"Дома хозяйка". Глава первая

В быту Вадим беспомощен как ребенок. Он не умеет абсолютно ничего. Я не знаю, что должно произойти, чтоб он наконец начал справляться с домашними делами. Постирать рубашки, отгладить их, развесить в шкафу, подобрать галстук и запонки: для него это непосильная задача. Если я отправляю Вадима за маслом, то он вместо хорошего купит растительно-сливочное. Какая, мол, разница? Разница сразу станет заметна за завтраком, правда, муж никогда не признается, что масло невкусное. Но он-то в глубине души прекрасно знает, что я, проводив дочь в школу, непременно зайду в магазин, и куплю то самое: сладко-сливочное, несоленое, которое тает во рту (в прямом и переносном смысле этих слов).

Наша свадьба - это, конечно, скандал: Вадим, мальчик из интеллигентной старомосковской семьи, в жены взял бесприданницу. Я жила в общежитии, и трехкомнатная квартира в Костромской области, где мама жила вместе с двумя моими сестрами, по сравнению с просторной двушкой свекров выглядела весьма невзрачно. Я, конечно, мечтала, что мы будем жить с его родителями, мне нравился и район, и сама квартира, но увы… Свекровь, сдержанно поздравив с самым главным днем, мягко, но категорично заявила: молодая семья должна жить отдельно. Они с отцом, конечно, не будут против, если мы какое-то время поночуем в комнате Вадима, все-таки начинались экзамены и зачетная неделя, но съехать нам надлежало как можно скорее.

Это застало меня врасплох. Я никогда не думала, как нам быть, если родители Вадима откажут нам в проживании. Обе мои сестры привели мужей в квартиру матери. Мама говорила, что семья – это святое, места в квартире хватит всем, а от одной тарелки супа она не обеднеет. Поскольку разменять нашу трехкомнатную на приличное жилье невозможно, денег хватало только на три микроскопических комнаты в общежитии, мама, сестры и их мужья решили оставить все как есть. Не платить же банкам колоссальные проценты за жилищный кредит? Тем более, Таня и Настя мечтали о детях и как-то само собой подразумевалось, что мама будет сидеть с малышами, когда те родятся. Мне было чуть за двадцать, я была наивна и неопытна, поэтому мне казалось, что именно такая модель семьи – единственная, имеющая право на существование.

Я изо всех сил пыталась понравиться свекрови. Каждый день тратила несколько часов на уборку: мыла полы, начищала кафель, придавала блеск зеркалам, протирала в шкафу хрупкие хрустальные фужеры. Мне удалось отстирать несколько застарелых пятен с прабабушкиной скатерти, и она снова стала нарядной, кипенно-белой. Однако Алина Сергеевна мои старания как будто не замечала. Видя, как я мою посуду или готовлю ужин, она сдержанно предлагала мне сесть и отдохнуть. Я отказывалась. Мне хотелось быть полезной. Я надеялась, что она оценит, какая я хорошая хозяйка, как обо всех забочусь, какие вкусные у меня получаются ужины и как сверкает после моих уборок квартира. Однако маме мужа было все равно. Все мои попытки подружиться или хотя бы просто понравиться, разбивались о стену вежливого равнодушия. Какой бы хорошей хозяйкой я ни была, сколько бы ни делала по дому, сколько бы проблем ни решала, для свекрови я все равно плохая. Все мои попытки как-то наладить отношения потерпели крах.

Я паркуюсь у бизнес-центра и выхожу из старенького «крузака». С заднего сиденья я достаю костюм мужа: светло-зеленая однотонная рубашка, серый пиджак и брюки. Вадим сегодня злой, день у него тяжелый, как, впрочем, и все остальные дни. Он – кормилец, добытчик, защитник, поэтому психовать имеет право. На человеке огромная нагрузка, он развивает бизнес и содержит семью, мы с дочкой всем ему обязаны. Поэтому – прощаем.

Продолжение

Подписывайся на канал, тогда не пропустишь другие серии. Оглавление - здесь. Спасибо за лайк!

#домахозяйка