Создавать искусство из семейного фотоальбома

30 August

Элинор Каруччи (Elinor Carucci) — американская художница израильского происхождения. Ее работы находятся в Музее современного искусства в Нью-Йорке, в Еврейском и Бруклинском музеях. Она преподавала фотографию в Школе визуальных искусств (Нью-Йорк), Гарвардском университете и Принстонском университете. Художница была удостоен премии International Center of Photography Infinity Award для молодых фотографов в 2001 году, стипендии Гуггенхайма в 2002 году и стипендии NYFA в 2010 году.

Альбом Midlife («Середина жизни») Элинор Каруччи — это продолжение ее автобиографического проекта. Также в этот проект входят альбомы Closer («Близость») и Mother («Мать»). Каждый из них охватывает приблизительный период в семь лет.

Фотографии из проекта художницы Элинор Каруччи © Elinor Carucci
Фотографии из проекта художницы Элинор Каруччи © Elinor Carucci
Фотографии из проекта художницы Элинор Каруччи © Elinor Carucci
Фотографии из проекта художницы Элинор Каруччи © Elinor Carucci

Элинор Карручи исследует события собственной жизни, ее круг героев — родители, муж, дети. Визуальный ряд она строит, чередуя репортажные и постановочные фотографии выполненные в минималистичной манере. Жизнь без фильтров, снимки без лести: выразительные силуэты, ясные композиции, хорошо поставленный свет.

В кадре — самое главное — дети, муж, ее мать, отец, и она сама. Такова картина ее ценностей. Место действия — квартиры с бытовыми деталями, кухни c содержимым холодильника, гостиные, спальни, ванные комнаты, лифт, автомобиль. Драматичные сцены чередуются с крупными планами — губы, части тела, одежда. Ее волнует физиология, жизнь телесной оболочки, границы телесного и внутреннего.

Фотографии из проекта художницы Элинор Каруччи © Elinor Carucci
Фотографии из проекта художницы Элинор Каруччи © Elinor Carucci
Фотографии из проекта художницы Элинор Каруччи © Elinor Carucci

Семья здесь становится неким «общим телом». В результате, возникает эффект присутствия некого третьего — того самого, который смотрит на нее саму как на участницу событий, третий, кадрирующий, глаз.

Каруччи училась в Иерусалиме, в Академии искусств и дизайна Бецалель у Симха Ширмана, одного из значимых фотографов Израиля, она часто в интервью приводит его слова, которые на нее произвели сильное впечатление. «Симха спросил: «Уверена, что именно такие фотографии ты хочешь оставить после своей смерти?».

Отец за рулем, сон мужа, поцелуй на щеке сына. Для нее важно, как она красит волосы, как моет руки муж, как они возвращаются вдвоем с продуктами домой — череда мелких ежедневных событий. Каруччи не просто сохраняет ценность каждого дня, но и зоны напряжений, нечто неназваное, силовые линии, возникающие между участниками снимка.

Фотографии из проекта художницы Элинор Каруччи © Elinor Carucci
Фотографии из проекта художницы Элинор Каруччи © Elinor Carucci
Фотографии из проекта художницы Элинор Каруччи © Elinor Carucci

В интервью журналу int—bad художница говорит, что корни ее культурного кода — в Израиле. «Во многих моих ранних работах есть израильский свет, я чувствую сильную связь с семьей, семья в Израиле — микрокосмическое зеркало для всего остального».

Рассказывая о самой любимой своей фотографии, Каруччи называет одну — «Мама и я, 2001». На фото мать художница рассказывает девочке что-то и делает смешной жест. «Я благодарна тому, что камера была на штативе и мне удалось запечатлеть момент, когда она рассказывает о сексе и мужчинах, и заставляет меня хохотать», — поясняет Каруччи.

Фотография из проекта художницы Элинор Каруччи © Elinor Carucci
Фотография из проекта художницы Элинор Каруччи © Elinor Carucci

В «Близости», построенной почти в хронологическом порядке, Элинор рассказывала о сложных отношениях с мужем и родителями, собственной неверностью, проблемах с наркотиками мужа. На снимках запечатлены разрывы и примирения.

«Камера была способом приблизиться и одновременно вырваться на свободу. Она давала независимость, и была способом общения. Граница, расстояние, и документация близости. Я могла видеть свою мать, своего мужа, своего отца отстраненно и при этом — по-родственному... Вещи, которые я раньше считала маргинальными, перемещались в центр и становились самостоятельными темами. По иронии судьбы, чем ближе я приближалась к деталям, тем больше увеличивал масштаб, тем универсальнее оказывались темы. Работа над мельчайшими деталями — отметиной на коже, швом, волоском, глазом, поцелуем — уносила эту работу за пределы моей семьи.», — говорит Каруччи о «Близости», прямо называя камеру и творчество инструментом терапии.

