Подожди немного

Малка Лоренц, писатель, популярный блогер
Малка Лоренц, писатель, популярный блогер

Началось с того, что он накидался виски еще в аэропорту. Пока я по дьютику гуляла. Причем ничто не предвещало буквально, из дома выезжали в нормальном настроении, ну такси опоздало немножко, но я его отвлекала, шутила, рассказывала глупости какие-то, чтобы он не успел разозлиться. А как паспортный контроль прошли, он сразу в бар. На контроле перенервничал. Его всегда очень напрягает, когда им командуют, даже если это пограничный офицер, для него это унижение. Я поэтому в таких случаях всегда стараюсь быть рядом и отвлекать на себя. Иначе он может нагрубить и будут неприятности, уже были случаи.

Но в этот раз все прошло тихо и ничто, повторяю, не предвещало. Не стоило мне в дьютик отходить. Или надо было его с собой тащить, он бы ходил с брезгливым видом и на меня бы огрызался, но хотя бы трезвый. А так я его в самолет практически на себе заволокла, но зато он сразу заснул, даже стюардессе не успел нахамить. Я тоже немного подремала, но он все норовил сползти с кресла и приходилось постоянно просыпаться и поправлять его.

Когда сели, он уже немного пришел в себя и довольно бодро ругался, что большая очередь, потом — что жарко, потом — что дорого и пробки. Выяснилось, что ваучер отеля он накануне забыл на работе. Слава богу, я хоть оба паспорта всегда к себе в сумку кладу, после того случая, ну неважно. Номер нам дали на последнем этаже, окнами во двор. Я хотела сунуть портье двадцатку, чтобы поменял на получше, но он заметил, не вышло. Он терпеть не может за что-то доплачивать и мне не дает, зато потом всю неделю рассуждал, какой паршивый отель я выбрала и что мне ничего нельзя доверить, даже такую ерунду. Как-то заселились, он лег поспать, а я разложила вещи и сбегала узнала насчет сейфа (пока он не начал орать, что вокруг одни ворюги) и насчет завтраков.

Проснулся он ожидаемо не в духе, искал футболку, искал шлепанцы, потом искал свой телефон (был в кармане), ворчал, что я долго собираюсь (я доставала ему футболку), наконец вышли. Я взяла на рецепшене план города, хотела взять два, но он сказал — не надо, зачем. Поэтому на каждом перекрестке я останавливалась и пыталась по карте сориентироваться, куда поворачивать, а он злился, что долго, вырывал карту из рук, разглядывал ее вверх ногами и возвращал мне, потому что карта была негодная и на ней ничего нельзя было понять. Навигатор включить было невозможно, потому что роуминг и дорого, нет и все, сказал он еще в аэропорту и отключил интернет. Так что я шла по карте, а он со мной спорил, дважды заставил свернуть не туда и мы, естественно, заблудились. Пришлось спрашивать дорогу у прохожих, разумеется, мне, он бы не пережил такого унижения, не говоря о том, что он не говорит по-английски.

В собор он заходить отказался, потому что вход был платный, а в другой собор, где вход бесплатный, была очередь, и он не желал стоять на жаре. И вообще он желал обедать, желательно на воздухе, но в тени, но за чистой скатертью, но дешево. Поиск такого места занял полтора часа — на воздухе и в тени везде было дорого, а где было дешево — там не было скатертей и свободных мест. Это у него всегда так происходит, он видит ресторан, останавливается почитать меню, долго колеблется и продолжает маршрут, типа поищем еще, в крайнем случае вернемся. Тут я стараюсь не вмешиваться и вообще не отсвечивать, как-то пару раз я взмолилась, что сколько можно уже и мне здесь нравится, и потом до вечера слушала, какой отстойный кабак я выбрала, с тех пор зареклась.

Пообедали мы в итоге в какой-то кошмарной пиццерии по цене мишлена, потому что он устал выбирать и хотел в туалет. Я в туалет хотела уже давно, но он бы сказал, что я им манипулирую, так что я терпела.

Читайте продолжение колонки Малки Лоренц в новогоднем номере «Психологии эффективной жизни». Подписка бесплатная. Журнал придет вам на почту 26 декабря.