ЗАПИСКИ ОДНОГО ВРАЧА: №21 Долбанутый косильщик

Сегодня в отделение поступил еще один не желающий служить. Вот не понимаю таких людей. Есть же альтернативное прохождение, в конце концов. Нет, им нужно пройти через всяческое унижение, осмотры, лежание в дурке, и тому подобные хождения. Хотя, кому что нравится. Что касается меня, я бы пошел в армию. Ну да ладно.

Косильщик с самого начала решить добросовестно играть свою роль. Стал изображать из себя буйно помешанного. Уже в кабинете, куда новеньких приводят, начал стульями кидаться, медсестру лапать. Ну это уже ни в какие ворота не лезет. Придурок, что с него взять?! Запеленали его со Степанычем в смирительную рубашку. Сиди, дорогой, отдыхай. Он не унимается. Матом стал ругаться, слова нехорошие вслух произносить. Невдомек ему, что настоящие психи себя так не ведут. Вот если бы молча сидел, тихо… Стоп. Дальше ничего не скажу, профессиональная этика, однако.

Короче, своим поведением выдает себя с головой. Ладно, врач его осмотрел, сидит, пишет.

- Ведите его, в ту палату, — и снова бумаги заполняет.

В ту, так в ту. На нашем сигнальном языке это означает туда, где лежат «друзья» безобидные, алкоголики, белочку встречающие, и такие вот, симулянты.

Повели его, а он никак не унимается. Дергается, вырывается. Степаныч его слегка дубинкой под ребра подбодрил, чтобы берега не терял. Вообще, какой-то отморозок! Еще пуще стал куролесить.

Подошли к посту, объясняем ситуацию медсестре. Она доктора вызывает. Так, и так. Косильщик вконец разошелся. Тот краем рта улыбается. Медсестре говорит, сделай, как обычно. Та согласно кивает головой. Завели его в процедурный, приготовили к уколу. Через несколько минут, получил лекарство, он стал, как шелковый. Оставили его в палате, а я вот левой пяткой чувствую, что он себя проявит. Черт, лучше бы я ошибался.

Пацан видимо, был от богатых родителей, избалован немерено, и вел соответствующе. Когда пришел в себя, начал снова права качать. Вечером повели на ужин. В столовой кинул тарелку в стену, пытался ложкой руку проткнуть. Блин, откуда взялся такой чудик?! Дубль два. Прихватили руки, ноги хомутами (мы с собой много чего таскаем), посадили. Другие же кушать хотят, а мы из-за каждого бегать не станем. Все поели, повели их в палату. Наш «друг» сам идти не хочет, ноги подгибает. Чувствую, лимит моего ангельского добродушного настроения подходит к концу. Даже непробиваемый Степаныч ему пару раз поджопник отвесил. Конечно, одно дело действительно больной, он себя не контролирует. Другое – когда косильщик берега теряет. Валяешь дурака, веди себя нормально, мы твои выходки терпеть не обязаны. Другие это понимали, и проблем у них не было.

Привели перца в палату. Решили поговорить по душам.

- Дружок, мы все прекрасно понимаем, кто ты, и зачем ты здесь. Слушай внимательно. Веди себя тихо, спокойно. И будет тебе счастье. Отлежишь положенный срок, дадут нужные документы, что с головой у тебя проблемы. Цель достигнута, свободен. А если не уймешься… Тебе же будет хуже.

- Да пошли вы, твари! Всем вам капец будет!

Хорошо, мы услышали. Оставили его в рубашке, доложили на пост, так и так. Буйствует больной, требуется вмешательство врача.

На месте был Иван Иваныч. Сходил, смотрел. Назначил уколы. После лекарств больного развязали, оставили на своей койке. Никуда не перевели….

В четыре часа утра в этой палате раздался дикий шум. Тревога, бляха муха. Схватили спецсредства, поспешили с напарником. Бежал и не сомневался, в чем причина.

Так и есть. Новенький драку устроил. Из косильщиков был один. Душевнобольные все попались спокойные, отвечать ему никто не стал. А вот любителей зеленого змия находилось трое. Можете себе представить мужика на выходе из похмельного синдрома. Он себя в руках держит из последних сил, весь на пределе. А тут какая-то гнида буйствовать начинает. Они и рады были все накопившееся на него выплеснуть. Эпическая схватка получилась.

Когда мы влетели, бой в самом разгаре. Одному алкашу он разбил голову, и тот на карачках отползал в сторону, чтобы не мешать остальным. Два других бойца тренировались последний раз лет двадцать назад, и серьезной угрозы не представляли. Один ушел в нокаут, второму новенький вывихнул плечо. Тот, заскулив по-собачьи, сбежал с поля брани. Косильщик понял, что соперников больше нет, и тут увидел нас. С радостным воплем рванул вперед. Степаныч отточенным движением выбросил перед собой руку. С шокером. Короткая пляска тела от радости встречи с искрой высокого напряжения. И тишина, прерываемая всхлипами поверженных.

Продолжение завтра... А пока, почитайте предыдущие мои дни в психбольнице !