит от Пита ни на минуту. Всю свою силу она передаёт ему. Но ей так и не удалось привести его в сознание. Её силы на исходе. Но мы надеемся, что чудо всё-таки произойдёт и Пит поправится, – сказал Юстин и подойдя к стене пещеры положил руку на сталактит в виде длинного острого меча. Вместо холодной влажной стены сразу же появились высокие золочёные ворота в виде переплетающихся между собой прутьев – стеблей тонкой лозы с маленькими серебряными цветочками.

– Но пойдём те же скорей, отец совсем уже заждался! – сказал Юстин и первым вошёл в ворота. Мы пошли следом за ним.

Как только в проход вошёл последний из людей-птиц, ворота тут же закрылись. Я посмотрела вперёд и не удержалась от восхищённого вздоха. Вместо сырой серой пещеры передо мной открылся прекрасный подземный город.

Мы стояли посреди широкой улицы, под ногами у нас была плитка из ярко жёлтого мрамора с чёрными разводами причудливой формы. Было темно, но по краям улицы стояли необычные фонари: высокие, в два человеческих роста павлины, перья и раскрытый хвост которых светились одновременно белым, жёлтым и красным светом. Город выглядел ярким и нарядным. Там, где заканчивались дорожки из жёлтого мрамора, начинались ухоженные лужайки с необычной серебряной травой. Везде были клумбы с синими и красными цветами. Клумбы были разнообразных форм: сердечки, квадратики, овалы, треугольники. Некоторые клумбы насчитывали несколько ярусов. Между клумбами были проложены дорожки из зелёного мрамора разных оттенков, которые вели к домам, где жили люди-птицы. Дома больше напоминали огромные цветные скворечники, нежели обычное жилище. Острые крыши плавно переходили в стены. Трудно было понять, где начинается одно и заканчивается другое. Дом был выкрашен в один цвет: причём каждый дом имел свой неповторимый оттенок. Красные, синие, жёлтые, розовые, зелёные дома разных оттенков были построены в несколько рядов. От такого разнообразия рябило в глазах. У каждого дома была дверь в виде большого контура птицы. А над дверью находилось огромных размеров окно, ставни которого были украшены золотыми и серебряными лианами с маленькими разноцветными цветочками. Всего в доме было два окна, расположенных друг напротив друга. В итоге, было видно всё, что происходило в необычном жилище. Вокруг было столько ярких красок, что было больно смотреть. Мы вышли на центральную площадь, напоминающую огромный круг. В центре находился большой фонтан в виде стаи птиц, разлетающихся в разные стороны, все птички были соединены золотыми тонкими изогнутыми трубочками. Изо рта каждой птицы текли струи разноцветной воды. От фонтана в разные стороны расходились четыре главные улицы. В конце одной улицы виднелся прекрасный дворец. Он очень выделялся среди всего этого пёстрого великолепия. Дворец был построен из камня нежно-голубого цвета. По краям возвышались две высокие башни с плоскими крышами и острыми зубьями по краям. В самом центре башен были установлены фигуры двух гигантских орлов. Скульптуры были выполнены из тёмно-синего мрамора. Орлы стояли с раскинутыми в сторону крыльями и смотрели друг на друга. Между самыми высокими башнями находилось ещё три башни пониже с острыми крышами. Окна были вытянутыми, прямоугольной формы. Несмотря на то, что дворец был одного цвета, он не казался блёклым, потому что башни, ставни окон, выступы были разных оттенков, поэтому каждая деталь чётко просматривалась и привлекала к себе внимание.

Перед входом во дворец стояла стража: двое высоких мужчин с клювом вместо носа в ярко-жёлтых доспехах и с длинными копьями в руках. Когда мы подошли к страже, то, увидев нас, те низко поклонились и разошлись в стороны, пропуская нас во внутрь. Мне в глаза ударил яркий резкий свет. Почему-то здесь было очень светло, словно днём, а ведь до того, как мы вошли во дворец, была непроглядная тьма, которую рассеивал лишь свет необычных фонарей. Пройдя мимо цветущего сада с плодовыми деревьями и большим количеством густых зелёных кустов, выстриженных в виде силуэтов разнообразных птиц, мы вошли во дворец. Мы шли по узкому коридору, освещённому факелами, и вскоре попали в большой просторный зал. Посреди зала стоял огромный трон, на котором сидел пожилой мужчина с длинными чёрными волосами и большим орлиным клювом. На голове у него красовалась большая корона, украшенная драгоценными камнями. Сразу было понятно, что перед нами король необычного народа, умеющего принимать облик птиц. Когда мы вошли, мужчина посмотрел на нас карими умными глазами, а взгляд был таким острым и величественным, что сразу захотелось опустить голову вниз в почтительном поклоне. Впереди шёл Рокату. Как только он подошёл к подножию трона, хозяин дворца встал и по-дружески его обнял.

– Как жаль, что нам приходится встречаться при таких печальных обстоятельствах. Но всё равно, я очень рад видеть тебя, Рокату!

– И я рад встречи, Ямин! Сколько ж мы с тобой не виделись? Наверное, целую вечность, – ответил на приветствие короля Рок.

– Да, давно это было, – ответил Ямин и посмотрел на Тэрлу. – А ты всё хорошеешь, Тэрла. Дай уж старику обнять красивое гибкое тело, а то когда ещё придётся.

Тэрла заулыбалась так открыто и естественно, что я на миг опешила. Наша вечно сварливая вспыльчивая злюка оказывается может быть очень даже милой.

Тэрла подбежала к королю орлиев и обняла.

– Как же я соскучилась по тебе! – а потом немного отстранившись добавила. – И можешь обнимать меня сколько хочешь, хоть до завтра!

Сначала Ямин улыбался, явно наслаждаясь встречей, но потом посмотрев на нас с Ластером стал очень серьёзным.

– А это, я так понимаю, та самая волшебница, умудрившаяся всполошить всю Тиерию, – не столько спрашивал, сколько констатировал король необычного народа. – Рад познакомиться с тобой и твоим отцом.

Ямин подошёл ко мне и обнял, а затем протянул руку папе для рукопожатия. Все формальности были соблюдены, поэтому я не выдержала и сразу задала мучивший меня вопрос:

– Скажите, как Пит, он поправится? И как Кил, мой брат, с ним всё в порядке?

Ямин грустно вздохнул и сказал:

– Когда песчаный ураган принёс их на вершину священной горы, Сула сразу же дала нам знак, и я отправил своего сына Юстина, чтобы тот открыл проход в наши земли. Как только я увидел Пита, мне сразу стало понятно, что рана очень серьёзная, но я надеялся, что Сула, обладающая великой магией излечения, сможет поднять его на ноги. Но к сожалению все её старания были напрасными. Не знаю почему, но на Пита её магия не действует. Наши лекари тоже бессильны, ведь мой народ обладает удивительным свойством быстро восстанавливать свои физические силы и здоровье, поэтому у наших врачей не так много работы, да и умения их не сравнить с исцеляющей магией волшебников Тиерии. Сейчас Пит без сознания, Сула не отходит от него ни на минуту.

– А мой брат, Кил, как он? – спросила я.

– Славный юноша, он вместе с Сулой ухаживает за Питом и отказывается от любой помощи. Он винит себя в случившемся. Постоянно сидит в комнате у кровати Пита и почти оттуда не выходит. Почти не ест и ни с кем не общается. Я пытался с ним поговорить, но бесполезно, он никого не слушает, молча сидит на стуле и смотрит куда-то в пол. Я беспокоюсь за его состояние, надеюсь, вы сможете его хоть немного привести в чувство.

После этих слов у меня защемило сердце. Я просто не представляла всегда весёлого и беспечного брата в таком состоянии. А ведь нам ещё предстояло сказать ему о смерти Марны. Рок не дал мне продолжить грустные мысли и спросил Ямина.

– Как же так? Сула всегда была сильнейшей целительницей Тиерии. Ты даже не представляешь, сколько она вылечила волшебников, которые должны были умереть. Да, она не может воскрешать мёртвых, но любая травма, любая болезнь отступает перед магией Сулы. Однажды мы нашли маленькую девочку, на которую напал жуткий монстр из Руворского леса, мы еле её отбили. Когда нам удалось успокоить животное, то у девочки почти не осталось конечностей, из живота вываливались внутренности, а вместо лица была кровавая маска. С такими травмами не живут, она уже делала свои последние вздохи, но Сула вовремя успела наложить заклятие исцеления и буквально через пару часов мы провожали домой весёлую улыбающуюся хорошенькую девчушку. Я не понимаю, почему сейчас у Сулы не получается вылечить обычную ножевую рану?

– Не знаю, Рок, я сам в растерянности, а уж про Сулу и говорить нечего. Она никак не может смириться со своим бессилием и не понимает, почему её магия не действует.

– Ничего не могу понять, – ответил Рок. – Как только Кил ударил Пита, я тут же смог его обезвредить, а после этого внимательно рассмотрел кинжал в спине Пита. Это было обычное заурское оружие, без каких-либо эффектов. Такой кинжал мог нанести тяжёлую рану, но Сула и не такие лечила.

После слов Рокату Ямин на какое-то время задумался, а потом спросил:

– Рокату, а Сула когда-нибудь лечила кого-то из вас?

– Нет, как-то не приходилось, – ответил Рок, а потом с явным волнением спросил. – Ты что же, думаешь, что наша магия не действует друг на друга?

– Не знаю, но другого объяснения у меня нет, – ответил король орлиев.

Я задумалась над ответом Ямина, у меня в голове была неразбериха. Я прекрасно помнила, как Сула обсыпала песком Тэрлу с головы до ног. Значит воздействовать друг на друга магией они могут. Почему же тогда Сула не может вылечить Пита? Правда, в тот раз это была шутливая демонстрация силы, и нанести вред Тэрле явно никто не собирался. Может Рок, Тэрла, Пит и Сула не могут использовать всерьёз свою силу против друг друга, пусть даже эта сила будет целительной? Мы все были в растерянности.

После небольшой напряжённой паузы Ямин сказал:

– Если предположить, что действительно Сула не может лечить никого из вашей четвёрки, то тогда вам просто нужно найти обычного целителя, который бы согласился вылечить Пита.

– Боюсь, это не так легко сделать, – сказал Рокату. – Все сильные целители живут в Варнабиссе. Я думаю, ты понимаешь, что нам нельзя туда попадать. Мало того, что путь туда займёт больше месяца, так ещё, стоит нам только там появиться, как нас тут же поймают люди Херокса.

– Да, действительно, проблема, – сказал Ямин.

Я посмотрела на папу и увидела, как он напряжённо сжимает кулаки и с ненавистью смотрит на браслет у себя на руке. Я его очень хорошо понимала. Рядом с нами находился самый лучший их всех тиерских целителей, не было такой болезни, которая бы не поддалась магии Ластра. Но сейчас его сила была блокирована.

– Рокату, ты говорил, что люди Ледяных гор могут снять этот браслет, – сказал Ластр. – Так может мы с тобой вдвоём сможем добраться до их земель, попросим снять браслет, вернёмся, и я спокойно вылечу Пита?

– Не получится, – ответил Рок. – Как только мы появимся на вершине горы, нас схватит Херокс. Он наверняка проследил, куда мы полетели. Да, орлии могут открыть портал прямо к людям Ледяных гор, но для этого нужно время. Пока ни ты, ни Пит не могут создать защитную сферу, а Сула не оставит Пита без присмотра, её сила хоть и не лечит, но всё же немного поддерживает Питу жизнь. Поэтому сейчас нельзя рисковать, можем погибнуть все.

– Что же делать? – спросила я. – Не сидеть же и ждать, пока само всё рассосётся.

– Я даже не представляю, что можно сделать в этой ситуации, – ответил Рокату. – Ямин, а нет никакого другого способа снять блокирующий силу браслет?

Король орлиев на какое-то время задумался, а потом сказал:

– Не знаю, Рокату, смогу ли вам помочь, но у нас под городом есть подземные тоннели. Когда-то очень давно наш народ изучал эти подземные ходы, но ничего там не обнаружил. Там нет ничего, ни полезных ископаемых, ни драгоценных камней, никаких животных, даже обычных крыс и пауков там нет. Это подземелье совершенно бесполезно, и у него нет выхода. На какое-то время мы забросили его изучение, и много лет они простояли нетронутыми, но не так давно один горе-исследователь решил снова посетить тоннель, он всё твердил, что на пороге грандиозного открытия, я по глупости позволил пойти ему туда одному, ведь за множество лет изучения там не было найдено ни одной живой души. Когда он уходил, то сказал, что должен вернуться через несколько дней. Но прошла неделя, а из подземелья так никто и не вышел. Тогда я отправил туда группу из двадцати своих лучших воинов, чтобы те нашли незадачливого исследователя. Когда мои люди отправились на поиски, то сразу почувствовали что-то неладное. Сначала им на пути стали попадаться крысы, мыши, пауки и другие жители обычных подземелий, хотя раньше в наших туннелях их не водилось. Сперва различных мелких тварей было немного, но чем дальше продвигался поисковый отряд, тем больше становилось пауков и крыс. Через какое-то время мои воины вышли в широкий просторный пещерный зал, хотя раньше в катакомбах были только узенькие проходы, переплетённые между собой сложным лабиринтом. Как только люди вошли в зал, то обнаружили огромное скопление крыс, мышей и пауков. Их было так много, что невозможно было ступить по мокрой земле, не раздавив какого-нибудь гада. В одном из углов пещеры лежал наш потерявшийся учёный. Сначала воины его даже не заметили, потому что он был полностью покрыт червяками, жуками, пауками и другой гадостью. Только подойдя вплотную к куче из насекомых мои люди рассмотрели, что это человек. Когда вся нечисть была разогнана, то под ней было обнаружено истерзанное тело. Было такое ощущение, что кто-то понемногу отрывал кусочек за кусочком мягкое человеческое мясо. Большинство костей были оголены. Но несмотря на это наш исследователь был ещё жив. В руке он сжимал небольшой гладкий жёлтый камушек овальной формы. Мои люди подняли бесчувственное тело и хотели идти обратно, но как только камень, лежавший в руке учёного, поменял своё местоположение насекомые тут же всполошились. Их становилось всё больше и больше, было непонятно, откуда они берутся в таком количестве. Вскоре весь зал был заполнен мелкими тварями. Когда они все собрались в большую кучу, то неожиданно начали расти. Они становились всё больше и больше, их взгляд становился всё более осмысленным. В итоге мои воины оказались окружены множеством ужасных чудовищ, каждое из которых было размером не меньше матёрого волка. Эти существа сразу же напали на отряд, причём их целью явно был наш учёный. Мои люди хоть и славные воины, но с таким количеством противника им было не справиться. Поэтому они стали пробиваться к выходу, чтобы затем спастись бегством. К сожалению, только пятеро смогли покинуть поле битвы. Один из них забрал жёлтый камень. Как только он это сделал, то сразу стал главной целью агрессивных животных. Только чудом оставшиеся в живых остатки моих людей смогли прорваться к выходу. Когда я открыл проход, то передо мной стояли искалеченные, измученные люди. Ни одна тварь даже не попыталась прорваться в город, словно был какой-то барьер, не пускавший их наружу. В их глазах читалось отчаянье, в этот момент мне даже стало их жалко. Когда я закрыл проход, то тут же приказал оказать помощь пострадавшим воинам. Наш народ обладаем удивительным свойством регенерации, поэтому любая рана затягивается за несколько часов, в крайнем случае за несколько дней. Но на этот раз наш дар не сработал, мои люди пролежали несколько недель, за их жизни боролись наши лекари, но только двоих из четырёх удалось спасти. Зато у воина, взявшего камень, как только тот вышел из подземелья, сразу же затянулись все раны. Это было удивительно, ведь изначально у него были самые серьёзные повреждения. Я был поражён случившимся и прекрасно понимал, что наш учёный нашёл камень с необычными свойствами. Я хотел получше изучить находку и попросил воина отдать камень мне, но как только тот услышал мою просьбу, его взгляд стал безумным, он крепко сжал камень и бросился прочь из дворца. Я приказал догнать беглеца, но куда там. Его скорость увеличилась во много раз, а про физические способности вообще молчу, он превратился в машину смерти, никто не смог его остановить. Он выбрался наружу и телепортировался в неизвестном направлении. Я, как глава нашего народа, всегда чувствую связь с телепортируемым сородичем. Мы можем перемещаться в любое место Дарунских гор, но за их пределы выйти мы не можем. Воин, который сбежал с камнем, смог телепортироваться за пределы Дарунских гор, куда я не знаю, но связь с ним прервалась, как только портал закрылся. Этот случай взбудоражил всех орлиев. Мы не понимали, что произошло. Но у меня есть предположение, что тот камень, который нашёл в подземелье погибший исследователь, обладает удивительным свойством: он во много раз усиливает магические способности. Не знаю, сможет ли он пробить защиту блокирующего браслета, но если он действительно воздействует на магические способности, то есть вероятность, что действие браслета закончится, так как тот не сможет выдержать натиска увеличенной волшебной силы. Но у камушка есть и побочное действие, не знаю, останется ли владелец камня вменяемым, или как и мой воин потеряет рассудок. Поэтому идти туда очень рискованно, но, боюсь, другой возможности вернуть вашему другу волшебную силу нет, во всяком случае быстро. В подземелье очень опасно, если бы с вами был кто-нибудь, кто умеет ставить защитный купол, то шансов было бы гораздо больше, через защиту звери атаковать не смогут, во всяком случае сразу. Если бы Сула согласилась пойти с вами, то возможно вам удастся достать ещё один такой камень.

