"Грязная дюжина" по-советски.

31.07.2018

В целях пресечения случаев перехода изменников на сторону противника работниками Управления контрразведки НКО «Смерш» Брянского фронта совместно с Отделом контрразведки «Смерш» 63-й армии 2 июля 1943 г., на участке обороны 5-й стрелковой дивизии, проведены инсценировки «Измена Родине».
Подготовка к инсценировке и проведение операции проходили следующим образом.
...
Всего было отобрано 15 человек, физически развитых, волевых, смелых военнослужащих. Отдельные из них являлись разведчиками полков.
Почти все ранее участвовали в боях на фронте Отечественной войны. В состав 15 человек входили: 8 военнослужащих из 15-й армейской штрафной роты, ранее судимые за разные преступления, а 2 из них направлены в штрафную рогу на два месяца по приказу командования соединения.
Все участники инсценировки были зачислены в группы после личной беседы с каждым и получения положительных отзывов о них через агентуру.
По договоренности с командованием дивизии, указанные военнослужащие были сведены в одну группу и отправлены во 2-й эшелон дивизии для прохождения боевой подготовки и тренировки применительно [к] требованиям, предъявленным к лицам, участвующим в подобных операциях.
Им были созданы хорошие условия и улучшенное питание.
Для тренировки по метанию гранат был выделен капитан Кашулин - пнш 1-го отделения. Занятия и тренировка их проводилась с 26 июня по 2 июля 1943 г.
Ежедневно оперативный работник контрразведки фронта проводил беседы с участниками групп и обучал их как действовать... Закончив подготовку боевых групп, было решено инсценировки проводить в 142-м и 336-м стрелковых полках, где наиболее всего были
случаи измены Родине, с чем командование дивизии согласилось.
Большинство участников группы являлись штрафниками и должны были действовать в районе южнее дер. Вяжи, на участке 15-й армейской штрафной роты, где проходили изменники Родине.
Согласно разработанному плану боевых действий, все три группы должны были 3 июля 1943 г. к 3 часам 30 мин. выдвинуться за проволочное заграждение противника, после чего с поднятыми руками направиться к траншеям противника под видом сдачи в плен. На близком расстоянии забросать группу немцев гранатами, после чего под прикрытием огня возвратиться.
Все группы должны были действовать одновременно.
2 июля 1943 г. в 16.00 все три группы были выброшены в полки и направлены в район их действия и с передних траншей вели личное наблюдение за противником, а также изучали местность.
Все участники боевых групп были вооружены — по 6 гранат каждый, ножами и пистолетами ТТ. Отлично выполнила задачу третья группа в составе Поплаухина, Коломоец, Крицына и Шевякова и поддерживающие их — Пономарев, Чуприков и Цыганков, которые действовали на особо опасном участке и все вернулись без потерь и ранений.
Командир 336-го сп майор Наумов, действуя в строгом соответствии с приказом командира дивизии и нашей инструкцией, правильно организовал действие группы.
Боевая группа, достигнув намеченной цели, была встречена немцами, ожидавшими сдачи их в плен, но участники группы, забросав блиндаж и траншеи 32 гранатами, убили немецкого часового, уничтожили дзот, пулемет с прислугой и более 10 немецких солдат...
После проведенной инсценировки на этом участке противник вел передачу на русском языке, вновь призывая бойцов к переходу на его сторону, но предупреждал: «...Избегайте перехода группами, так как группы будут уничтожаться. Переходите одиночками, и не утром, как мы принимали до сих пор, а ночью...»
Первая и вторая группы поставленных перед ними задач не выполнили по следующим причинам:
1. Командир полка подполковник Фомин плохо организовал своевременное продвижение групп в ночное время к переднему краю обороны, особенно первой группы.
2. Не выделил опытных саперов, по вине которых противник обнаружил первую группу и держал ее под огнем, а отдельные саперы [из] второй группы проявили трусость.
3. Командир полка подполковник Фомин, вместо того чтобы выполнить четко приказ командира дивизии, установил сигнал начала действий — две пулеметные очереди, и ввиду нечеткости пулеметной стрельбы вторая группа Мусорина не могла разобрать сигнал начала действий.
4. Зам. начальника штаба 142-го сп по разведке капитан Пономарев 2 июля с.г. в 16.00 по прибытию в полк обеих групп без нашего ведома поставил перед ними дополнительную задачу - захват «языка», что ими было воспринято, так как Пономарев и Мусорин — ст. группы служат во взводе разведки указанного полка.
