- Какая мерзавка! - покачала головой Алёна. - Оставила младенца!

17 April

Крик в лесу

Эта история началась, когда в дежурную часть полиции позвонил фельдшер из хутора Роговка. Он сообщил, что из лесопосадки неподалёку доносится плач маленького ребёнка, судя по крику - новорождённого.

- Вы лично слышали крик? - поинтересовался дежурный.

- Сам не слышал, местная жительница сообщила, - уточнил фельдшер.

- А ей доверять можно?

- А почему нет? Это Алёнка Громова. Да вы наверняка её знаете, она библиотекой у нас заведует. Культурный человек, не пьёт, если вы на это намекаете. Семья благополучная, трое детей. Если ей не доверять, тогда кому?

- А почему она сама не посмотрела, кто нам плачет? - поинтересовался полицейский.

- Да кто её знает? Побоялась, наверное. А вдруг там преступники? Я тоже поначалу подумал - может, мы сами с ней ребёнка найдём, но потом решил, что сперва вас надо вызвать, мало ли что.

- Это вы правильно решили, - согласился дежурный. - Сами в лес пока не ходите, а то ещё следы затопчете. Ждите нас.

Оперативная группа срочно выехала в район. У леса её встретили фельдшер и библиотекарша.

- Быстро пошли вперёд! - скомандовал старший лейтенант Злобин.

В лесу стояла тишина. Лишь под ногами шелестели сухие листья, трещали сучья. Ещё время от времени клекотала какая-то птица. И больше никаких звуков.

- Ну, малыш, - прошептал фельдшер, - закричи же...

Раздался какой-то писк. Оперативники бросились на звук. Старший лейтенант осторожно взял на руки замотанного в тряпьё ребёнка.

- Девочка, - сказал фельдшер, развернув пелёнки. - Дня два от роду, не больше.

- Какая мерзавка! - покачала головой Алёна. - Оставила младенца в пустынном месте специально, чтобы он погиб. Хотя бы к жилью какому-нибудь вынесла. Если бы я не услышала плач... Ну ничего, теперь тебя родное государство будет растить и воспитывать.

- Государство плохо воспитывает, - вздохнул Злобин. - Родная мать лучше.

- Чем такая мать, пусть лучше государство, - не согласилась Громова. - А эта гадина должна ответить по закону!

- Её ещё найти надо, - сказал фельдшер.

- Отыщем, - пообещал старший лейтенант. - Ребёнок наверняка кого-то из местных. У меня к вам будет большая просьба: пожалуйста, помогите нам составить список всех неблагополучных, пьющих, гулящих дамочек детородного возраста.

Кто бы подумал

Под подозрением оказались немногие. Нынче хутора пустеют, молодёжь рвётся в город, лишь старики доживают век в селе. Полицейские были уверены, что они в два счёта разыщут мамашу-кукушку. Но шли дни, подозреваемых почти не осталось, а результата всё не было.

Следователи решили, что злоумышленница, видимо, всё-таки из приезжих. Все понимали, что в этом случае вычислить её будет практически невозможно. Намечался очередной висяк. Но начальство требовало разобраться со скандальным делом и настаивало на проведении дополнительных опросов местных жителей. Оперативникам пришлось снова ходить по дворам.

Совершенно неожиданно в ходе оперативно-розыскных мероприятий в поле зрения правоохранителей попала женщина, которую никто и не думал подозревать. Полицейские ходили по дворам и просили односельчан вспомнить и узнать, интересовался ли кто-то из местных или из приезжих одеждой для младенцев. И тут кто-то из соседей Алёны Громовой вспомнил, что видел у неё тряпки, очень похожие на те, в которые была завёрнута новорождённая.

- Как вы могли такое подумать! - возмутилась библиотекарша. - Какой ещё ребёнок? Да мы в этом хуторе самые благополучные, не пьём, работаем - и я, и муж. Дети одеты, обуты, ухожены, все хуторяне нам завидуют. Из зависти кто-то из них и оговорил меня!

Однако женщине предложили пройти медицинское освидетельствование. Экспертиза показала, что несколько дней назад Алёна рожала. Когда врачи сообщили ей о своих выводах, она разрыдалась и стала каяться. Да, действительно родила дочку и оставила её в лесу, чтобы никто не заметил. Но смерти ребёнка не хотела, вот и прибежала к знакомому фельдшеру, чтобы тот позвонил в полицию, а потом все вместе нашли бы ребёнка.

Шила в мешке не утаишь

- Но зачем было такой огород городить? - удивился Злобин. - Не проще ли спокойно произвести ребёнка на свет в роддоме и потом написать официальный отказ? Сдать дочку государству без риска для её жизни и здоровья?

- Но это же хутор, - хныкала Алёна, - тут шила в мешке не утаишь! Нам бы здесь пришёл конец. С нами люди не стали бы после такого разговаривать, мы бы перестали быть примерной семьёй. Последний алкаш тыкал бы в нас пальцем и говорил: вот те самые нелюди, которые родную кровиночку в роддоме оставили!

Всё оказалось просто: это была нежелательная беременность, да к тому же поздно обнаруженная. Сначала Олег и Алёна Громовы подумывали об аборте, но на позднем сроке делать его было опасно. Алёна даже ездила в областную больницу - только так можно было сохранить тайну. Но гинекологи развели руками: мол, поздно, все сроки вышли.

Громовы всерьёз забеспокоились: заработки у них мизерные, а на руках уже и так трое детей. Олег быстро произвёл подсчёты и понял: если они с Алёной и сейчас еле сводят концы с концами, то рождение четвёртого ребёнка точно ввергнет семью в нищету. Тогда и решили скрыть беременность, а потом подкинуть малыша кому-нибудь. Но кому?

Наконец Алёна с Олегом придумали хитрую операцию с якобы брошенным и потом счастливо найденным младенцем. Если ребёнка обнаружат вдали от хутора, да ещё рядом с трассой, то все подумают, что это дело рук кукушки со стороны, какой-нибудь заезжей. Так оно и вышло: в это все поначалу поверили, так как никто из соседей и не подозревал, что Алёна беременна. Тем более Громова женщина крупная, полная - если кто и заметил, что библиотекарша набрала вес, то, наверное, о беременности подумал бы в последнюю очередь.

Тем не менее эта история закончилась в целом благополучно для всех её участников. В отношении Алёны Громовой было возбуждено не уголовное, а административное дело. Более того, супруги всё же упросили органы опеки отдать им новорождённую дочку. Малышку оставили непутёвым родителям - разумеется, под надзором соцработников.

Теперь о маленькой Катеньке заботятся мама, папа, двое братьев и сестрёнка. Вот только больше всего на свете Алёна боится, что, когда девочка вырастет, кто-нибудь из соседей расскажет ей, что случилось в первые дни её жизни. Простит ли тогда Катя родителей?

Ставьте лайки, подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить новые публикации