Я долго не могла прийти в себя после рассказа Ямина. Как только я представляла себе пауков и червяков, мне становилось плохо, с детства я боялась всяких ползучих тварей. Я понимала, что другого выхода у нас нет, но и этот вариант не давал стопроцентного результата. Неизвестно, есть ли в этой пещере ещё такие камни или нет, и если даже есть, то его нужно умудриться ещё достать, да и после этого ещё остаётся проблема: сможет ли Ластр справиться с камнем и не потерять рассудок. Да, мероприятие сомнительное, но другого выхода нет. Я не сомневалась, что Рок и Тэрла поддержат эту идею, а вот Сулу придётся уговаривать. Захочет ли она оставлять Пита на попечение лекарей орлиев? Скорее всего нет. А без Сулы наш поход обречён на провал. Когда-то я не понимала, почему в Тиерии целители и некроманты пользуются особенным почётом, ведь они почти никогда не сражались, этим занимались зауры и усары. Мне казалось это нечестным. Зато сейчас я отчётливо видела: без магического защитного купола волшебнику никуда. Можно быть прекрасным воином, но если перед тобой враг, который превосходит тебя числом, то всё равно рано или поздно вражеская атака достигнет своей цели. А магическая защита давала возможность побеждать даже многочисленного врага. Поэтому настоящие масштабные битвы невозможно выигрывать без целителей и некромантов.

Я посмотрела на Рока и поняла, что он разделяет мои мысли. На его лице было выражение полной решимости.

– Раз другого выбора у нас нет, то придётся идти к недружелюбным таракашкам. Я думаю, никто не против?

Этот вопрос был задан с утвердительной интонацией, Рокату не сомневался, что Тэрла, Ластр и я готовы на любые жертвы ради своих друзей.

– Что за глупости ты спрашиваешь? – резко ответила Тэрла. – Естественно мы сделаем всё возможное и невозможное, чтобы спасти Пита. А вот Ластру идти с нами не следует. Он ничем не сможет нам помочь в борьбе с тварями подземелья, наоборот будет только мешаться, его постоянно придётся защищать. Должны пойти я, ты, Мелания, Кил и Сула. Как только мы найдём камень, то принесём его Ластру и уже здесь, в спокойной обстановке он сможет воспользоваться его силой.

– Я тоже так думаю, – ответила я и обратилась к Ластру. – Правда, пап, тебе лучше остаться здесь.

– Да я в общем то не против, я прекрасно понимаю, что буду только мешаться. Теперь главное уговорить Сулу пойти с вами, – ответил Ластр.

– Что ж, пойдёмте, отведу вас к ней, там и поговорите, – сказал Ямин и повёл нас в комнату, где Сула уже сутки ухаживала за Питом.

Мы шли по узким тёмным коридорам. Немного света давали факелы, расположенные на стенах. Дворец Ямина был очень необычным. Множество переплетающихся узких коридоров могли запутать любого. При этом комнаты и залы были светлыми и просторными. Вскоре мы вошли в большую комнату с вытянутыми окнами. Рядом с окном на стуле сидел Кил. Спина сгорблена, лицо осунулось, глаза смотрели куда-то в пол. Рядом стояла простая широкая кровать, на которой лежал Пит. Он был без сознания, лицо было таким бледным, что казалось, жизнь уже давно покинула его тело. Рядом с Питом сидела Сула и держала его за руку. Рокату подошёл к Суле и приобнял её за плечи.

– Как он? Не приходил в себя?

Сула подняла на Рокату заплаканные глаза.

– Нет. Что я только не делала, – прошептала Сула. – Я не знаю почему, но моя магия на него не действует. Я не знаю, что делать. Я не переживу, если он умрёт.

– Сула, мы тоже не понимаем, почему твоя магия не действует, но есть предположение, что мы не можем воздействовать друг на друга с помощью волшебной силы. Поэтому нам нужен целитель. У нас таковой имеется, – Рокату кивнул в сторону Ластра, – но его сила заблокирована. Есть вариант вернуть ему её. Но для этого нужно спуститься в одно подземелье, которое кишит всякими неприятными тварями, и найти камень, который сможет ликвидировать действие браслета.

– Так чего же вы ждёте? Идите! Если есть хоть какая-то возможность спасти Пита, её необходимо использовать.

Тут неожиданно для всех вдруг вмешался в разговор Кил. До этого он не реагировал на наше присутствие. Когда мы вошли, он не обратил на нас никакого внимания, даже мимолётного взгляда в нашу сторону не бросил.

– Я иду с вами! – не терпящим возражений тоном сказал Кил.

– Собственно говоря, тебя никто и не собирался останавливать, – ответил Рок. – Если честно, то наоборот, мы думали, что придётся вас с Сулой уговаривать идти с нами.

– Вы что ж, думаете, я совсем дура? – обиделась Сула. – Я же прекрасно понимаю, что без моей магической защиты вы не сможете одолеть монстров. И в итоге, погибнете и вы и Пит. Конечно я тоже пойду с вами. Но нужно сделать это как можно быстрей. Пит долго не выдержит. Какое-то время лекари орлиев смогут поддерживать его, но не долго.

– Я понимаю ваше беспокойство за друга, но вам нужно хоть немного отдохнуть и развеяться. Вечером я устрою в вашу честь праздничный ужин, вы отвлечётесь немного, затем выспитесь, а утром я открою проход в подземелье, – сказал Ямин тоном, не терпящим возражений.

Мы сначала немного повозмущались для вида, но все прекрасно понимали, что действительно вымотались и держались на ногах только исключительно за счёт эмоций. Поэтому мы разошлись по комнатам, которые нам предоставил король орлиев. Меня поселили с Тэрлой, а мужчины заняли комнату по соседству. Кил отказался оставить Пита на попечение одной лишь Сулы. Я долго его уговаривала, но всё было бесполезно.

– Пойми, Кил, ты ни в чём не виноват! Мало кто может сопротивляться магии красноглазых телепаток. Ты не осознавал, что делаешь. Все это прекрасно понимают и не осуждают тебя. Сейчас ты ничем не можешь помочь Питу, а вот себе можешь. Тебе необходимо отдохнуть, иначе какой прок будет от тебя завтра? – пыталась достучатся я до Кила.

– Мэл, отстань от меня! Я эти слова уже слышу, наверное, в сотый раз, придумай что-нибудь пооригинальней. А то все только вокруг меня и пляшут: «Ты не виноват. Мы тебя не виним.» А как дальше жить, зная, что своими руками чуть не убил друга? И какая разница – почему? Я это сделал? Я! Значит виноват, – вспылил Кил.

Я не знала, что ещё сказать. Было понятно, что сейчас любые доводы только разозлят Кила. Поэтому я стояла в растерянности, не в состоянии подобрать нужных слов. Но неожиданно вмешался Рок, причём достаточно грубо.

– Доволен? На всех накричал, себя пожалел! Легче всего сказать: я виноват, казните меня! А дальше что? Ты думаешь, каря себя, поможешь Питу, или к тебе вдруг улучшится отношение остальных? Ничего подобного! Во-первых, Питу может помочь только здоровый отдохнувший и верящий в себя волшебник, а, во-вторых, мы тоже устали, и, честно говоря, нам сейчас не до утешений дураков, которые готовы себя в гроб загнать из-за каких-то предрассудков. Нас бы кто пожалел. Поэтому поднимай свою задницу и чеши отдыхать!

– Рок, ты чего? – хотела я вступиться за брата, но меня перебил Кил.

– Он всё правильно говорит, Мэл. Давно нужно было мне дать хорошего пинка. А то, действительно, Питу от моей кислой физиономии пользы никакой, да и Суле вместо того, чтобы полностью посвятить себя Питу, то и дело приходится уговаривать меня себя не винить, можно подумать, ей больше делать нечего. Прости, Рок, ты прав, я дурак, идиот, ну и так далее по списку, – серьёзно произнёс Кил, а дальше добавил уже в своей шутливой манере. – Всё, пойду спать! И разрешаю себя разбудить только прекрасной длинноногой красотке по имени Тэрла, но с одним условием, если эта красота будет обнажённой.

Кил широко улыбнулся покрасневшей Тэрле и отправился спать.

***

Я сидела в выделенной нам с Тэрлой комнате и наслаждалась чистотой. Я смогла помыться и снова почувствовать себя человеком. Моё грязное местами разорванное платье унесла женщина необъятных размеров с приятной улыбкой и огромным клювом. Теперь на мне было простенькое, но довольно милое однотонное голубое платьице. Необходимо было немного поспать, чтобы к ужину чувствовать себя отдохнувшей. Пока мы с Тэрлой приводили себя в порядок, та мне рассказала, как проходят праздники у орлиев. Это было достаточно шумное и активное мероприятие. Все танцевали, шутили, соревновались в силе и ловкости. Для того, чтобы выдержать такой вечер, нужно быть бодрой и свежей. Поэтому я честно пыталась заснуть, но у меня ничего не получилось. В голову лезли всякие ненужные вещи. Я думала о Киле и о том, как сказать ему о смерти матери, о Роке и о том, кто такая Елия, и почему она рада будет его видеть. В общем мысли прыгали с одной на другую. Я даже не заметила, как Тэрла вышла куда-то из комнаты, и как пришла всё та же весёлая полная женщина, снабдившая меня чистой одеждой.

– Принцесса Елия приказала подобрать вам самое красивое платье, и я подумала, что это вам подойдёт лучше всех, – сказала женщина и аккуратно положила на кровать самое прекрасное платье, которое я когда-либо видела. Оно было сшито из белоснежного атласа с золотой вышивкой. Ворот, рукава и край подола были украшены чёрным жемчугом. Подол платья был длинным, до самых пят, а его форма была очень оригинальной: несколько лоскутов материи разной формы наложили друг на друга таким образом, что платье казалось необычным. Ворот был жёстким с высокой стойкой, это очень подходило моей длинной шее. Немного смущало очень глубокое декольте треугольной формы, но к этому платью оно очень подходило. Когда я одела это творение искусства на себя, то из зеркала на меня смотрела настоящая принцесса, мне удивительно шло это платье. Распущенные волосы уже порядком надоели, поэтому я решила сделать высокую причёску. Я остановилась на обычном пучке, украшенном нитью чёрного жемчуга, которая прилагалась к платью и выпустила несколько волнистых прядей для придания изысканности. Я так долго провозилась со своим внешним видом, что не заметила, как пропустила время начала ужина. В комнату вошёл Рокату. Он был одет в чёрные брюки и тёмно-синюю рубашку. Волосы были уложены назад, ни один его капризный локон не выбивался из причёски.

– Мэл, ты что там застряла? Ждём только тебя! – начал Рок, но прервался на полуслове. Он сделал небольшую паузу, выдохнул и уже совсем другим тоном добавил. – Ты потрясающе выглядишь! Никогда не видел никого красивее!

Мне было очень приятно. Единственно, немного огорчало, что так привлекательно я выглядела благодаря той самой Елии, которую в глаза не видела, но уже успела невзлюбить. Недолго мне пришлось пребывать в эйфории, меня быстро вернули на землю.

– И что ты застыла? Получила свою порцию восхищения и будет, оставь немного и для других! – с насмешкой произнёс Рокату. – Да и меня могла бы тоже хоть немного похвалить. Смотри какого красавчика из меня сделали?

– Да, от скромности ты не умрёшь, – сказала я, выйдя из ступора. Каждый раз, как мы с Роком оставались наедине, мой язык становился словно ватным, и я часто или говорила какую-нибудь глупость или просто не могла подобрать нужных слов. Если честно, это меня уже начало раздражать. Нужно с этим что-то делать. – Ладно, пошли, нехорошо опаздывать.

– Нормально, она три часа наводила марафет, а в том, что мы опаздываем виноват я! – шутливо возмутился Рок.

– Пошли уже! – сказала я и проплыла мимо Рокату в сторону тронного зала.

Когда мы вошли в зал, все уже собрались. Посреди зала стоял длинный стол с огромным количеством разнообразных яств. Чего там только не было: мясо, рыба, птица, закуски, фрукты, всевозможные десерты. Было много блюд, которые я видела впервые, но запах от них исходил такой, что у меня заурчало в животе. Я давно не ела приличной еды. Несколько месяцев мы питались исключительно рыбой, птицей, подстреленной Роком и Килом, и ягодами, вот и весь наш рацион. Поэтому я ужасно соскучилась по вкусной, разнообразной пище. Я надеялась, что буря в моём животе не привлечёт внимания гостей. Все стояли возле стола и ждали только нас. Немного поодаль ото всех стояли Кил и Тэрла, негромко что-то обсуждая, Кил как обычно активно жестикулировал руками. Ближе к нам стоял Ямин с Ластром, они спокойно разговаривали, обсуждая свои мужские вопросы. Неподалёку от них стояла группа молодых орлиев во главе с Юстином, а рядом с ним находилась удивительно красивая девушка: прямые блестящие густые каштановые волосы ниспадали до самой поясницы, миндалевидные глаза были необычного тёмно-янтарного цвета, нос хоть и был в виде клюва, но отличался от остальных, он был маленьким, аккуратным и поэтому совсем не портил внешность девушки. Её взгляд был настолько пронзительным, что хотелось отвести глаза. Сразу было понятно, чья она дочь, такой величественный гордый взгляд был только у Ямина. Я сразу поняла, что это была Елия. Девушка посмотрела в нашу с Рокату сторону и на её лице появилась самая обаятельная улыбка, которую я когда-либо видела. Елия почти бегом, но тем не менее не теряя собственного достоинства, быстро подошла к нам и буквально повисла на шее у Рокату.

– Как я соскучилась, думала, что уже никогда тебя не увижу!

Рок тоже обнял девушку и ласково произнёс:

– Как же ты выросла! Я-то помню вздорную девчонку, любившую гоняться с сачком за бабочками!

– Это в прошлом, теперь гоняются уже за мной, но уже не взбалмошные девчонки, а надоедливые ухажёры, а папа требует, чтобы я выбрала кого-нибудь из них в мужья.

– Правильно, нечего такой красоте пропадать! Что, неужто не нашлось подходящего кандидата?

– Есть, даже два, теперь нужно определиться, кто мне подходит больше.

– Да, как была ты маленькой девочкой, так ей и осталась. Но именно такой ты мне всегда и нравилась. Постарайся подольше не взрослеть! – сказал Рокату.

– Постараюсь! – ответила Елия и, повернувшись ко мне, добавила. – А вы, Мелания?

– Да, – ответила я.

– Я так рада с вами познакомиться! Пойдемте к столу, все уже заждались!

Елия быстро пошла к гостям, а мы следом за ней. Удивительная девушка: когда она стояла в группе своих сверстников, она казалась холодной величественной дамой, но с Роком она себя вела как ребёнок. Такая открытая и естественная, я даже почувствовала вину за то, что сразу отнеслась к ней враждебно. Мы с Рокату со всеми поздоровались и сели за стол. Когда гости утолили первый голод, в зал вошли музыканты, и полилась приятная медленная музыка. Сразу же мужчины стали приглашать дам на танец. Я надеялась потанцевать с Роком, но он пригласил Елию. Мне стало обидно, и старая неприязнь к девушке тут же вернулась обратно. Ко мне подошёл Юстин, и мы закружились в танце.