5. Указанный Пономарев по прибытию групп лично подошел к ним и не только отдал приказание срезать погоны, а даже сам срезал у Баранова, Мусорина и ряда других товарищей, чем обрек всех участников групп на неминуемую сдачу в плен и у отдельных вызвал определенную трусость, особенно у руководителя второй группы Мусорина.
В подтверждении изложенного, привожу выдержки из показаний участников обеих групп.
Руководитель первой группы Баранов А.А. по затронутым выше вопросам показал:
«...Я получил дополнительное указание от капитана — помощника начальника штаба по разведке 142-го сп — Пономарева захватить военнопленного. Кроме того, Пономарев приказал нам всем снять погоны. Я на это приказание Пономареву заявил: «Зачем же снимать погоны? Если уж придется умирать, то умирать офицером». Пономарев не обратил никакого внимания на мои слова, ножом срезал нам всем, участникам группы, имевшиеся у нас погоны, заявил, что погоны нам не нужны, и бросил их в ящик, где лежали погоны...»
Активный участник группы Левин показал:
«...2 июля 1943 г., получив боевую задачу, наша группа под командой младшего сержанта Мусорина пошла на выполнение этой задачи.
Для сопровождения нашей группы были выделены два сапера,которые вследствие своей неопытности и боязни очень медленно двигались вперед и не знали пути, по которому мы должны ползти. Видя то, что саперы продвигаются очень медленно, я решил взять ножницы для резки колючей проволоки и самому вести группу. [Под]ойдя на близкое расстояние от противника, мы залегли. Через некоторое время я выдвинулся вперед прорезать проход в проволочном заграждении. Прорезав проход, я вернулся к группе и сказал, что проход готов — надо действовать. Тогда вся группа продвинулась до проволочного заграждения и
начала ожидать команды действия старшего группы — Мусорина, но Мусорин, видимо, струсил, лежал сзади нас и не подавал никакого сигнала для действия.
Видя бездействие и непринятие дальнейших решений Мусорина, старший сержант Тронин тогда начал предлагать Мусорину, чтобы он подал команду для действий, но команды Мусорин так и не подал. Пролежав бездействия несколько времени, мы отошли на исходный рубеж. Кроме этого, одной из причин невыполнения задачи послужило то, что во время инструктажа капитан Пономарев, начальник разведки, инструктируя нас, приказал всей группе снять погоны, и даже сам срезал их. Это действие как бы обрекало, что мы обязательно должны попасть в руки врага.
Одновременно с этим Пономарев поставил задачу перед группой - захватить пленного...»
Из объяснений всех участников группы видно, что они все подползли к траншеям противника на расстояние 15—20 м и, не разобрав пулеметную очередь как сигнал командира полка о начале действий, по приказу Мусорина решили не действовать, несмотря на то что Левин, Гаранин и Трон и настаивали действовать без сигнала. Вся группа отошла, залегла на нашей стороне и вечером возвратилась, не выполнив задания.
Показания Левина полностью подтверждает Мусорин, за исключением того, что он струсил.
Первая группа, возглавляемая Барановым, при продвижении к р. Зуша, как указано выше, была обнаружена противником, и пулеметной очередью, разрывной пулей, был тяжело ранен участник группы Загорский на близком расстоянии от р. Зуша, который через несколько часов скончался.
Участники группы Баранова, находясь у самой р. Зуша, несколько раз пытались с приподнятыми руками пойти к немцам и выполнить задание — забросать их гранатами, но каждый раз при их попытке были обстреляны противником, так как по вине неопытных саперов они с вечера были обнаружены противником.
В силу сложившихся обстоятельств Баранов со своей группой был вынужден отойти и отнести ближе к нашим траншеям раненого Загорского.
Учитывая, что первая и вторая группы не выполнили боевого задания не по своей вине и что отдельные участники групп — Тронин, Левин и Гаранин, принимая меры к выполнению поставленной перед ними задачи, вели себя стойко и мужественно, перед командованием
дивизии поставлен вопрос об их награждении.
Также поставлен вопрос о посмертном награждении участника группы Загорского, погибшего при выполнении боевого задания, который в прошлом сбил самолет противника «Ю-88».