ПРОЧИТАТЬ ЗА ПАРУ ЧАСОВ — «Уиллард и его кегельбанные призы» Ричарда Бротигана

24 October 2017

«Уиллард и его кегельбанные призы» — это пародия на детектив, вестерн и садомазохистский роман вместе взятые, абсурдная пьеса, в которой герои могут называться порядковыми числительными. И здесь нет законов традиционной литературы, все они рушатся, а ружье, висящее на стене в первом акте, не стреляет, стреляет фраза.

Фото — tlt-room.ru
Фото — tlt-room.ru
Фото — tlt-room.ru
Ричард Бротиган. Уиллард и его кегельбанные призы. Извращенный детектив. М.: Додо Пресс, Фантом Пресс, 2016. Перевод с английского А. Гузмана

Литературная магия способна на клочке бумажного пространства развернуть абсурдную комическую трагедию. 160 страниц текста, разъединенного пустотой: небольшие главы, а между ними обширные отступы, дарующие возможность осмысливать каждую краткую главку, пусть даже из одной строки. Бротиган определенно владел литературной магией.

Пародия на садомазохистскую прозу просматривается в отношениях между влюбленными парами, которые по несчастливой случайности живут друг над другом — квартиры, идентичные одна другой, события, происходящие на разных этажах в один и тот же миг.

Боб и Констанс, пытающиеся наладить свою сексуальную жизнь с помощью веревки и кляпа, пробуют садомазохизм машинально, думая, что партнер получает наслаждение. Люди находятся в одной постели, однако они слишком далеки друг от друга, как две тысячи лет, что разделяют современность и древнегреческую поэзию. Сэндвич вместо стакана воды, «Греческая антология» вместо слов «Я тебя люблю», разновекторные мысли и чувства, сокрытые друг от друга.

Или Джон и Патриша, которые ведут себя более-менее странно, нежели замкнутые в себе соседи: они разговаривают с птицей из папье-маше и желают доброй ночи ее кегельбанным призам, рассуждают о том, понравился бы Уиллард Грете Гарбо, но параллельно с этим являются обычной среднестатистической американской парой — смотрят тупые юмористические шоу перед сном, расфыркивая сэндвич с индейкой на постель.

Ричард Бротиган  — «герой контркультуры, литературный идол 60-х и начала 70-х, последний из битников, мост между Beat Generation и Love Generation, хиппи-романист, поэт, дутая фигура, халиф на час, наследник Марка Твена и Хемингуэя, алкоголик, самоубийца» (слова первой переводчицы Бротигана на русский язык Фаины Гуревич).
Ричард Бротиган — «герой контркультуры, литературный идол 60-х и начала 70-х, последний из битников, мост между Beat Generation и Love Generation, хиппи-романист, поэт, дутая фигура, халиф на час, наследник Марка Твена и Хемингуэя, алкоголик, самоубийца» (слова первой переводчицы Бротигана на русский язык Фаины Гуревич).
Ричард Бротиган — «герой контркультуры, литературный идол 60-х и начала 70-х, последний из битников, мост между Beat Generation и Love Generation, хиппи-романист, поэт, дутая фигура, халиф на час, наследник Марка Твена и Хемингуэя, алкоголик, самоубийца» (слова первой переводчицы Бротигана на русский язык Фаины Гуревич).

Есть здесь и своеобразный вестерн — братья Логаны ищут потерянные кегельбанные призы уже три года, потому и становятся матерыми преступниками (Как прожить три года без работы? Конечно, воровать!). Однажды из-за мелких и глупых обстоятельств у них появляется цель отомстить обидчикам: один брат был зол на телефонный звонок, другой хотел пива, а третий оказался в меньшинстве, поэтому все дружно решили «убить!». Как легко и просто увидеть в Логанах пародию на мстителей за справедливость. А еще в повествование в один миг врывается магический реализм (или абсурд) в виде телефонного звонка и призрака известного фотографа (Есть ощущения, что Вуди Аллен, как и возможно Квентин Тарантино, каждый по-своему вдохновлялись Бротиганом. Кстати, это точно делали Эрленд Лу и Харуки Мураками, они в этом признавались).

Герои «Уилларда...», возникающие в повествовании мимолетно, тоже сплошная пародия, например, процитирую: «Мать их была милой женщиной, которая не лезла в чужие дела и много пекла». Или отец-автомеханик, или те же сестры, которые были вечно заняты своими таинственными делами. Даже глава про американскую прогулку «влюбленной» парочки под луной — тоже пародия. Хотя на долю секунды может показаться, что эта прогулка — желание автора спасти героев от страшного финала. Но черный юмор, увы, обычно не спасает.

Бротиган ловко ломает привычное романное повествование, наделяя структуру произведения необычайной гибкостью и неожиданностью развития событий. Финал безупречен. Все ниточки, за которые хватался читатель, оказались лишь ниточками, отрезанными от катушки и заново на нее намотанными: тянешь — обрывается, еще одну — и она оторвана. А после читаешь биографию Бротигана и не удивляешься, почему всё так, как есть, — Уиллард-то и правда существует, эта длинноносая птица из папье-маше.

Если вас заинтересовала рецензия, подписывайтесь на канал PRO.KNIGI
Фото — pixabay.com
Фото — pixabay.com
Фото — pixabay.com