***

– Она мне так понравилась! Вы просто созданы друг для друга! Твоя Мелания просто чудо, настоящая красавица и явно тебя любит!

– Моя Мелания! – повторил Рокату, словно пробуя слова на вкус. – Как бы я хотел, чтобы это было так! И с чего ты решила, что она меня любит?

– Неужели ты не заметил, как она ревновала тебя ко мне? Она же взглядом готова была меня убить!

– Не преувеличивай! – ответил Рок. – Да и какая разница, мы всё равно не сможем быть вместе, как бы нам этого не хотелось.

– Почему? Вы такая красивая пара! – явно недоумевала Елия.

– Да ты ведь и сама знаешь! Никто нам не позволит быть вместе. Да и зачем? Как только Мелания исполнит своё предназначение, я, Тэрла, Пит и Сула исчезнем навсегда. Если сейчас мы поддадимся своим чувствам, то когда меня не станет, ей будет слишком больно, а я не хочу причинять ей страдания.

– Если тебя не станет, ей в любом случае будет больно. Она уже тебя любит. Неужели ты не видишь? Зато, если оставшееся у вас время вы проведёте вместе, у неё останутся счастливые воспоминания, которые будут с ней всю жизнь. Иногда, когда особенно тяжело, эти воспоминания делают нас немного счастливее.

– Елия, ты же знаешь нашу хозяйку, она очень ревностно относится к своим детищам. И почему-то она именно меня выбрала в свои любимчики. И чем её Пит не устроил? А теперь из-за особого ко мне внимания высших сил я могу подвергнуть Меланию опасности.

– Она не посмеет тронуть Меланию, без неё погибнет вся Тиерия, и твоя хозяйка вместе с ней. Она это понимает, поэтому ей придётся смириться с вашими отношениями. Кстати, что сама Мелания говорит по этому поводу?

– Ничего, она ещё не знает о нашей роли в её предназначении.

– Вы что, ей ничего не сказали? – удивилась Елия.

– Нет, я думал, будет лучше, если она узнает это потом, когда станет проходить испытание. Я надеялся, что она разозлится на нас за то, что мы от неё скрывали правду, и ей будет не так больно нас потерять.

– Ты просто дурак! Сам лишаешь себя и её самых счастливых мгновений в вашей жизни! И какая разница, сколько это продлится, зато это будут самые яркие краски в вашей жизни.

– Не знаю, Елия, может ты и права.

– Конечно, права. Так что иди, признайся ей в своих чувствах и расскажи всю правду. И, кстати, я по доброте своей душевной могу выделить вам на ночь свою комнату, – сказала Елия, как раз тогда, когда закончилась музыка, поэтому она быстро сняла руки Рока со своей талии и пошла к остальным гостям, не давая Рокату возможности ответить на её щедрое предложение.

В то время, когда Рокату и дочь Ямина мило щебетали друг с другом, я отдавила бедному Юстину все ноги, потому что не могла сосредоточиться на танце и всё время смотрела на Рока и Елию. Они шутили, смеялись и явно наслаждались общением. Меня опять накрыла волна ревности, мне хотелось запустить в сладкую парочку чем-нибудь тяжёлым. Как только музыка закончилась, я поблагодарила Юстина за танец и вышла из дворца прогуляться в саду. Было уже поздно, красивые ухоженные кусты различных форм были украшены маленькими искусственными бабочками, светящимися в темноте, поэтому, несмотря на поздний вечер, в саду было светло. Тропинки были узкими, а кусты высокими, отсюда возникало ощущение, что идёшь по запутанному лабиринту. Я просто бродила по саду, думая над нашими с Роком отношениями. Хотя, какие там отношения. Он мне прямо сказал, что быть вместе мы не можем. Может оно и к лучшему, кто знает, чем закончится наш поход, сможем ли мы добыть ключ и победить Херокса. Пока мне в голову лезли всякие невесёлые мысли, я не заметила, как мне на встречу вышла какая-то фигура. Я буквально налетела на бедного человека. А подняв глаза, увидела Рокату.

– О чём это ты так сильно задумалась, что людей практически с ног сбиваешь?

– О тебе, – неожиданно выдала я.

– И что же ты обо мне думала? – спросил Рок, кладя руки мне на талию и притягивая к себе.

– Что ревную тебя к Елии, – само вырвалось у меня.

– Да, проблема, – со смехом сказал Рок.

– Я тоже так думаю, – ответила я с грустным смешком.

Рок вдруг сделал наигранно серьёзное лицо и сказал:

– Знаешь, я думаю, ты права, что переживаешь по этому поводу. Елия кто? Принцесса, красавица, глупенькая, правда, но это исправимо, хотя для идеальной жены это даже плюс. А ты кто? Обычная волшебница, обладающая сложным характером, ревнивая, своевольная. Одни проблемы от тебя!

Я аж задохнулась от возмущения после таких слов. Я с силой стукнула наглеца по плечу и зашипела:

– Ты просто нахал! Я тут стою, практически признаюсь в своих чувствах, а он ещё издевается! Я тебя сейчас прямо здесь сначала заморожу, затем сожгу и скажу, что мало тебе было!

Рокату засмеялся, перехватил мою руку и поцеловал её, а потом ещё сильнее прижал меня к себе.

– Глупенькая, ты же прекрасно знаешь, что кроме тебя мне никто не нужен. Я люблю тебя и ничего не могу с этим поделать.

– Но нам нельзя быть вместе, так ведь? – спросила я.

Рокату немного отстранил меня от себя и сказал:

– Я сейчас тебе расскажу одну историю, и ты сама скажешь, можем мы быть вместе или нет.

***

Когда на Тиерии закончилась страшная война, и волшебники забыли своё кровавое прошлое, на планете наступил мир. Старые Боги нашего мира исчезли, осталось лишь три магических источника, поддерживающих само существование планеты: Зорхард – Страж леса, Доуль – король людей Ледяных гор и пещера Гелера. Пока жив хоть один из магических источников, Тиерия продолжит своё существование. Проходили годы, Зорхард, Доуль и Гелера прекрасно справлялись со своими обязанностями. Но вскоре Гелера стала замечать, что чем больше проходит времени со дня исчезновения Богов, тем меньше рождается волшебников с сильным магическим даром.

Вскоре в Гелеру стало заходить слишком большое количество магов, которые не могли пройти испытание. Сама Гелера не могла отправлять на Землю волшебников, потерявших дар, поэтому ей понадобились помощники, которые справились бы с этой задачей и смогли бы помочь пещере поддерживать магическое равновесие. В это время восемь волшебников забрели в своды Гелеры. Изучив своих гостей, пещера посчитала их подходящей кандидатурой на звание Хранителей своей силы, которым она сможет открыть проход на Землю, чтобы доставлять туда потерявших волшебную сущность тиерцев. Восемь волшебников не обрадовались участи провести вечность в пещере без общения, без возможности завести семью и жить обычной жизнью, но их никто не спрашивал. Гелера считала, что она оказывает великую честь обычным смертным. Тогда четверо волшебников взбунтовались и начали осыпать своды пещеры магическими атаками. Гелера разозлилась. Она развоплотила сущность этих волшебников, лишила их магии и передала её оставшимся четырём волшебникам, а сознание взбунтовавшихся навсегда запечатала в своих сводах. Таким образом Гелера получила четырёх Хранителей, которые навсегда потеряли свой человеческий образ и слились с сущностью пещеры и четырёх Хранителей из плоти и крови, которые сохранили независимость своего сознания, но магической силой навсегда были привязаны к Гелере и другим Хранителям. С тех пор Гелера и Хранители стали единым целым. Если погибнет Гелера, вместе с ней погибнут и Хранители, если погибнут все Хранители, то и пещеры тоже не станет. Но если останется хоть один Хранитель, то Гелере ничего не угрожает. Поэтому пещера решила наделить одного из Хранителей особым даром, именно он доставляет на Землю потерявших волшебный дар и обладает самой сильной магией.

Гелера привязалась к своим творениям. Много тысячелетий они провели вместе. Гелера не любила отпускать Хранителей из своих сводов, но отголоски прошлой войны давали о себе знать. Из Руворского леса всё больше выходило монстров. Стражи леса уже не справлялись. Тогда Гелера стала отправлять Хранителей в деревни и сёла, которые больше всего страдали от чудовищ. Они проводили зачистки и возвращались обратно. Однажды один из Хранителей, соскучившийся по женской ласке, не устоял перед одной из жительниц деревни. После бурной ночи Хранитель вернулся к Гелере. А когда опять ему пришлось возвращаться в деревню для нового очищения, то волшебник решил проведать свою подругу, но оказалось, что она после той ночи на глазах у всех сгорела заживо, пламя жгло девушку изнутри и никто не мог ей помочь. Тогда Хранитель понял, что Гелера никогда не позволит ему быть ни с одной женщиной этого мира. Наверное, это было правильно, ведь Хранители живут вечность, а жизненный путь тиерцев намного короче. Да и отпускала Гелера от себя своих волшебников очень редко, поэтому Хранителям некогда было строить личные отношения. Однажды, когда Гелере надоели многочисленные волшебники, пытающиеся пройти испытание, чтобы получить невероятную магическую силу, пещера решила отдать ключ от входа в её своды Хранителям и отправить их к людям Ледяных гор, чтобы те сохранили ключ до тех времён, пока он не понадобится Гелере. Для Хранителей это была замечательная возможность на долгое время уйти от пещеры, изучить этот мир, познакомиться с различными народами Тиерии.

Очень долго Хранители добирались до людей Ледяных гор, много приключений пережили в пути. Когда они попали в земли Ледяных гор, то их там очень тепло встретили. Хранители не хотели возвращаться обратно к своей хозяйке, где они опять будут обречены на вечное одиночество. Поэтому, когда ключ был отдан Доулю, королю людей Ледяных гор, один из Хранителей решил ослушаться Гелеру и остаться с новым народом. Но как только он принял это решение, то стал медленно исчезать, развоплощаться. Тогда волшебник понял, что пещера никогда не отпустит его. Пришлось возвращаться вместе с остальными Хранителями и ждать очередного момента, когда Гелера позволит выйти за её пределы с новой миссией. И вот такой момент настал.

Свершилось пророчество Богов: родился мальчик, способный уничтожить весь наш мир. Также родилась девочка, которой суждено было его остановить. Мальчик вырос, привёл в Варнабисс монстров и захватил земли волшебников. Его названная сестра должна была его остановить, но для этого ей нужно пройти испытание в Гелере, чтобы та наделила волшебницу силами, способными победить злого мага. При этом пещере необходимо не просто отдать часть своей силы, а всю без исключения, иначе победить злого волшебника не удастся, слишком много ненависти и сил вложили в своё пророчество старые Боги. А без магии Гелера не сможет существовать как живое существо, её сознание исчезнет, а вместе с ним и Хранители. Но это не так важно, гораздо важнее – спасти весь мир. На плечи хрупкой девушки легло тяжёлое бремя ответственности за планету. И Хранителям предстояло помочь ей выполнить предназначение. Когда Хранители узнали о своей последней миссии, то обрадовались. Это был их шанс освободиться. За множество тысячелетий, которые они провели в холодных стенах пещеры, можно было сойти с ума. Поэтому Хранители обрадовались своей участи, пусть через смерть, но они станут свободными. И всё было хорошо до того самого момента, пока один глупый Хранитель не влюбился в ту самую волшебницу, которой предначертано спасти наш мир.

***

Рокату закончил свой рассказ и выжидающе посмотрел на меня.

– Значит, ты с Тэрлой, Питом и Сулой – Хранители?

– Да, Мэл. Наверное, нужно было рассказать об этом раньше.

– И как только я пройду испытание в пещере, вы погибните?

– Да.

Я на какое-то время замолчала, переваривая информацию. Ну почему судьба так не справедлива ко мне? Сначала я полюбила волшебника, который оказался настоящим злодеем, затем меня угораздило влюбиться в волшебника, который должен умереть, как только я спасу мир. Что я такого сделала, за что всё это на меня свалилось?

– Мэл, ничего больше не хочешь спросить? – отвлёк Рокату меня от размышлений. Я сразу растерялась как обычно и не нашла ничего умнее, как спросить:

– Сколько же тебе лет?

– Да, ты в своём репертуаре. Честно говоря, я думал, что в первую очередь ты будешь спрашивать совсем о другом. Ну ладно, если уж тебя это так интересует, признаюсь. Я сам уже сбился со счёта. Мне не одна тысяча лет, а вот подробнее сказать не могу.

– Да ты настоящий старик! – не удержалась я от шутки.

– Просто древность! – поддержал мой шутливый тон Рок.

Дальше мне шутить расхотелось. Осознание того, что Рокату должен погибнуть, всё больше и больше приходило ко мне.

– Рок, а тот самый Хранитель, который встретил в одном из поселений девушку и не смог устоять перед её прелестями – это ты?

– Да, Мэл. Поэтому-то я и боялся начать с тобой отношения. Я не только не хотел, чтобы ты страдала, когда меня не станет, но ещё и переживал, что Гелера может причинить тебе вред. А я не могу этого допустить.

– Ты действительно думаешь, что Гелера может попытаться уничтожить волшебницу, рождение и предназначение которой предсказала сама?

– Кто ж вас женщин разберёт? Как только ты получишь силу Гелеры, она умрёт. Да, спасёт планету, но её самой не станет. Кто знает, что придёт ей в голову, если ко всему прочему у неё заберут и любимую игрушку.

– Ничего она не сделает, Рок. Если бы она хотела, то уже давно уничтожила бы меня. Пусть мы и не вместе, но наши чувства видны невооружённым глазом, и вряд ли Гелере об этом не известно. Ей придётся смириться с потерей, у неё просто нет выбора, – произнесла я с вызовом, потому что была уверенна, что пещера слышит нас. – Рок, а как же стражи библиотеки? Это была просто легенда, чтобы мы с папой не задавали лишних вопросов?

– Не совсем. Мы действительно создали библиотеку по приказу Гелеры. И в ней содержатся все знания о нашем мире. Для того, чтобы за ней следить, мы нашли замечательного стража, его потомки из века в век охраняют библиотеку, а мы туда приносим новые знания. Когда Херокс напал на деревню, мы были там, но спасти стража нам не удалось, он погиб одним из первых, а мы, поняв, что с Хероксом не справиться, отправились на ваши поиски.

– А Земля? Ты так подробно рассказывал о ней, потому что именно ты переправляешь туда волшебников, потерявших силу?

– Да, это основная моя обязанность.

– Понятно, – сказала я и после небольшой паузы спросила. – Что же нам теперь делать?

– Спасать мир, Мэл. Другого выбора у нас нет.

Тогда я не выдержала, с чувством обняла Рока за шею, прижалась всем телом и произнесла:

– Если у нас действительно так мало времени, то я хочу провести его рядом с тобой, и никто не заставит меня отказаться от своих чувств. Я люблю тебя и никуда не отпущу, и эту ночь я планирую провести вместе.

Не дав Року ничего ответить, я его поцеловала. Мы долго не могли оторваться друг от друга, а затем, минуя тронный зал, отправились в комнату Елии, где нас никто не посмел побеспокоить до самого утра.

Я проснулась от того, что меня сжимали крепкие мужские руки. Рок спал, но при этом не выпускал меня из объятий. Я тихонько высвободилась и приподнявшись на локте посмотрела на спящего Рокату. Я не могла поверить, что этот красивый, мужественный волшебник, которого я любила больше всего на свете, скоро должен погибнуть. Я не могла смириться с этой мыслью. Всё-таки зря Рок сказал мне правду. Я просто не смогу войти в пещеру, зная, что сразу после этого мой любимый и мои близкие друзья навсегда исчезнут. При этом я понимала, что, если Херокса не остановить, наш мир погибнет. Моё сердце разрывалось между долгом за свою планету и любовью к самому лучшему мужчине Тиерии. Пока я размышляла о своей несправедливой судьбе, Рокату успел проснуться.