Фотографии из проекта художницы Элинор Каруччи © Elinor Carucci
Фотографии из проекта художницы Элинор Каруччи © Elinor Carucci
Фотографии из проекта художницы Элинор Каруччи © Elinor Carucci
Фотографии из проекта художницы Элинор Каруччи © Elinor Carucci

В «Матери» художница рассказывает об опыте материнства начиная с беременности и до того времени, когда близнецам исполнилось восемь лет, о чувственных, физических связях.

«В английском слово „фотографирование“ отличается от его значения на иврите. Вы фотографируете, вы снимаете моменты чьей-то жизни. Вы уважаете и не хотите никому причинить боль, но вы также не хотите просто создавать красивые, лестные или поверхностные образы. Как показывать что-то правдивое или болезненное, одновременно демонстрируя любовь, уважение и сострадание к человеку, которого вы фотографируете? Это тонкий баланс», — говорит художница

Сторонники документального подхода критиковали Каруччи за постановочность, фабрикацию действительности, но именно театральность, режиссура, участие членов семьи в съемках делает видимым чувство эмпатии.

Фотографии из проекта художницы Элинор Каруччи © Elinor Carucci
Фотографии из проекта художницы Элинор Каруччи © Elinor Carucci
Фотографии из проекта художницы Элинор Каруччи © Elinor Carucci

«Середина жизни» — повествование об опыте быть женщиной — страхи, болезни, любовь, брак, секс, взросление детей, деньги.

В 2015 году художница перенесла операцию гистерэктомии, удаление матки. Фотография матки в книге — важная смысловая точка.

«Кто я? Женщина, дочь, мать, любовница и художница. Нет другого способа исследовать что-то, кроме как через собственный опыт, — говорит Каруччи, — если я хочу сказать что-то важное и глубокое, это должно исходить из того, что я знаю и переживаю. Я знала, что хочу сфотографировать матку, но не хотела собиралась снимать ее сразу после 4-х часовой анестезии...Я проснулась, меня тошнило и я была подавлена, но когда я увидела, что медсестра забирают матку, я решила немедленно сделать снимок! Хирург положил ее в маленькую пластиковую чашку, и я просто сфотографировала...Это было комично и трагично одновременно. Даже для меня этот опыт был немного шокирующим. Фотография очень конкретна и непосредственна, и именно таким было для меня переживание: конец моей возможности рожать».

Фотографии из проекта художницы Элинор Каруччи © Elinor Carucci
Фотографии из проекта художницы Элинор Каруччи © Elinor Carucci
Фотографии из проекта художницы Элинор Каруччи © Elinor Carucci
Фотографии из проекта художницы Элинор Каруччи © Elinor Carucci

Обсуждая фотографии Каруччи, часто употребляют эпитет  «шокирующие», для многих они находятся за границей зоны допустимого. Американская художница продолжает линию фотографов Нан Голдин и Салли Манн: интимное она выводит в зону видимости в общественный дискурс, она говорит «правду».«Я знаю, что „правда“ — это напряженное и иногда проблематичное слово, когда мы говорим об искусстве. Но я думаю, что работа с камерой, которая „приближает“ — это мой способ увидеть нечто правдивое и реальное».

Однажды фотограф Эллиотт Эрвитт на вопрос о том, как хорошо сфотографировать собаку, ответил, что во-первых, надо подойти как можно ближе, ну а, во-вторых, надо собак любить. Эта формула справедлива и для художественной практики Каруччи — любовь и близость, чувства и правда — универсальный дискурс. Фотографии Элинор Каруччи человечны и максимально удалены от концептуальной изощренности, ей чужд маньеризм, поэтизация действительности, поиск рифм за границами изображений и символизация, она не конструирует вторые и третьи смыслы.

Каруччи сосредоточена на опыте проживания собственной жизни, фотография дает ей возможность отрефлексировать драму собственного бытия, а фотокамера служит инструментом терапии и осознания. Постановочные фотографии Элинор Каруччи подчеркнуто монументальны, ей важно показать объем, пластику, силуэт, в репортажных снимках она любит движение, сложные композиции. Смена оптики позволяет Каруччи постоянно менять позицию — она предстает и как действующее лицо, и как наблюдатель одновременно.

Текст: Михаил Борисов

Редактор: Лиза Александрова

Если вам понравился материал, вы можете поставить "лайк", чтобы чаще видеть материалы Проекции у себя в ленте.

Подписывайтесь на наши каналы в Яндекс.Дзен, Телеграм и становитесь читателем сайта Проекция.

Или задайте любой вопрос в наш Телеграм-чат для обратной связи.