Взрослая пятилетняя жизнь

Читать родителям девочек!!! У мальчиков немного по-другому.

...Однажды девочка Таня проснулась и поняла, что выросла. Потому что ей уже, ни много, ни мало, а целых пять лет. Соответствовать надо. Проблемы пошли взрослые, разговоры совсем недетские и желания тоже уже повыскакивали из разряда «младшая группа детского сада».

- Я эту юбочку не надену, потому что вчера в ней меня уже видели!

Ну видели и видели, ладно. Надевает девочка Таня сарафан помидорного цвета и бодро шлепает в садик, шаркая, как столетний дед.

- Таня, вот есть такая страна Обувляндия, из которой прилетают волшебники и могут забрать ту обувь, в которой девочки шаркают. И что будет, если они заберут твои сапоги? Других-то нет. Босиком, что ли, будешь ходить?

- Мам, вообще-то это сказки все, ты ж понимаешь, да?

- А ты готова рискнуть и проверить? А вдруг правда? Может, лучше просто не шаркать?

Шарканье прекращается. На две минуты. Придет к Тане волшебник из Обувляндии, как пить дать, придет… Но прогулки босиком девочку Таню не смущают, даром, что скоро зима. Таня решила закаляться.

- Есть же люди, которые весь год босиком ходят, вот я и буду, как они, давай?

Мать девочки Тани на такой вариант не соглашается, чем крайне огорчает девочку Таню. Потому что это весело – ходить босиком. А мама – она ж какая-то, как динозавр, ничего в современной моде не понимает. То «перчатки надень», то «куртку застегни». И не только в моде мама у девочки Тани отсталая. Еще и в веселом спускании по лестнице, например.

Папа показал девочке Тане, как можно съезжать с перил, украшающих лестницы. Даром, что профессор. И вообще подполковник МВД. Девочка Таня прониклась быстротой спуска, и по-другому спускаться отныне отказывается. А папа-профессор теперь боится показываться маме на глаза, потому что мама уже строит коварные планы по скоростному спуску папы с этих самых лестниц. Да так, чтобы сразу с третьего этажа до первого, без возможности получения передышки между пролетами. Потому что мама, хоть и не подполковник, зато закаленная жизнью с папой и его придумками по времяпрепровождению. И маршала построит, если надо будет, и с той же самой лестницы спустит. Прямо в кителе.

***

А еще девочка Таня крайне обеспокоена безопасностью своего жилища. Раздобыла где-то скакалку и опутывает ею дверные и шкафные ручки. Чтобы враг не проник в ту комнату, где девочка Таня в данный момент находится. Родителям вход и выход разрешается только после того, как девочка Таня просканирует ситуацию в коридоре и поймет, что там вполне для родителей безопасно.

***

Но не всегда будни и выходные у девочки Тани наполнены весельем. Бывает так, что ничего не подозревающая девочка Таня готовится растянуть по периметру квартиры свою бесконечную скакалку, как в поле ее зрения попадает мама. Сама по себе мама – явления приятное и даже порой веселое. Когда она именно «сама по себе». Но бывают моменты, когда у мамы в руках тетрадка с садиковскими заданиями. Которые, хоть убейся, а сделать надо. Мама у Тани странная. Почему-то требует, чтобы девочка Таня делала задания каждый день, когда их можно поднакопить и оставить до вечера воскресенья. А в воскресенье устроить вселенский плач с придыханиями и стенаниями и вообще не сделать. А еще покашлять например, или выдавить из себя сопли и засесть парить ноги. Мама же понимает, что при насморке никаких заданий не сделаешь – сопли-то по тетрадке очень быстро размазываются при должной сноровке. Мама понимает. Поэтому до вечера воскресенья спокойно жить девочке Тане девачковой детской жизнью не дает. И усаживает Таню за стол почти каждый день, и раскладывает перед Таней фломастеры и карандаши. И девочке Тане ничего не остается, как со скорбным видом и тяжело вздыхая, делать домашку.

Вы были когда-нибудь ребенком? Если были, то, наверное, помните, что самое ужасное – это обводить какие-то крючки, когда мама дышит в ухо и только и твердит «не торопись». Кому нужны эти крючки, когда можно быстро-быстро начирикать ручкой волнистую загогулину с зазубринами от одного края листа до другого, и будет вам совершенно взрослое письмо? Мама с папой именно так и пишут, без всяких крючков. И как не торопиться, когда в соседней комнате ждет папа? А с ним можно поскакать горным козлом и свести с ума соседей, живущих этажом ниже. Но до скакания козлом еще с два десятка крючков… Вот сидишь так, «не торопишься», а потом, знаете, какая зевота нападет? Примерно в районе середины второй строчки этих крючков.

- Мам, я посплю немного, ладно? – говорит девочка Таня и укладывается на лежащую на столе тетрадку той частью тела, в которой сосредоточились пятилетние мозги.
Мама скрипит зубами, но старается держаться.

- Еще два задания!

Танин выдох напоминает стон ползущего в пустыне верблюда. Руки устали, глаза не видят, а спина не держит. Кажется, еще немного, и девочка Таня сползет под стол. Вместе с тетрадкой, изрисованной крючками и прочими неизменными атрибутами, которые призваны научить аккуратно писать буквы.

Крючки, наконец-то, грозят закончиться. Но девочка Таня знает, что после крючков ее заставят выяснять, в какой части слова спряталась буква «Н» - в середине, начале или конце и раскрашивать кружки соответствующим цветом. А это уже совсем невыносимо.

- Можно, я этот кружок оранжевым сделаю?

- Нет!

Мамин голос готов пригвоздить к стулу.

Заглядывает папа. На свою беду.

- Скоро закончите?

Мамин взгляд заставляет папу ретироваться быстрее, чем закончится произносимое им слово «закончите». Захлопнувшаяся дверь слегка попадает папе по лбу. Папа уходит медитировать и не напоминать о себе в ближайшие полчаса. Иначе есть риск, что его самого заставят вместе с девочкой Таней писать крючки и раскрашивать кружки в требуемый цвет.
Но все в этой бренной жизни когда-нибудь заканчивается. Заканчиваются и три страницы с заданиями и девочка Таня, как выпущенная на свободу самка тигра, несется в комнату. Беситься с папой. Потому что детство бывает раз в жизни и тратить его на домашку нельзя. Пусть бы родители сами посидели с этими заданиями! А Таня бы им говорила:

- Еще две страницы!

А еще у мамы девочки Тани к вам большая просьба – не воспринимайте этот текст буквально. Не такой уж и изверг мама у девочки Тани. Иногда даже выгоняет из-за стола, когда девочка Таня сидит за ним больше тридцати минут. И иногда мама тоже побеситься может. Правда, редко. Раз в столетие.

Оригинал этой записи ЗДЕСЬ