– Что ты там увидела такого, что не смогла рассмотреть вчера? – спросил Рок, опрокидывая меня на спину и наклоняясь, чтобы поцеловать. И не давая возможности ответить, хрипло прошептал с наигранным вздохом. – Я думаю, нужно дать тебе возможность получше изучить несчастного, соблазнённого тобой волшебника.

– Ну ты и нахал! – начала возмущаться я, но мой рот накрыли губы Рока.

Но насладиться друг другом нам не дали. В дверь постучал Кил.

– Эй, голубки, вы в подземелье идти собираетесь? Или думаете рана Пита сама затянется? Ямин уже готов открыть проход, ждём только вас!

Мы с Роком быстро собрались и отправились в тронный зал. Нас там уже ждали Ямин, Тэрла, Сула, Ластр и Кил. Как только мы вошли, я почувствовала на себе обжигающий взгляд Тэрлы. Было понятно, что о нас с Роком было уже всем известно. Я понимала её негодование. Наши с Роком отношения ставили под угрозу спасение Тиерии. Мне стало не по себе, поэтому я немного отстранилась от Рокату и хотела пойти немного впереди. Но Рок взял меня за руку и мягко, но настойчиво притянул к себе, слегка приобнимая меня за талию. Он явно всем давал понять, что не собирается больше скрывать своих чувств.

– Всем доброе утро! – поздоровался Рок. Я тоже поприветствовала присутствующих, и мы пошли завтракать. Для нас уже был накрыт стол. Мы быстро перекусили и собрали с собой продукты, ведь никто не знал, сколько нам предстоит пробыть в подземелье. Пока мы завтракали, разговор не клеился, в воздухе витала напряжённая обстановка. Я прекрасно понимала, что это из-за нас с Роком. Кил как мог пытался разрядить ситуацию, но у него ничего не выходило. В итоге, быстро поев, мы собрались в небольшой комнатке, которая находилась в подвале дворца. Именно там был проход в подземелье города. Ямин положил руку на один из светильников, который висел рядом с дверью, и потянул его вниз. Дверь тихонько заскрипела и открылась. За дверью была длинная винтовая лестница, которая вела в катакомбы. Мы с Роком, Тэрлой, Сулой и Килом спустились вниз.

Я сначала не понимала, зачем мы берём с собой Кила. Ведь у него на запястье тоже был браслет, который блокировал магию. Но Рок объяснил, что на зауров браслет действует меньше, чем на остальных волшебников. Ведь ловкость, скорость, быстрота реакции – всё это было результатом не только волшебной силы, но и длительных каждодневных тренировок. Поэтому, хоть Кил и потерял свою магическую сущность, всё равно оставался хорошим воином.

Спустившись, мы оглянулись вокруг. Было темно, сыро и абсолютно тихо. Нигде не было слышно ни шороха. Я зажгла небольшой огненный шар, чтобы тот освещал нам путь. Мы пошли вглубь подземелья. Сначала нам никто не попадался на пути. Но вскоре я стала слышать небольшой шум. Это бегали крысы и другие обитатели лабиринта. Постепенно разных бегающих и ползучих тварей становилось всё больше.

– Может нам прямо сейчас начать уничтожать эту живность? – спросил Кил. – А то, когда они станут увеличиваться в размерах, тяжеловато будет справиться с такой оравой.

Мне показалось, что после этих слов крысы и пауки стали реже подходить к нам на ближнюю дистанцию. Словно они поняли смысл сказанного.

– Нет, Кил, я думаю не стоит рисковать. Кто знает, как они отреагирует на атаку. А нам нужно ещё найти камень. Без него нам дороги обратно нет, – сказал Рок, и мы пошли дальше.

Мы шли несколько часов по узкому проходу и, наконец, вышли в широкий зал. Именно здесь в своё время воины Ямина нашли потерявшегося учёного. От зала в разные стороны расходились проходы.

– Необходимо исследовать стены и пол пещеры. Давайте договоримся, если кто-то что-то обнаружит, то сначала об этом сообщит всем. До этого ничего трогать не следует, садиться тоже ни на что не будем, – сказал Рокату и пристально посмотрел на Кила. Эти слова явно предназначались прежде всего ему.

– Ты теперь всю жизнь будешь вспоминать этот злосчастный камень в фируанских землях? – обиделся Кил. – Я же не специально на него садился, кто ж знал, что это была ловушка?

– Никто тебя не винит. Просто ты тогда не знал про ловушку, а теперь мы все не знаем, что можно ожидать от этого подземелья, поэтому я и прошу никого ничего не трогать, – ответил Рокату.

Мы стали исследовать каждый кусочек пещеры. Мы проводили пальцами по стенам, разглядывая каждую щёлочку, обращали внимание на любой нарост или выступ. Земля у нас под ногами тоже подверглась тщательному осмотру. Мы разбрелись по всему залу, который был совсем не маленьким. И я сама не заметила, как оказалась рядом с Тэрлой.

– Мелания, ты когда научишься думать головой? – резко спросила меня Тэрла.

– Тэрла, я тебя не понимаю, – ответила я, а в душе появился холодок. Я знала, что этот разговор настанет, но надеялась, что он состоится ещё не скоро.

– Ты прекрасно понимаешь, о чём я спрашиваю. Ладно ещё Рок, мужик, природа взяла своё. Но ты-то о чём думала, когда прыгала к нему в койку? Неужели ты не понимаешь, что наша судьба предрешена? Всё должно идти так, как идёт. Только тогда пророчество исполнится и у нас будет шанс спасти Тиерию. Вы не можете быть вместе! Этого не было в предсказании. Своей выходкой ты можешь уничтожить наш мир. Поэтому очень тебя прошу, оставь Рока в покое. Не делай глупостей!

– Что значит, не было в предсказании? – удивилась я. – Я думала Гелера и другие творения Богов просто предвидели появление волшебников, которым суждено изменить мир. Они что же, не просто предсказали будущее, а видели его подробно?

Тэрла поняла, что сболтнула лишнего, поэтому не ответив на мой вопрос, резко отошла от меня в сторону, явно давая понять, что наш разговор окончен.

Мы ещё какое-то время продолжали исследовать пещеру, но ничего не нашли. К этому времени в зале собралось большое количество всяких ползучих тварей. Но они вели себя мирно, никак не реагируя на наши действия. Было понятно, что больше тратить время на дальнейшее изучение пещеры смысла не было. Необходимо было решить, куда идти, потому что от пещеры в разные стороны расходились проходы. Точного направления мы не знали, поэтому решили поочереди изучить каждый проход. Разделяться смысла не было, это слишком опасно, кто знает, что нас ждёт впереди. Магическая защита нужна всем, а Сула у нас лишь одна. Поэтому мы все вместе отправились в первый из шести туннелей, заранее пометив его цветным мелом, который взяли с собой.

Мы шли по узкому коридору, который постоянно извивался и менял направление. Сам тоннель был точно такой же, как и тот, по которому мы добрались до пещеры. Живность попадалась всё чаще, но агрессии не проявляла. Через какое-то время мы упёрлись в тупик, так ничего и не обнаружив. Пришлось возвращаться назад и исследовать следующий тоннель. Когда мы упёрлись в тупик третьего тоннеля, все уже еле стояли на ногах. Стало понятно, что придётся здесь заночевать. Было жутковато ложиться спать в таком мрачном месте, но выбора уже не было, сил ни у кого не осталось. Мы решили добраться до просторного зала и там лечь спать, так как в проходе было узко, да и опасно, если вдруг ночью кто-то нападёт, мы окажемся в ловушке. Договорились, что постоянно кто-то будет дежурить и при малейшем изменении в обстановке разбудит всех. Первым охранять сон товарищей остался Рок, через два часа его должен был сменить Кил. Я же должна была дежурить последней. Мне казалось, что я ни за что не смогу уснуть на холодной жёсткой поверхности, но как только моя голова коснулась земли, я тут же погрузилась в глубокий сон.

Не знаю, сколько прошло времени, но проснулась я от ощущения, что кто-то пристально смотрит мне в лицо. Когда я проснулась, то увидела, что на мне сидит упитанная крыса и смотрит мне в глаза. Её взгляд был очень необычным, он не был похож на взгляд животного. В глазах крысы можно было прочитать разную гамму чувств. Там была и надежда, и мольба. Эта крыса явно от меня что-то хотела. Сначала я жутко испугалась и чуть не закричала. Но крыса быстро покинула моё тело и отбежала в сторону. Затем она остановилась и опять посмотрела на меня тем же умоляющим взглядом, что и минуту назад. Я немного пришла в себя и только тогда сообразила, что все спят, хотя мы договаривались, что кто-нибудь всё время будет стоять на страже. Видимо, кого-то сморило раньше, чем тот смог передать пост другому. Я осмотрелась вокруг и поняла, что кроме крысы в пещере нет ни одного подземного жителя, не было ни пауков, ни мышей. Крыса продолжала стоять на месте и жалостливо смотреть на меня. Я тихонько встала, и как только я это сделала, крыса отбежала немного в сторону, приближаясь к одному из тоннелей, которые мы ещё не успели исследовать вчера. Она отбежала и снова остановилась. Я медленно пошла в её сторону. Крыса опять немного отбежала. Я поняла, что зверёк явно куда-то меня зовёт. Я оглянулась на спящих друзей и, решив их не будить, пошла за крысой в тоннель. Меня вела какая-то неведомая сила, я её ощущала физически. Были моменты, когда я хотела остановиться и повернуть назад, но что-то не давало мне этого сделать, словно во мне сидело чужое сознание и контролировало моё поведение. Было ужасно страшно, но я продолжала следовать за крысой. Неожиданно я услышала крик. Кричали в пещере, я разобрала голоса Рока и Тэрлы. Оцепенение резко спало, и я бросилась обратно в подземный зал. Крыса побежала за мной. Я ощущала сильную магическую атаку на мой разум, но страх за своих друзей пересилил. Я бежала так быстро, как могла, помогая себе стихией воздуха. Когда я вбежала в пещеру, то увидела страшное зрелище. Рок, Сула, Тэрла и Кил стояли в центре зала, их окутывал защитный купол, а вокруг них собралось целое скопище крыс, пауков, мышей и других ползучих тварей. Их было так много, что они образовали настоящую живую стену, которая постоянно меняла свою форму. Тварей становилось всё больше и больше, круг всё сильнее смыкался вокруг попавших в ловушку волшебников. Первым меня заметил Рок и прокричал:

– Мэл, скорее пробирайся к нам под защиту! Они пока не нападают, но и не пропускают нас ни в одну сторону. Как только мы пытаемся сделать хотя бы шаг, они тут же начинают шипеть и всем своим видом показывать, что пока расставаться с нами не собираются. Мы не знаем, что делать. Атаковать страшно, с таким многочисленным противником мы можем не справиться, особенно если они начнут увеличиваться в размерах. Но стоять и ждать у моря погоды тоже не вариант. Нужно что-то придумать! Но пока ни у кого умных мыслей не обнаружено.

– Рок, похоже они хотят, чтобы я куда-то пришла и что-то сделала. Но я не знаю, что. Когда я проснулась, то на мне сидела крыса и явно от меня чего-то хотела. Крыса обладает сильной магией внушения. Я сама не поняла, как пошла за ней в туннель, причём, я не понимала, что делаю. Как только я услышала ваш крик, оцепенение спало.

– Мэл, этого не может быть! Самой сильной магией гипноза обладает народ Катары, никто не может с ними сравниться, но у тебя к этой магии иммунитет. На твой разум не могут воздействовать никакие народы этого мира.

– Не знаю, Рок, но я явно чувствовала психологическое давление извне.

– Ладно, потом с этим разберёмся, а сейчас пробирайся к нам! – крикнул Рок.

Я попыталась втиснуться в живую ползучую стену, чтобы пройти к друзьям, но животные ещё плотнее прижались друг к другу. Они явно давали нам понять, что меня никто не пропустит.

– Рок, они меня не пускают! Что делать?

– Я думаю, выбора нет, нужно атаковать! – ответил Рокату.

– Я давно уже твержу, что необходимо как следует навалять этим гадам! – крикнул Кил и готов уже был запустить зурус в стену из крыс, пауков и других животных. Но в этот момент прямо передо мной выбежала крыса и опять умоляюще посмотрела на меня.

– Рок, я всё-таки пойду за этой крысой, она явно от меня что-то хочет. Если бы они хотели нам причинить вред, то давно уже сделали бы это. Мне кажется, что им нужна наша помощь, – сказала я.

– Мэл, ты что, с ума сошла? Кому ты собралась доверить свою жизнь? Крысе? А если это ловушка, и как только ты останешься одна, эта крыса нападёт на тебя? – кричал Кил.

– У нас нет другого выбора, – сказала я и снова пошла за крысой в тоннель.

Крыса бежала впереди, постоянно оглядываясь, проверяя, не передумала ли я. А я уже не ощущала того психологического давления, что раньше. Прошло уже несколько часов, а мы всё шли по тоннелю. По дороге ничего не попадалось, но через какое-то время я увидела под ногами жёлтый камень овальной формы. Я остановилась, чтобы поднять его, но как только я наклонилась, крыса зашипела и опять отбежала немного в сторону. Она явно давала понять, что нужно идти дальше и ничего не трогать. Гладкий камень был таким красивым, мне так захотелось его взять, что пришлось приложить немало усилий, чтобы заставить себя идти дальше. Чем дольше мы шли, тем чаще стали попадаться необычные жёлтые камни. Размеры их были разными, от маленьких камушков до больших булыжников. Ни один из них крыса не позволила мне взять. Тоннель казался бесконечным, я ужасно устала, но, наконец, вдалеке я увидела стену, мы добрались до тупика. Я сначала не поняла, зачем крыса меня привела сюда, но когда подошла вплотную к стене, где заканчивался проход, то увидела, что вся стена состоит из жёлтого гладкого камня. Я посмотрела на крысу, та встала у самой стены и посмотрела на меня тем самым умоляющим взглядом, который я наблюдала после не самого приятного пробуждения. Она от меня явно что-то хотела. Но вот что? Подсказок не было, догадываться придётся мне самой.

– Что от меня требуется? – спросила я крысу, но та, естественно, ничего не ответила. – Хоть каким-нибудь движением покажи, что ты от меня хочешь.

Крыса после моих слов явно задумалась, а потом, отойдя немного от стены, разбежалась и с силой ударилась о стену. Удовольствие сие действие ей явно не доставило, но она была довольна и выжидающе посмотрела на меня.

– Ты хочешь, чтобы я разрушила эту стену? – начала догадываться я.

Крыса, услышав мои слова, оживилась и с ещё большим усердием начала биться о стену. Я попала в самую точку. Но я подозревала, что пока не разрушу эту стену, моих друзей, да и меня, никто не отпустит. Сначала я попыталась изучить свою находку. Положив руку на гладкий холодный камень, я вдруг ощутила приятное тепло, у меня было ощущение, что глажу любимого котёнка. Мне сразу расхотелось уничтожать эту замечательную стену, она всё больше и больше казалась мне удивительно красивой, какой-то необыкновенно волшебной. Это чувство всё больше и больше поглощало меня. Крыса поняла, что толку от меня никакого и недолго думая укусила меня за ногу.

– Ты с ума сошла? – вскрикнула я. – Больно же.

Крыса немного виновато посмотрела на меня, а потом опять ударилась о стену.

– Да поняла я, что стену нужно уничтожить, – пробурчала я, приходя в себя. – Сейчас что-нибудь попробуем.

Я отошла немного от стены и призвала магию воды. Как говорится: «вода камень точит», поэтому я решила начать именно с этой стихии. Призвав воду, я создала большую ледяную стрелу и что было силы запустила её в самый центр скопления жёлтого камня. Лёд с силой ударил стену и рассыпался мелкими льдинками, не причинив камню никакого вреда.

– Вода здесь не поможет. Ладно, попробуем огонь, – сказала я, обращаясь к крысе. Я всё больше воспринимала свою проводницу не как глупого грызуна, а как разумное существо. Почему-то я была уверена, что крыса понимает всё, что я говорю.

Я призвала магию огня и, создав огромный огненный шар, который держала двумя руками, запустила его в стену. Шар ждала та же участь, что и ледяную стрелу: он просто рассыпался мелкими искрами у моих ног. Я не отчаивалась. Дальше я призвала магию ветра, но и тут меня ждал провал. На землю я вообще особо не рассчитывала и правильно делала, потому что стена как стояла, так и продолжала стоять, переливаясь мягким жёлтым цветом.

– Что теперь? Я сделала всё, что могла, но сама видишь, не действует моя магия на этот камушек, – обратилась я к крысе.

Та как-то странно посмотрела на меня, явно обдумывая мои слова, и куда-то побежала. Я хотела пойти за ней, но крыса обернулась и зашипела на меня. Я ей больше нравилась именно в этом месте. Я спорить не стала, зная, что это бесполезно, поэтому осталась ждать крысу у стены. Через какое-то время вредный грызун вернулся, катя носом ко мне маленький жёлтый камень. Когда камень оказался совсем у моих ног, крыса отошла в сторону и выжидающе посмотрела на меня. Я поняла, что камушек предназначался для меня. Удивительно, буквально пол часа назад крыса готова была загрызть меня, стоило только немного наклониться за камнем, а сейчас сама притащила его мне. Я медленно наклонилась и аккуратно взяла камень в руки. Тут же по моему телу разлилось приятное тепло. Я почувствовала такой прилив сил, что казалось, горы могу свернуть. Меня переполняла неведомая до этого времени сила. Я посмотрела на крысу и чуть не вздрогнула. Крыса начала медленно расти. Она становилась всё больше и больше. В итоге передо мной стояло огромное чудовище, почти с меня ростом. Крыса оскалила зубы и готова уже была на меня напасть.

– Эй, подруга, ты чего? – занервничала я. – Я думала, что нужна тебе. Неужели забыла? Ты, вроде, хотела, чтобы я эту стеночку разрушила. Давай ка, прекращай скалиться и помоги мне!

Крыса на какое-то время опешила, но быстро пришла в себя и опять начала наступать, показывая мне не хилые коготки и острые зубки. Я поняла, что придётся защищаться. Какую лучше магию использовать? Как же неудобно, что нельзя объединять стихии вместе. Стоило мне только об этом подумать, как внутри меня начался ураган. Сначала меня бросило в жар, всё моё тело словно горело в огне, но скоро пламя внутри меня превратилось в холод. Меня стала бить мелкая дрожь, губы мгновенно стали синими. Я превращалась в ледяную статую, но неожиданно холод отступил, и на его место пришёл ветер. Я физически ощущала все свои внутренние органы, словно сильный ураган гулял внутри меня, а после этого я поняла, что моё тело становится тяжёлым, словно его залили свинцом, меня стало тянуть к земле, и, казалось, ещё немного и я не выдержу этого давления, но неожиданно все эти ощущения закончились. Я опять стала сама собой, но во мне что-то поменялось, а я не понимала, что именно. Пока я прислушивалась к новым ощущениям, крыса не стояла на месте, она приготовилась к прыжку и уже занесла надо мной свою когтистую лапу. Я жутко испугалась и даже не поняла, как атаковала чудовище. Когда я пришла в себя, то не поверила своим глазам. Рядом со мной лежала крыса и билась в агонии, её сжимало плотное магическое кольцо, состоящее сразу из четырёх стихий. Кольцо жгло, давило к земле и одновременно замораживало. Я была поражена, но долго пребывать в ступоре мне не пришлось. Я услышала крик и шум сражения. Я сразу поняла, что в размерах увеличилась не только моя крыска, но и остальные животные. Року, Тэрле, Килу и Суле явно приходилось нелегко. Я помнила, сколько было в пещере различных тварей. Долго мои друзья не продержатся без помощи. Первым моим порывом было броситься к ним, без меня им не справиться. Но потом я вспомнила, зачем меня сюда привела крыса. Нужно было уничтожить стену. Я надеялась, что после того, как она будет разрушена, подземные жители примут свою прежнюю форму. Я подошла к стене. Мысленно зачерпнула сразу силу всех стихий и одной только силой воли, без лишних жестов, я запустила силовую стрелу в стену. Когда магический сгусток столкнулся с твёрдой гладкой поверхностью, начался сильный гул, который всё больше и больше расходился по подземелью, из моих ушей пошла кровь. Стена на мгновение зажглась ярко-жёлтым светом, а затем рассыпалась на мелкие осколки. Я подошла к месту взрыва и увидела, что за стеной точно такой же тоннель, как и тот, по которому мы сюда добрались. Обернувшись назад, я увидела, что крыса опять приняла свои прежние размеры. Тогда я силой мысли потянулась к силовому кольцу, сжимающему животное, и втянула его обратно. Крыса встала на ноги и пристально посмотрела на меня.

– Ты этого хотела? – спросила я крысу. – А что дальше? Для чего всё это было нужно?

Крыса посмотрела на меня с благодарностью. Её взгляд был наполнен счастьем. Я хотела ещё что-то сказать, но услышала шум, который приближался всё ближе и ближе. Я оглянулась и увидела толпу бегущих к нам подземных жителей. Тут были все: и пауки, и мыши, и крысы, и червяки, а также другие животные. Все они бежали к проходу. Они так быстро пробежали, что вскоре не осталось ни одного животного в туннеле, а вместе с ними исчезли и осколки жёлтого камня, они забрали их с собой. Последний камень, оставшийся в этом подземелье, находился у меня в руке. Рядом стояла крыса. Она посмотрела на меня таким взглядом, что я почувствовала неладное. Крыса словно извинялась за что-то, такое виноватое выражение было на её мордочке. Я не заметила, как крыса мгновенно подбежала ко мне и укусила за ногу. Я вскрикнула и от неожиданности выронила камень. Крыса быстро его подобрала и побежала в открывшийся проход. Я хотела побежать за ней, но куда там, она неслась с такой скоростью, что её догнать мог разве что Рок. После того, как я выронила камень, внутри меня что-то оборвалось. Мне показалось, что крыса унесла частичку меня. Я испытывала настоящую боль. Единственное, что я хотела в этот момент, это вернуть обратно свой камень. Когда я уже собралась войти в тоннель за крысой, то увидела бегущих ко мне Рока, Сулу, Тэрлу и Кила.

– Мэл, живая?! – выдохнул Рок, подбегая ко мне и обнимая. – Я когда увидел, что ты пошла за этой крысой, чуть с ума не сошёл! Мы хотели пробиться к тебе. Но куда там. Этих тварей было так много, что невозможно было двинуться с места. А когда они стали увеличиваться в размерах, я подумал, что нам конец. Они все дружно напали на нас, их сдерживал только щит Сулы, но очень быстро он начал давать брешь. Потом неожиданно, подземелье накрыло такой звуковой волной, что стены задрожали, и мы уже были готовы к тому, что будем погребены живьём под её обломками. Как только грохот закончился, животные опять приняли свои обычные размеры и как сумасшедшие бросились в тоннель. Мы побежали за ними. – На одном дыхании выдал Рокату, а затем спросил. – Что здесь произошло?

– Я разбила стену в конце туннеля, и все животные ринулись туда. Именно за этим меня привела сюда крыса, – сказала я, а затем со слезами на глазах добавила. – Она забрала мой камень. Мне нужно его вернуть, – не терпящим возражения тоном сказала я.

– Какой камень, Мэл? – спросил Рок.

– Тот самый, за которым мы пришли, – ответила я. – Эта крыса забрала его у меня. Я её спасла, а она меня ограбила! Найду гадину – убью!

Рокату немного отстранил меня от себя и пристально посмотрел.

– Мэл, что с тобой? Ты явно не в себе! Что случилось?

– Рок, я же уже тебе сказала! У меня украли мой камень! Его необходимо найти! Что не понятного? – грубо ответила я. Если бы я видела себя со стороны, то заметила бы, что действительно изменилась, и дело было не только в грубом поведении, мои глаза поменяли цвет, вместо голубых они стали ярко-жёлтыми.

– Рок, у неё поменялся цвет глаз! – тихо прошептала Сула. – На неё явно что-то или кто-то воздействует! Нужно срочно выяснить, в чём дело! У меня очень нехорошее предчувствие.

– Что вы там шепчетесь? Вы собираетесь мне помочь, или мне идти одной? Эта крыса наверняка уже далеко убежала! – сказала я и, не посмотрев, идёт ли кто за мной, вошла в тоннель и пошла вглубь его сводов.

– Что стоите, пошли! В любом случае нам без камня возвращаться смысла нет, – сказал Кил и пошёл следом за мной.

Остальные переглянулись и тоже вошли в проход.

Сначала мы шли по обычному подземелью, тоннель ничем не отличался от того, по которому мы шли до этого. Мне всё время казалось, что мы очень медленно идём, и поэтому подгоняла остальных. Я ворчала, постоянно выражала недовольство. В общем, как могла отравляла жизнь своим спутникам. В подземелье не было никакой жизни, ни крыс, ни пауков, ни каких других тварей. Чем дальше мы заходили, тем больше ощущали дуновение ветра, воздух стал более свежим, было понятно, что где-то рядом был выход из подземелья. Странно, Ямин говорил, что его воины исследовали пещеру вдоль и поперёк и не обнаружили выходов наружу. Скоро вдалеке показался свет, причём, не искусственный, а дневной. Когда мы подошли поближе, то увидели в конце тоннеля широкий выход. Выйдя из подземелья, мы не поверили своим глазам: перед нами раскинулся целый город. И первое, что бросалось в глаза – это его жители. Внешность была у всех разной, кто с длинными рыжими волосами и зелёными глазами, кто с короткой стрижкой и тёмными глазами. Различные формы глаз, носа, губ делали людей совсем не похожими друг на друга. Но самое странное было в другом. Вместо обычных человеческих тел у них были тела насекомых, грызунов и других животных, преимущественно обитающих в тёмных подвалах и подземельях. Вот почти перед самым нашим носом прошёл огромный паук ростом с Рокату с головой седого старика. Сверху на его теле лежало несколько ящиков. Рядом с ним шёл человеко-паук помоложе, у него было симпатичное лицо, русые волосы и серые глаза. Старик понукал юношу.

– Я же говорил тебе, нужно было брать пять ящиков божьих коровок! А ты: «Да ладно, если не хватит, докупим ещё». А вот теперь где нам брать ещё два ящика? Или ты думаешь, гости не заметят, что на столе не хватает любимого лакомства?

– Я же не знал, что их так быстро разберут! – оправдывался юноша.

– Не знал он! – ворчал старик и дальше продолжил свой путь.

Когда два паука поравнялись с нами, то старший сказал, обращаясь к нам.

– А вот и спасители явились! Здравствуйте! Сейчас мы отправим кого-нибудь к нашему вожаку, и вас встретят со всеми почестями, – сказал старик и, не дождавшись ответа, пошёл дальше.

Все, кроме меня, стояли открыв рты, не зная, что на это сказать.

– Ребята, вы видите то же, что вижу я? Или у меня глюки? – спросил Кил.

– Если это глюки, то у нас массовое помешательство! – ответил Рок.

Я же не понимала, чему они так удивляются. Мне этот город казался совсем обычным, с обычными обитателями. Провожая взглядом двух прошедших мимо нас пауков, мне почему-то ужасно захотелось попробовать тех божьих коровок, о которых говорил старик со своим внуком. Я была уверена, что они были очень вкусными. У меня аж слюнки потекли.

– Что вы встали? Нам необходимо найти здесь мою крысу и забрать у неё камень! – сказала я и собиралась уже пойти в первую попавшуюся сторону, но меня остановил Рок, притянув поближе к себе.

– Слушайте, она точно не в себе! – сказал Кил. – Нужно с этим что-то делать!

– Вот только что? – спросил Рокату.

– Откуда я знаю, это же теперь твоя женщина, вот ты и мучайся! – не вовремя решил пошутить Кил. Но после того как остальные шутку не оценили, Кил понял, что сморозил глупость и добавил. – Да, не переживай, придумаем что-нибудь. Может, обратиться к местным жителям? Они, похоже, не агрессивные и на нас не обращают никакого внимания.

Пока Рок, Кил, Тэрла и Сула решали, что со мной делать, к нам приблизилась очень необычная процессия. Впереди шла огромная крыса с головой мужчины средних лет. Волосы были чёрными, немного вьющимися и доходили до самых плеч. В его лапе был небольшой посох, в основании которого было небольшое отверстие. В это отверстие был вложен небольшой жёлтый камень округлой формы. Рядом с ним шла крыса помоложе – юноша с короткими тёмными волосами и карими глазами. Его глаза мне показались очень знакомыми. Немного позади двух крыс шли три паука в металлической броне, в лапах у них были копья. Это были немолодые мужчины с серьёзными, немного грубоватыми лицами. А позади всех шёл, точнее полз, огромный червяк с головой достаточно молодого мужчины. У него были короткие светлые волосы и голубые глаза. Этот мужчина невольно вызывал уважение, у него был глубокий, мудрый взгляд. Он в руках держал почти такой же посох, как и главный крыс, но его камень был в несколько раз крупнее.

Как только я увидела «свой» камень, то весь мир для меня исчез. Был только он. Ничего дороже у меня никогда не было. Я забыла обо всём на свете и так быстро побежала к крысе, державшей мой камень, что даже Рок не успел меня остановить.

– Это моё! Отдайте! – закричала я, подбегая к крысе. Когда я добежала, то протянула руку и дотронулась до своего сокровища. В этот момент я почувствовала настоящее блаженство. Моё лицо расплылось в широкой глупой улыбке, после чего я потеряла сознание.

Рокату подбежал к бесчувственному телу своей любимой.

– Что с ней!? – прокричал он вместо приветствия.

– Так на неё действует адомий, вот этот камень, – сказал человек-крыса и указал на свой посох. – Давайте пройдём в мой дом, и я вам всё объясню.

Они шли по широким светлым улицам. Вокруг было множество разнообразных домов. Где-то стоял большой сферообразный дом, сделанный их плотной паутины, с широкими окнами и полукруглой дверью. Рядом с домом из паутины стоял дом в виде конусовидной кучи, напоминавшей муравейник, он был сделан из каких-то сучков и веток. В нём было несколько этажей и множество окон. Чем дальше шли Рокату, Сула, Кил и Тэрла, тем больше разнообразных построек им попадалось. Вскоре они вышли на очень оживлённую улицу. Там явно развернулся местный рынок. За яркими прилавками стояли продавцы: люди-пауки, люди-муравьи, люди-крысы, люди-черви и многие другие. Каждый пытался продать свой товар. Здесь явно был продуктовый рынок. Каких только вкусностей здесь не было: личинки гусениц, маринованные в муравьиной кислоте, хоботки комаров, плавающие в пряном нектаре, яйца тараканов, жареные с крылышками мушек и другие разнообразные блюда на любой вкус. Аромат стоял такой, что ни один житель города не мог пройти равнодушным мимо прилавков. Рядом с прилавками толпились покупатели, которые торговались с наглыми продавцами. Было очень шумно. Рокату и Кил спокойно проходили мимо рядов с товаром, только немного морщились, а вот девушкам было сложней. Сула еле сдерживала рвотный рефлекс, а Тэрла шла, уткнувшись носом в свой рукав, и приговаривала:

– Если я дойду до дома этой крысы и меня не вывернет на изнанку, можно будет ставить мне памятник.

Скоро рынок был преодолён и всё чаще стали попадаться дома явно богатых людей. Дома были большими, многоэтажными, вокруг были ухоженные лужайки с зелёной травой. К одному из таких домов мы и подошли. Хозяин пригласил нас зайти внутрь, а стражи-пауки остались снаружи. Когда мы вошли в дом, то поразились простоте обстановки. Не так обычно представляется дом вождя целого народа. В центре просторной комнаты стоял круглый стол с простыми деревянными стульями. Рядом с окном находился добротный, но простой камин. По обеим стенам стояли два одинаковых дивана. Человек-крыса пригласил сесть своих гостей на диван, а человек-червяк с Меланией на руках отправился в соседнюю комнату. Сначала Рок хотел возмутиться, но ему объяснили, что только главный предсказатель и одновременно целитель может помочь волшебнице прийти в себя. Когда Меланию унесли, в комнате остались вождь-крыса, его сын, Рокату, Кил, Сула и Тэрла.

– Что ж, давайте знакомиться! – сказала старшая крыса. – Я – Фиярий, а это, мой старший сын, Фирмий, которого спасла ваша очаровательная волшебница с разноцветными волосами. Вы можете не представляться. Я давно наблюдаю за вами. Хранителям у нас всегда рады, да и любому существу с нашей планеты. Ведь мы – замкнутый народ, и никогда к нам никто не попадал из внешнего мира.

– Откуда же вы тогда нас знаете? – спросил Рокату. – Я знаю все народы этого мира, но о вас слышу впервые.

– Это и не удивительно, что вы о нас не слышали. Вы и недолжны были узнать о нашем существовании. Но давайте всё же по порядку. Мой народ называется гурнами. Мы – последний народ, созданный старыми Богами. Когда нас создавали, на Тиерии было уже достаточно разнообразных жителей с различной магией. Некоторые из них начали проявлять неповиновение, чем разозлили своих творцов. Тогда Боги решили создать особый народ, такой, который будет отрезан от всего другого мира, ни одному созданию невозможно было попасть в эти земли. Новый народ Боги назвали гурнами и наделили их необычной магией. Мы можем видеть всё, что происходит в чужих землях, нашему взору доступен любой уголок этой планеты. Такими способностями нас наделили Боги, чтобы им было легче контролировать своих созданий. А для того, чтобы мы никогда не смогли поделиться этими знаниями с жителями нашего мира, Боги установили вокруг наших земель стену из специального камня – адомия. Этот камень скрывает нас от внешнего мира и не даёт ни нам выйти в другие земли, ни другим народам попасть к нам. Адомий обладает и дополнительным свойством. Он усиливает наш дар, поэтому самые сильные маги могут не только наблюдать за жизнью Тиерии, но и предсказывать будущее. Наши пророки умеют не только видеть, что будет, но и могут менять это будущее, если им очень этого захочется. Этот дар был дан нам Богами после того, как волшебники Тиерии отказались подчиняться божественным приказам, и в нашем мире разразилась Большая война. Но если наш предсказатель меняет будущее, то это новое будущее будет неизвестным даже для него. Поэтому наши пророки никогда не пользуются этим своим даром. Мы долго жили в изоляции и всё было хорошо. Но когда Большая война закончилась, Боги постепенно исчезли. Наша магия стала бесполезной. Мы были оторванными от всего мира и не все готовы были с этим мириться. Однажды мой сын следил за работами по добыче адомия и вдруг услышал где-то за стеной какие-то звуки. Прислушавшись, он понял, что это говорят люди. После этого случая Фирмий, мой сын, был одержим идеей попасть за стену. Он предложил мне попробовать пробить в стене брешь, чтобы пройти к другим народам. Я был категорически против, ведь мы не знали, что ждёт нас за пределами наших земель. Но мой сын не послушал меня. Он в тайне собрал группу молодых гурнов разного пола, и ночью, когда все спали, они решили пробить стену из адомия. Стена долго не поддавалась, но после многочасовых усилий глупцы смогли пробить небольшое отверстие. Когда мой сын со своими друзьями вошёл в проход, то сразу же все стали ощущать, как меняется их сознание, – Фиярий сделал небольшую паузу и добавил. – Дальше, я думаю, лучше расскажет Фирмий.

Все посмотрели на юношу и тот продолжил рассказ отца.

– Когда мы вошли через пробитую стену в незнакомое подземелье, то почувствовали лёгкое головокружение, но сначала не придали этому значения. Мы решили исследовать новые земли. Мы пошли вперёд и даже не заметили, что пробоина в стене стала затягиваться. Чем дальше мы шли, изучая тоннель, тем больше изменений происходило в нашем сознании. Мы стали вести себя более грубо, животные инстинкты проявились во всей красе. Мужчины и женщины, а точнее уже самцы и самки приступили к главному занятию животных – к совокуплению, стремясь к продолжению рода. Постепенно животное начало окончательно победило социальную сущность. Наша внешность тоже менялась. Мы становились меньше, наши лица превратились в морды. В итоге, за короткое время вместо разумных существ новое подземелье населили обычные животные, которые руководствовались исключительно инстинктами. Мы расплодились и заселили все катакомбы. Только у меня сохранилась небольшая частичка человеческого сознания. Я понимал, что необходимо срочно возвращаться домой, но проход был уже закрыт. Адомий очень быстро восстанавливается. Я хотел пробраться в земли орлиев в надежде, что там мне смогут оказать помощь, но камень не отпускал от себя далеко. Он наделял нас удивительной живучестью и способностью трансформироваться в страшных чудовищ. Боги запрограммировали камень защищаться, он не должен был попасть в другие земли Тиерии. Слишком велика его сила, она способна спровоцировать новую войну между народами, ведь кто откажется от кусочка материала, способного в сотни раз увеличивать магические способности. Я слишком поздно понял, что мы просто не в состоянии жить за пределами наших земель.

Я пытался вернуться, но отверстие в стене окончательно заросло. Тогда я стал надеяться, что когда-нибудь кто-то придёт в подземелье, и мне удастся дать понять, какая помощь нам нужна. Но долгое время в подземелье никто не заходил. Однажды я увидел в тоннеле человека с клювом птицы, так как я помнил все народы Тиерии, то понял, что это представитель орлиев. Я пытался всем своим видом показать, в какой помощи нуждаюсь, но стоило ему увидеть кусочек адомия, он забыл обо всём на свете. Он подобрал камень и ни за что не соглашался вернуть его на место. Как только адомий попал в руки орлия, я и остальные гурны стали увеличиваться в размерах, остатки разума окончательно покинули нас. Мы набросились на человека-птицу. Когда он потерял сознание, я и мой народ опять приняли обычный облик животных. Вскоре за человеком пришла поисковая группа. Она не обратила на меня никакого внимания. Как мы ни пытались их остановить, часть из них смогла прорваться и вынести наружу кусочек адомия. Я не знал, что будет с камнем, и как он проявит себя в чужих землях нашего мира. Оказалось, что орлий, унёсший камень полностью попал под его влияние, и если у нашего народа только увеличивается магическая сила с помощью адомия, то другие народы становятся пленниками камня. Адомий меняет сознание существа, если тот не относится к народу гурнов. Постепенно владелец камня приобретает повадки и вкусы нашего народа, а сила камня пытается привести его в наши земли. Поэтому целью всей жизни владельца адомия будет попасть к гурнам и служить камню. Если достичь наших земель не получится, а вы уже знаете, что к нам попасть извне невозможно, то владелец камня навсегда теряет разум.

Я уже совсем не надеялся вернуться домой, но неожиданно в подземелье пришли вы, и у меня вновь появилась надежда. Я сразу понял, что ваша спутница обладает необычной магией, ей подвластны все стихии, поэтому мой выбор пал на неё. В облике обычной крысы у меня появилась новая способность, я мог воздействовать на разум других живых существ. А что было дальше, вы знаете. Простите, что подверг вас и Меланию опасности, но у меня не было другого выбора.

– Что же будет теперь с Меланией? – с беспокойством спросил Кил. – Она не сможет теперь жить за пределами ваших земель? Если мы её заберём, она потеряет разум?

– Мы точно не знаем. Ведь к нам ещё никто не попадал из внешнего мира. Нужно дождаться, когда она придёт в себя. Наш предсказатель, Щун, займётся изучением изменений, произошедших с Меланией, и только тогда сможет сказать, что можно сделать в этой ситуации, – сказал Фиярий.

– Но мы не можем ждать! – воскликнула Сула. – У нас в землях орлиев остался близкий человек, который нуждается в помощи, он ранен, и если мы скоро не вернёмся, то он умрёт!

– Не переживайте! – сказал Фиярий. – В наших землях время течёт быстрее, чем в других местах Тиерии. Когда у нас проходят сутки, у вас проходит всего лишь час. Благодаря этой разнице во времени мой сын почти не постарел, в подземелье он провёл меньше года, а у нас прошло двадцать лет.

– Всё равно, нам нужно как можно быстрее попасть обратно! – продолжала настаивать Сула. – Как долго ваш предсказатель будет приводить Меланию в чувство?

– А этого никто не знает! Я же говорил, мы не знаем, как адомий подействует на её сознание в наших землях.

– Хорошо, мы будем ждать, – это сказал уже Рокату. – Но нашей изначальной целью было достать камень, адомий, как вы его называете. Мы надеялись, что с помощью этого предмета нам удастся снять с нашего друга браслет, который блокирует магию. Если мы вернёмся без этого камня, то один из Хранителей погибнет.

– Знаю, я немного следил за вашими приключениями. Но, к сожалению, мы не можем вам дать адомий с собой. Я уже объяснил почему. Никогда этот камень не должен покидать наших земель. Достаточно того, что один кусочек адомия уже попал во внешний мир, и кто знает, к чему это приведёт? Да и не способен никто из живущих в Тиерии, кроме нашего народа, совладать с силой этого камня. Если вы даже и спасёте Пита, то потеряете того, кто станет владельцем адомия.

– Что же нам делать? Получается, в любом случае мы потеряем кого-то из близких нам людей? – спросил Рок.

После этих слов Сула не выдержала и разрыдалась. Кил сидел темнее тучи. А Тэрла спросила:

– Неужели совсем ничего нельзя сделать?

– Я не могу пока ответить на ваш вопрос. Нужно дождаться, пока Мелания придёт в себя, и посмотреть на изменения в её сознании. А сейчас позвольте моему сыну проводить вас в ваши комнаты, – сказал Фиярий и встал с дивана, явно давая понять, что разговор окончен.

***

Когда я пришла в себя, то открыла глаза и посмотрела вокруг. Я лежала на широкой кровати с высоким балдахином. Рядом стояло два стула. Напротив кровати стоял стол. Комната была маленькой, простой, но уютной и очень светлой. Я чувствовала себя прекрасно и очень хотела есть. Встав с кровати, я подошла к зеркалу. Мои волосы были растрёпаны, вместо брюк и рубашки, в которых я спускалась в подземелье, на мне было серое платье, больше походившее на мешок, чем на одежду, а на шее висел кулон, сделанный из жёлтого камня. Я вздохнула с облегчением: мне вернули моё сокровище. Только я собралась выйти из комнаты, как дверь открылась и вошёл человек-червяк со светлыми волосами и голубыми глазами.

– Уже очнулась? – спросил он и улыбнувшись добавил. – Долго же ты сопротивлялась. Пока я не догадался одеть на тебя адомий, твоё сознание наотрез отказывалось возвращаться к своей хозяйке. Меня зовут Щун, я главный целитель народа гурнов, – сказал червяк и протянул мне руку для рукопожатия.

– Мелания, – ответила я, пожав руку Щуна.

У меня было странное чувство. Я помнила всё, что было со мной до того момента, как потеряла сознание. И сейчас у меня должно было быть немало вопросов к своему новому знакомому. Но почему-то я его знала. И знала, кто такой народ гурнов и их вождь – Фиярий. Мне казалось, что я вернулась домой после долгого отсутствия. Здесь мне было хорошо.

– Щун, у меня такое чувство, что мы знакомы. Я знаю вас, вашу жену, даже знаю, что у вас пять детей. Хотя я прекрасно понимаю, что вижу вас впервые, или почти впервые. Нашу первую встречу трудно назвать знакомством. Откуда у меня эти знания?

– Дело в том, Мелания, что вот этот камушек, который у тебя на шее, содержит историю всего нашего народа. Правда, у нас только предсказатели могут обрести знания о всех представителях наших земель с помощью этого камня. Удивительно, что адомий поделился этим с тобой. Ведь ты не являешься гурном.

После слов Щуна я задумалась. Обратившись к своим чувствам, я поняла, что во мне что-то изменилось. Но что? Пока я не могла ответить на этот вопрос.

– А почему я упала в обморок после того, как дотронулась до камня?

– Твоё сознание, которое стало ощущать ещё одну реальность, не смогло справиться с таким потоком информации. Ты теперь представитель сразу двух народов: волшебников и гурнов. Адомий почему-то решил встроить тебя в мир нашего народа, сохранив память о прошлом и все твои прежние чувства и способности, которые были у тебя до того момента, как ты взяла в руки этот камень. – Щун указал рукой на кулон у меня на шее. – Но одновременно ты получила и другие знания и способности, а вместе с ними немного изменилась и ты сама, твоя сущность. Как это проявится, я не знаю. Думаю, это выяснится в ближайшее время.

– Получается, я теперь – не совсем я?

– Не знаю. Но, что знаю точно, что ты – уникум. Ты необычная волшебница. Любой другой представитель нашей планеты, кроме гурнов, полностью бы подчинился воле камня, а ты сохранила своё «я», хоть определённые изменения и произошли. Скоро сама их почувствуешь. Что с этим делать дальше, мы ещё не знаем. Время покажет.

– Что значит, «с этим что-то делать»? Вы что, собираетесь надо мной ставить эксперименты? – забеспокоилась я.

– Конечно, нет. Просто, сначала, когда ты потеряла сознание, я пытался привести тебя в чувство обычными средствами. Что я только не делал, ничего не помогало. Тогда я обратился к Суле, всё-таки она сильнейший целитель Тиерии, но и она ничего не смогла сделать. Ты почти сутки пролежала без чувств. Твои друзья очень беспокоились за тебя. В итоге, я решился на последний, самый нежелательный вариант: я приказал огранить тот самый камень, который ты подобрала в подземелье, и сделал из него кулон. Повесив тебе его на шею, я вышел буквально на несколько минут из комнаты, а вернувшись, увидел тебя, стоявшую и разглядывающую себя в зеркале. Это говорит о том, что теперь ты не сможешь существовать без адомия. И это большая проблема. Камень нельзя выносить за пределы наших земель. А без него жить ты не сможешь. Оставаться здесь тебе тоже нельзя. Тебе ещё мир спасать нужно. Что теперь делать и как освободить тебя от действия адомия, не повредив рассудок, я не знаю.

– Не следует меня ни от чего освобождать! – резко сказала я. – Я, наконец, почувствовала себя дома, мне здесь так хорошо, что никуда я не собираюсь уходить! А мир спасает пусть кто-нибудь другой. Какое мне дело до других народов Тиерии? Нас здесь никто не достанет, а остальное – не моя забота.

– Вот этого то я и боялся! – сокрушённо покачал головой Щун. – Адомий совсем по-другому расставил в твоём сознании приоритеты. С этим нужно что-то делать. Борись, вспомни всех, кого ты любила и любишь. Пита, который умрёт без твоей помощи, отца, который не переживёт, если ты останешься здесь, Рокату, который любит тебя всем сердцем. Вспомни эти чувства, лелей и взращивай их, и ты сможешь победить действие камня. Во всяком случае я на это надеюсь.

Я не понимала, о чём он говорит. В конце концов, что мешает Суле перенести Ластра к людям Ледяных гор, чтобы те сняли блокирующий магию браслет. Опасно? Так это её проблемы. Папа человек уже взрослый и должен понимать, что у меня своя жизнь. А Рок, если любит, останется со мной, если нет, значит я ему не нужна, а тогда зачем он мне? Я высказала свои мысли вслух. Щун только сокрушённо покачал головой.

– Ладно, отдыхай пока, а я прикажу накрыть стол к обеду. Сейчас позову твоих друзей, надеюсь, увидев их, у тебя поменяется отношение к ситуации, – сказал Щун и не дождавшись моего ответа вышел из комнаты.

Я ещё немного полюбовалась своим украшением, но вскоре поняла, что ужасно голодна. Я вышла из своей комнаты и пошла в гостиную. Первое, что мне бросилось в глаза, это стол, на котором стояло множество разнообразных блюд. Стол был поделён на две части. На одной стороне стояли привычные для волшебников блюда: мясо, рыба, пироги с начинкой, сыр, запечённая птица и различные напитки. За этим столом уже сидели Рокату, Сула, Тэрла и Кил. На другой стороне стола стояли блюда, которые очень любил народ гурнов: личинки, жуки, слизь насекомых и другие вкусности, которые были печёными, жаренными и сырыми. За этой частью стола сидели Фиярий, Щун и Фирмий.

Как только я вошла в комнату, ко мне тут же подошёл Рок.

– Как ты, с тобой всё в порядке? – спросил он.

– Всё прекрасно, – ответила я.

Увидев Рокату, мне так захотелось его поцеловать, что я не смогла сдержаться. Я обвила шею Рока руками и впилась в его губы жарким поцелуем.

– Мэл, мы здесь не одни! – прошептал Рокату и нежно, но тем не менее твёрдо, отстранил меня от себя.

– Какая разница! – ответила я и ещё раз попыталась обнять Рокату. – Я хочу быть с тобой прямо сейчас! Какое мне дело до остальных!

На помощь растерявшемуся Року пришёл Щун.

– Мелания, ты, наверное, проголодалась, садись за стол, поешь с нами.

После этих слов я тут же потеряла интерес к Рокату. Мне жутко захотелось есть. Я подошла к той половине стола, где сидели Фиярий и Фирмий со Щуном, взяла тарелку и положила себе большое количество жареных личинок, тараканьих лапок и божьих коровок. Сев рядом со Щуном, я сразу же принялась за еду. Не ждать же, когда остальные начнут есть, так и с голоду умереть можно. Я ела с удовольствием, наслаждаясь едой. Двумя руками я запихивала личинки в рот и запивала их цветочным нектаром. Это было блаженство! Никогда я не чувствовала себя так хорошо. Но посмотрев на своих друзей, мне стало немного не по себе. Тэрла закатила глаза к самому потолку, Сула сидела наклонив лицо вниз и прикрывала его руками. Рок просто смотрел на меня как баран на новые ворота. Один Кил не выглядел озадаченным, он слегка толкнул Рока локтем в бок и сказал:

– Прожорливая она у тебя стала! Мы ж теперь её не прокормим!

Рок смерил Кила таким взглядом, что тот тут же закрыл рот и весь вечер больше ничего не говорил.

– Щун, можно тебя на минуту? – спросил Рокату и вышел из комнаты, не дождавшись ответа. Щун пошёл следом.

Когда Рок и Щун остались наедине, Рокату спросил:

– Щун, что с Меланией? Фиярий нам сказал, что с ней могут произойти изменения, но не до такой же степени? Я думал, она просто не захочет расставаться с камнем, но при этом останется сама собой. Но то, что с ней произошло, нельзя назвать нормальным. С этим можно что-то сделать?

– Рокату, поверь, она не до такой степени изменилась, как тебе показалось. Просто, если раньше природные инстинкты Мелания сдерживала, как и остальные представители вашего народа, то теперь ей сложно с ними бороться. Наш народ не может жить за пределами своих земель, потому что сразу теряет человеческое сознание, а Мелания наоборот, в наших землях ориентируется больше на желания, чем на разум. Но это не значит, что она потеряла своё «я». К нему добавились новые чувства и ощущения, и немного поменялись вкусы.

– Жрать личинок и при всех домогаться мужчину без какого-либо стеснения! Это немного? – не сдержался Рок.

– Пойми, это сейчас она полностью идёт на поводу у своих желаний, но скоро Мелания начнёт прислушиваться к своим новым ощущениям и будет сдерживать их. Народ гурнов тоже очень любит поесть, но умеет вести себя прилично в обществе.

– И что теперь? Она навсегда останется наполовину волшебницей, наполовину гурном?

– Не знаю, Рокату. Мне сложно ответить на этот вопрос. Необходимо немного подождать, посмотреть, будет ли дальше меняться сознание Мелании или нет. Но в любом случае, ей не захочется возвращаться обратно. Её дом теперь здесь.

– Ты же прекрасно знаешь, что ей нельзя здесь оставаться! От неё зависит судьба целого мира. И ты, как предсказатель, должен это знать! Ответь мне, ты видел будущее? Знаешь, что должно произойти дальше?

– А что такое будущее? – спросил Щун.

Рокату на какое-то время растерялся. А Щун продолжил.

– Кажется, не такой уж сложный вопрос, но и здесь мы пытаемся найти разные варианты. Сознание человеческого существа очень сложное. И когда мы сталкиваемся с той или иной ситуацией, как правило у нас есть выбор. И какой выбор будет сделан, неизвестно. Поэтому и будущее точно предсказать невозможно, можно только предвидеть несколько вариантов развития событий. И то, кто знает, не упустил ли предсказатель момент, где будет сделан выбор, который изначально казался невозможным.

– То есть ты хочешь сказать, что ты не знаешь, что будет с нашей планетой?

– Я этого не говорил, – ответил Щун.

– Нет, ты только что именно это и сказал. Ты сказал, что будущее предвидеть невозможно! – начал терять терпение Рокату.

– Я сказал, что существуют разные варианты этого будущего. Вот эти варианты я и вижу. Но кто знает, нет ли другого варианта происходящих событий?

– Ладно, представим, что ты видишь не одну картинку, а несколько. В них разные варианты будущего. Этот вариант, когда Мэл изменилась под воздействием камня, ты видел?

– Конечно, – ответил Щун.

– Хорошо, тогда ты знаешь, что будет дальше. Мэл сможет поправиться или нет? – спросил Рокату.

– Она не болеет. Я же объяснил, у Мелании просто появились новые вкусы и желания, которым ей тяжело противиться, вот и всё, – словно неразумному ребёнку объяснял Року Щун.

Рокату понял, что говорить со Щуном бесполезно. Хитрый предсказатель народа гурнов явно много знал, но ни за что этими знаниями делиться не собирался. Поэтому Рокату решил подойти к проблеме с другой стороны.

– Щун, ты говорил, что камень наделил Меланию даром предсказания. Но пока он проявился слабо, Мэл просто стала известна история твоего народа. Скажи, можно сделать так, чтобы этот дар предвиденья проявился сильнее?

– Мелании этот дар совсем не нужен, – очень серьёзно ответил Щун. – Поверь, это слишком тяжкое бремя, знать будущее и не иметь возможности на него повлиять.

– А можно сделать так, чтобы Мелания увидела небольшой кусочек этого будущего? – спросил Рокату.

– Зачем? – не понял Щун.

– Затем, что если Мелания увидит, что случится с Питом, если она не вернётся, и возможно тогда она сможет победить свою животную сущность и вернётся с нами назад к орлиям.

– Камень всё равно не отпустит её. Даже если Мелания захочет уйти от нас, она не сможет расстаться с адомием.

– Так отдайте ей этот камень! Всё равно один осколок уже находится за пределами ваших земель, не думаю, что мир рухнет, если ещё один камень будет у Мелании, – сказал Рокату.

– Я хорошо понимаю тебя, Рокату! Но больше ни один кусочек адомия не покинет наши земли, даже не проси! Нельзя, чтобы адомий попал не в те руки! Нельзя! – сказал Щун тоном, не терпящим возражений.

– Ты видел будущее, да? И видел, что камень попал не к тому человеку, верно? – вдруг догадался Рокату.

Щун даже вздрогнул после этих слов, а Рок увидев реакцию человека-червяка продолжил:

– Значит, ты всё-таки пытаешься изменить будущее! Ты видел гибель Тиерии, верно?

– Да, Рокату! Наша планета погибнет, если я отпущу Меланию с камнем!

– Хоть что-то становится понятным, – сказал Рокату. – Ты видел вариант, в котором Мелания вышла из ваших земель с адомием. Этот камень затем попал не в те руки, как я понимаю, к Хероксу, в итоге он получил невероятную силу благодаря адомию и уничтожил мир, а вместе с ним и нас всех, правильно?

– Всё верно, Рокату, – ответил Щун.

– И теперь ты хочешь оставить Меланию со своим народом, чтобы камень не попал к Хероксу? – спросил Рок и не дождавшись ответа продолжил. – А ты не думал, что есть какой-нибудь другой выход из этой ситуации?

– Какой, Рокату? Нет другого выхода! Меланию с адомием я не выпущу из наших земель!

Рок ненадолго задумался, а затем спросил:

– А нет способа сделать так, чтобы Мелания не расставалась с камнем, и при этом никто не мог бы его забрать у неё?

– Это как? – не понял вопроса Щун.

– Не знаю, например, измельчить камень в пыль и втереть его в волосы или куда-нибудь ещё. Ты специалист по камням, придумай что-нибудь, – сказал Рокату.

После слов Рока Щун надолго задумался, а потом сказал:

– А это идея! Можно растереть камень в пыль, добавить его в напиток и дать выпить Мелании. Кто знает, может часть адомия останется у неё в организме, и тогда Мелания сможет вернуться назад, и при этом никто не заберёт у неё волшебную силу камня.

– А это безопасно, принимать адомий внутрь? – с беспокойством спросил Рокату. Но Щун его уже не слушал, что-то бормоча под нос, он вышел из комнаты. Рок покачал головой, но пошёл следом за ним.

Когда Рокату вернулся в гостиную, то перед его взором открылась интересная картина: я стояла посреди комнаты, и меня окружала цветная аура магии стихий. Сула, Тэрла и Кил стояли недалеко от меня, накрывшись защитным куполом, который с трудом сдерживал мою магическую атаку. Рядом на полу лежали Фиярий и Щун, их тела сжимало кольцо стихийной магии. Посмотрев на вошедшего Рокату, я крикнула:

– Рок, они хотят забрать у меня мой кулон! Они – жалкие лицемеры и предатели! Говорят, что вернут мне его обратно, но я-то знаю, что они задумали: украсть его у меня и пользоваться его силой самим!

Рокату с беспокойством посмотрел на лежащих на полу гурнов, магическое кольцо сжимало их с такой силой, что уже был слышен хруст костей. Щит Сулы тоже готов был разлететься вдребезги. Тогда Рок подошёл ко мне, обнял и прошептал:

– Успокойся, детка! Мы никому не отдадим твой камень! Поверь мне!

Его слова подействовали на меня успокаивающе. Мне показалось, что кроме нас с ним в комнате больше никого нет. Я прекратила атаковать Сулу и сняла стихийное кольцо со Щуна и Фиярия. Обняв Рокату в ответ, я даже не заметила, как его руки удивительно быстро и бесшумно скользнули к моей шее. Сначала я не придала этому никакого значения, но неожиданно почувствовала, что цепочка, на которой висел адомий, натянулась. Пока я соображала, что происходит, мой кулон оказался в руках Рока. Рокату резко бросил камень Щуну и крикнул:

– Бегом в лабораторию! Мы задержим её, постарайся успеть сделать всё что необходимо, и желательно побыстрей, иначе Мэл разнесёт тут всё!

Я не могла поверить своим глазам. Меня предали! И кто? Тот, кому я доверяла больше всего! Меня охватила такая ярость, что я перестала осознавать, что происходит. В голове была только одна мысль: «Ненавижу! Уничтожить!»

Я резко оттолкнула Рока от себя и попыталась вызвать кольцо стихий, но неожиданно силы покинули меня. Ноги подогнулись, голова закружилась. Мне казалось, что вокруг меня все лица и предметы превратились в одно сплошное тёмное пятно. Попытавшись собрать последние силы вместе, я лишилась чувств.

Когда меня без сознания принесли в свою комнату, Рокату решил найти Щуна. Рок вошёл в тайную комнату, которая находилась рядом с гостиной, вход в неё был спрятан под огромной картиной, которая висела на стене. Щун сидел за простым невысоким деревянным столом. На его ладони лежал жёлтый камень. Другой ладонью Щун водил по поверхности адомия, и тот осыпался мелкими песчинками. Процесс проходил очень медленно, но постепенно в руках Щуна вместо кулона Мелании, оказалась небольшая кучка блестящего жёлтого песка. Щун посмотрел на Рокату усталым взглядом и произнёс:

– Никому и никогда ещё не приходило в голову есть адомий. К каким последствиям это приведёт, не знаю. Но будем надеяться на лучшее.

Сказав эти слова, Щун взял горсть песка и пересыпал его в небольшую бутылочку. Затем, подойдя к громоздкому деревянному шкафу грубой работы, он достал оттуда флакон с какой-то жидкостью. Открыв его, Щун всыпал туда совсем немного жёлтого песка и посмотрев на Рока добавил:

– Я хочу попробовать дать Мелании выпить эликсир, восстанавливающий жизненные и магические силы всем волшебным существам Тиерии. В него я добавил совсем немного адомия. Надеюсь, этого будет достаточно, чтобы Мелания освободилась от действия камня и при этом сохранила свой разум. Правда, её магические силы тоже уменьшатся. Вряд ли она снова сможет управлять всеми стихиями сразу, во всяком случае какое-то время.

– Ничего страшного, – ответил Рокату. – Главное, чтобы Мэл стала сама собой и смогла добровольно уйти из ваших земель. А магическая сила – дело наживное. Гелера сможет наделить Меланию достаточной силой, уж поверь мне.

– Кто знает, кто знает, – задумчиво покачал головой Щун, а затем добавил. – Ладно, надеюсь, с божьей помощью удастся избежать ненужных эффектов.

– Какой божьей, Щун? Нет уж давно никаких Богов, – сказал Рок.

– А вот тут ты ошибаешься! – серьёзно сказал гурн. – Тиерия не может существовать без своих создателей. Боги нашей планеты всего лишь потеряли свою материальную сущность, а их сознание разлетелось по разным уголкам Тиерии. Но их сила здесь, и никогда она не покинет наш мир. Кто и когда станет носителем этой сущности и силы, неизвестно, но рано или поздно Боги вернутся, и магическая энергия вновь разлетится по всем землям нашей планеты. Опять начнут рождаться великие волшебники и представители других народов. Они будут снова наделены необычными способностями. Поверь, магия Тиерии ещё скажет своё веское слово!

Рокату покачал головой, явно мало веря в слова странного человека-червяка.

– Щун, а что с Питом? Как нам быть? Мы не можем потерять своего друга!

– Я думал уже над вашей проблемой. Я не могу дать вам адомий, но и потерять Хранителя вам нельзя, это очень сильно снизит ваш шанс на победу. Я уже поговорил с Фиярием, и он согласился отпустить Фирмия с вами. Он возьмёт камень и пойдёт с вами к орлиям. Как только он выйдет за пределы наших земель, то снова станет обычной крысой. Я дам вам специальную клетку, в которую вы поместите и Фирмия, и адомий. Когда вы достигните земель людей-птиц, то дадите камень вашему целителю и Килу, клетка защитит Фиярия от воздействия адомия, и он не превратится в чудовище с одним единственным желанием – убивать. Как только браслет, блокирующий магию, спадёт, необходимо будет тут же адомий забрать, положить в клетку и отнести в наши земли. Мелания снова сможет открыть проход. Взяв камень в руки, у неё опять увеличатся магические способности, а адомий внутри неё не должен дать снова подчинить её разум. Когда камень и Фирмий окажутся дома, Мелания вернётся к вам.

***

Когда я очнулась, то увидела, что вокруг меня собралась вся честная компания: Рокату, Кил, Тэрла, Сула, Фиярий, Фирмий и Щун. Все смотрели как-то выжидающе. В руках Рока был небольшой флакон с какой-то жидкостью. Я чувствовала жуткую усталость, голова немного кружилась. На губах была какая-то влага, она была очень приятной и мне захотелось ещё. Поэтому первое, что я смогла произнести, это:

– Хочу пить!

Рокату протянул мне флакон.

– Выпей это, тебе сразу же станет лучше.

Я одним глотком выпила содержимое флакона. Сначала ничего не происходило. Но вскоре по моему организму стало распространяться приятное тепло. Слабость резко куда-то ушла. Мысли прояснились. Неожиданно перед глазами пронеслись все события прошедшего дня. Я была в ужасе! Виновато посмотрев на друзей, особенно на Рока, я сказала:

– Это была не я, честное слово! Я бы в жизни никогда не стала так себя вести! – а затем, сделав небольшую паузу, чуть не плача, добавила. – Это было очень ужасно, да?

– Да нет, наоборот прикольно! – решил утешить меня Кил. – Я-то надеялся, что наконец появился человек, который будет ещё более нелепым, чем я. А тут опять облом. Как я понимаю, ты теперь ни за что не согласишься есть жуков и червяков. А жаль, было весело!

Тэрла отвесила Килу подзатыльник и сказала:

– Мелания, не переживай! Мы прекрасно понимаем, что это камень заставлял тебя так себя вести. Поэтому ни в чём тебя не виним. Скажи лучше, как ты себя чувствуешь? Сможешь идти обратно к орлиям? Нам нужно срочно возвращаться, Пит без нашей помощи долго не протянет.

Прислушавшись к своим ощущениям, я поняла, что действительно в порядке. Чувствовала я себя отлично, но уже не ощущала такого скопления силы внутри себя. Больше всего на свете мне хотелось уйти из земель гурнов, чтобы больше никогда не вспоминать о своём позоре.

– Да, я себя хорошо чувствую, поэтому можем отправляться обратно хоть сейчас.

– Вот и хорошо, – сказал Рок и, повернувшись к остальным, добавил. – Вы идите, собирайтесь. Мы с Мэл подойдём попозже.

Все, кроме Рока и Щуна, вышли из комнаты.

– Мелания, я рад, что ты освободилась от действия адомия, – начал Щун. – Но его частичка навсегда останется внутри тебя. Та жидкость, которую ты выпила, содержала небольшое количество камня. Я не знаю, как это на тебя повлияет в дальнейшем. Скажи, ты почувствовала разницу в ощущениях, когда камень был у тебя на шее и когда ты выпила зелье, содержащее адомий?

– Да, причём очень сильную разницу, – ответила я. – Раньше я не прислушивалась к своему внутреннему я, к разуму, но зато чувствовала, как во мне кипит сила, мне казалось, что она переполняет меня. А сейчас я уже не ощущаю такого скопления магической силы, зато мой разум прояснился. И поверьте, это очень приятные ощущения: понимать, что ты делаешь, и контролировать свои действия!

– Это хорошо, – сказал Щун. – У меня есть предположение, что адомий не увеличивал твою силу, а просто помог почувствовать тебе все её возможности. Поэтому, вполне вероятно, что ты опять сможешь управлять всеми стихиями одновременно, объединяя их. Ведь адомий никуда не делся из твоего организма, просто его стало меньше. Прислушивайся к своим внутренним ощущениям, постарайся слиться со своей магией, и тогда ты снова получишь невероятную волшебную силу. Это поможет тебе победить Херокса.

– Я постараюсь, – ответила я. – Спасибо тебе за всё!

Щун улыбнулся, поцеловал меня в щёку и вышел из комнаты. Как только дверь закрылась, Рокату сел на край кровати и зарылся лицом в мои волосы.

– Ну что, пожирательница всякой мелкой живности, ты, кажется, хотела моей любви и ласки? – шутливым тоном спросил Рок и попытался меня поцеловать. Но я оттолкнула его и с наигранным негодованием сказала:

– Ай-яй-яй. Как ты можешь целовать такую невоспитанную и распущенную женщину?

Рок засмеялся, прижал меня к себе и, ничего не ответив, поцеловал.

Вскоре все мы собрались у того самого места, где мной была сделана пробоина в стене, позволявшая перейти из земель гурнов в подземный тоннель, который вёл в земли орлиев. Проход затянулся. Нигде не было ни единого отверстия. Я, Рок, Тэрла, Сула, Кил и Фирмий рассматривали стену, прикидывая, как лучше сделать пробоину. В руках у Рокату была клетка, в которой лежал небольшой кусочек адомия. Фиярий и Щун стояли немного вдалеке. Они решили попрощаться с нами именно здесь. Я открыла клетку, взяла камень в руки и сразу почувствовала в себе огромную магическую силу. Без труда я направила поток волшебной силы в стену. Сразу же образовался большой проход, позволявший пройти взрослому мужчине внутрь трещины. После этого я положила камень обратно в клетку. В этот момент я ничего не почувствовала и спокойно рассталась с адомием. Оглянувшись на Щуна, я увидела, как тот облегчённо вздохнул. Мы душевно попрощались с Фиярием и Щуном и шагнули в образовавшуюся трещину. Фирмий, как только попал за пределы земель своего народа, тут же начал меняться. Сначала поменялось его поведение, оно стало более грубым и больше напоминало поведение животного, а не человека. Скоро поменялся и его внешний облик. К тому моменту, как мы подошли к подземному городу орлиев, Фирмий окончательно превратился в обычную крысу, правда глаза его сохранили выражение разумного существа. Чтобы избежать неприятностей, мы посадили его в клетку, а я взяла адомий в руки, теперь он не представлял для меня никакой опасности.

Мы поднялись по винтовой лестнице. Сула приложила ладонь к стене и тут же перед нами появилась дверь, которая медленно со скрипом открылась. В небольшой тайной комнатке, которая вела в подземелье, на невысоком стуле сидел Ямин. Вид короля орлиев был очень усталым и напряжённым. Как только он увидел, что дверь открывается, то тут же бросился к нам на встречу.

– Наконец-то! Я уже думал, что вы никогда не вернётесь! Питу совсем плохо! Наши лекари не справляются! Ещё немного и уже никто не сможет ему помочь. Вы принесли камень?

– Да, – ответила я. – Камень у меня. Где папа? Нужно срочно снять с него браслет.

Ямин облегчённо вздохнул, и мы пошли в комнату, где лежал Пит.

Когда мы вошли в комнату, то увидели, что Питу действительно очень плохо. На его лице была испарина, он очень тяжело и прерывисто дышал. Ластр сидел рядом. Увидев нас, он вскочил с кресла и подбежал к нам.

– Нашли камень? – спросил с беспокойством Ластр.

– Да, папа, – ответила я и сразу же достала адомий. Камень лежал у меня на ладони и блестел спокойным притягательным золотым цветом. Я протянула его папе и сказала. – Возьми этот камень, но помни, как только браслет спадёт с твоей руки, сразу же отдай адомий мне, иначе могут быть очень неприятные последствия.

– Если ты не хочешь пристраститься к такому деликатесу, как тараканьи лапки и жареные личинки жуков, то лучше послушать Мэл и сразу же расстаться с камушком, – добавил Кил и как обычно чуть не получил хороший подзатыльник от Тэрлы, но вовремя увернулся. Посмотрев на рыжеволосую волшебницу Кил с милой улыбкой сказал.

– Дорогая, ты становишься предсказуемой! Пора бы придумать что-нибудь новое для воспитательных целей: смачный пинок под ягодицу или удар под дых! Давай покажу!

Тэрла смерила яростным взглядам Кила и уже хотела ответить ему какой-нибудь резкостью, но Сула прервала их перепалку.

– Прекратите! Ведёте себя словно маленькие дети!

Тэрле явно стало обидно, она хотела оправдаться, но ей не дали этого сделать. Сула повернулась к Ластру и резко сказала:

– Бери уже этот камень!

Никогда я ещё не видела всегда сдержанную, спокойную Сулу в таком состоянии. Я прекрасно её понимала. На её месте скорее всего я реагировала бы также. Когда твой близкий человек находится на грани жизни и смерти, тогда трудно контролировать эмоции. Папа взял камень, а мы все выжидающе посмотрели на него. Ничего не происходило. Камень просто лежал на ладони Ластра. Его яркий жёлтый блеск куда-то исчез. Сула закусила губу, было видно, как сильно она волнуется. Неожиданно адомий стал разгораться своим привычным ярким светом. Рука Ластра вздрогнула, словно её что-то обожгло. Свет от камня становился всё ярче и ярче, казалось, что в комнате появилось маленькое солнце. Браслет на руке Ластра тоже начал светиться.

– Как же больно! – воскликнул папа. – Браслет так сильно сжимает моё запястье, что ещё чуть-чуть и у меня больше не будет руки!

Мы с беспокойством смотрели, как Ластр корчится от боли. Но всё закончилось так же резко, как и началось. Адомий прекратил светить ярким светом. И в этот же момент в блокирующем браслете что-то щёлкнуло, и украшение оказалось на полу возле папиных ног.

– Вот и всё! – сказал Ластр. – Я свободен!

Лицо папы светилось от счастья. Я очень не хотела прерывать этот момент, но понимала, что если я сейчас же не отберу камень у Ластра, он уже никогда не сможет побороть в себе зависимость от адомия. Я быстро выхватила жёлтый камень из папиных рук и положила его в клетку, где сидел Фирмий, который всё время, пока адомий находился в папиных руках, неистово шипел и пытался выбраться из своего маленького плена.

– Ластр, скорее помоги Питу, – сразу же взмолилась Сула, как только блокирующий браслет оказался на полу.

Папе некогда было горевать по поводу потери адомия, он сел на кровать, где лежал Пит, положил руки ему на грудь и закрыл глаза. Из-под рук Ластра медленно стало растекаться белое сияние, которое охватило всё тело Пита. Через какое-то время Хранитель начал медленно приходить в себя. Как только он открыл глаза, к нему тут же бросилась Сула.

– Я думала, с ума сойду, пока ты лежал без сознания! – сказала Сула. – Как ты себя чувствуешь? Встать сможешь, а идти? – продолжала тараторить черноволосая волшебница.

Пит медленно приподнялся и сел на кровати. Посмотрев на блестящее от слёз лицо Сулы, он сказал:

– Всё хорошо. Немного голова кружится, но думаю, это пройдёт.

После этих слов все мы вздохнули с облегчением. Теперь Пит точно должен был поправиться. С ним рядом сидела Сула, положив голову на плечо любимому. Тэрла стояла рядом с Килом и открыто искренне улыбалась. Ластр стоял у окна, его поза была расслабленной, а вид немного усталым. Я стояла рядом с Роком, а он слегка обнимал меня за талию. Пит, обведя взглядом своих друзей, посмотрев на блокирующий магию браслет, который лежал на полу, сказал:

– Спасибо!

И в это слово было вложено очень много смысла. Мы теперь были не просто попутчиками, сведёнными вместе силой божественного пророчества, теперь мы были настоящей семьёй, и этого уже никто и никогда не сможет изменить. Это был очень трогательный, волнующий момент, который, как всегда, смог нарушить Кил. Он вдруг вытянул свою руку с блокирующим браслетом вперёд и сказал:

– А как же я? Про меня все забыли?

И тут мы сообразили, что так сильно переживали за Пита и старались прежде всего Ластру вернуть силу целителя, что действительно просто забыли про то, что волшебная сила Кила тоже заблокирована. Когда все мы это поняли, то всё напряжение, которое накопилось за несколько сложных дней, резко куда-то исчезло. Посмотрев на смешную обиженную мордашку Кила, мы все дружно рассмеялись.

***

Был поздний вечер. Все разошлись по своим комнатам. Только Пит и Рокату неспеша гуляли по саду, обсуждая давно наболевшие вопросы.

– Рок, я понял, ты решил не следовать моему совету по поводу Мелании, – сказал Пит. – Не боишься последствий?

– Пит, я давно уже всё для себя решил. Мы с Мэл не сможем жить друг без друга.

– А ты не думал, что ради нескольких приятных мгновений ты в итоге сделаешь Меланию несчастной?

– А что такое счастье? – решил пофилософствовать Рокату, беря пример с предсказателя народа гурнов, Щуна.

– Рок, ты правда думаешь, что я сейчас всерьёз буду рассуждать на эту тему?

– А почему нет? Всё равно ближайшие несколько дней нам придётся провести в землях орлиев, чтобы ты окончательно поправился. Почему бы и не порассуждать на такую спорную тему?

– Хорошо. Для меня счастье – это Сула. Но это немного другое, нежели у тебя с Меланией. Сула уже давно стала частью меня. Проведя тысячелетия вместе, мы превратились в единое целое. Вы же с Меланией знакомы несколько месяцев, вами больше движут эмоции и страсть.

– Это твоё мнение. А по мне, счастье – это не явление, а состояние души. Ты счастлив в моменты, когда тебе хорошо, когда получаешь удовольствие от какого-то конкретного действия. И если таких моментов в твоей жизни больше, чем других, значит ты прожил счастливую жизнь. До встречи с Мэл мне мало что доставляло удовольствие, зато теперь каждый день, каждый час, каждая минута, которые я провожу с ней, для меня бесценны, и я ни за что не откажусь от этого своего кусочка счастья. И пусть оно будет недолгим, зато оно будет. И когда меня не станет, у Мелании останутся воспоминания о нашем счастье, а это уже немало.

Пит понял, что взывать к разуму Рока бесполезно.

– Как знаешь. В конце концов, это ваша жизнь. Если честно, меня сейчас больше интересует, что происходит за пределами земель орлиев. С трудом верится, что Херокс просто сидит и ждёт, когда мы выйдем наружу. Наверняка он уже приготовил нам сюрприз, а может даже и не один. Поэтому нет времени сидеть здесь и ждать, когда я окончательно приду в себя. Завтра Мелания проводит Фирмия домой, и как только она вернётся, необходимо идти к людям Ледяных гор.

– А что говорит Сула? Она так просто выпустит тебя полуживого отсюда? Вряд ли ты сможешь долго удерживать защитный магический купол, ты ещё слишком слаб для этого. И какой тогда будет смысл торопиться? Если даже Херокс и подготовил для нас ловушку, у нас будет больше шансов в неё не попасть, если с нами будет сильный волшебник.

– Не знаю, Рок. У меня нехорошее предчувствие, – ответил Пит. – Может я и ошибаюсь, но мне кажется, нужно поторопиться. Давай завтра с утра поговорим с остальными.

– Хорошо. А сейчас я пойду спать. Меня Мэл уже заждалась, – ответил Рокату и отправился в свою комнату.

***

Я встала рано утром. Рок ещё спал. Быстро собравшись, я взяла клетку с Фирмием и пошла к Ямину. Король орлиев открыл проход в подземелье, и я достаточно быстро добралась до границы земель гурнов. С помощью адомия я легко сделала в стене проход и выпустила Фирмия из клетки. Тот, взяв камень, быстро побежал к себе домой. Я в очередной раз пожалела, что нельзя оставить адомий себе. Без него у меня никак не получалось вновь объединить все стихии вместе. Отбросив грустные мысли, я отправилась обратно. К вечеру я рассчитывала вернуться к орлиям. Сначала дорога проходила спокойно. Несмотря на то, что очень рано встала, чувствовала я себя хорошо. Но когда я прошла где-то половину пути, то сначала почувствовала сильную усталость, затем меня стало сильно тошнить. Может съела что-то не то? Это были мои первые мысли. Но потом прислушавшись к себе и своим ощущениям, я поняла, что причина совсем в другом, и не следует себя обманывать. Я ждала ребёнка и прекрасно об этом знала, но боялась себе признаться в этом. Физиология женщин на Тиерии немного отличается от земной. Если на Земле женщины узнают о своей беременности через несколько недель, а то и через несколько месяцев, так как не сразу чувствуют изменения в своём организме, то волшебницы Тиерии практически с первых дней беременности понимают, что ждут ребёнка. Даже не родившееся дитя уже наделено определённой волшебной силой, и эту силу невозможно не почувствовать. Поэтому волшебницам нашей планеты не нужно обращаться к врачу, чтобы точно определить, ждут они ребёнка или нет. Вот я и стояла в подземном проходе и осознавала, что скоро стану мамой. Трудно словами описать, что я почувствовала тогда. С одной стороны, я была счастлива от того, что даже после смерти любимого мужчины у меня останется его частичка. Я буду продолжать любить Рока, но уже в нашем ребёнке, но с другой стороны, я не представляла, как сказать об этом Рокату. Что он ответит на эту новость? «Как здорово, что у нас будет ребёнок, только я никогда не смогу его увидеть, потому что скоро должен умереть». На душе было очень тяжело. Я не знала, что делать дальше и стоит ли говорить Року о своей беременности. На глаза наворачивались слёзы. Я всё больше и больше понимала, что войти в пещеру Гелеру для прохождения испытания я теперь вряд ли смогу. Но также я понимала, что если не сделаю этого, то погибнут все: и я вместе с неродившимся ребёнком, и все мои близкие люди, а самое главное, Рок, которого я любила больше всех на свете. Так с невесёлыми мыслями и плохим настроением я добралась до земель орлиев. Когда я вошла в тронный зал, то стала свидетелем бурного спора. Пит доказывал, что нам срочно нужно идти к людям Ледяных гор, а Сула категорически была против, во всяком случае до тех пор, пока Пит окончательно не поправится. Но в итоге, Пит настоял на своём. Неожиданно его поддержали Рок и Кил. Поэтому, когда я вошла, мне сразу сообщили, что как только мы поедим, то отправимся к людям Ледяных гор.

Следующую главу романа "Тиерия" читайте завтра в понедельник 15 января.

Нравится роман? Помогите автору освободить время и создать условия для работы. Поддержите творчество Анастасии Морозовой денежным переводом с пометкой "Для Анастасии Морозовой".