Мальчик и картина, или Как сохранить шедевр. О фильме «Щегол»

21 November 2019

Об американской драме «Щегол» есть разные мнения. Равнодушными зрителей она не оставила: ждали с нетерпением, теперь же горячо критикуем, восторженно хвалим, смотрим, не отрываясь. Так о чем эта лента, обсуждаемая сегодня в десятках российских изданий и блогов?

Картина начинается трагедией, последствия которой полностью образуют сюжет. Подросток Тео во время теракта теряет маму. После этого в его жизни происходит череда событий, для преодоления которых требуется поистине недетская стойкость. Жить в чужой семье, не зная, что с тобой будет дальше. Найти друзей, первую любовь, обрести надежду на дом и поддержку, но потерять в одночасье и это. Едва привыкнув к полузнакомому человеку, которого полагается называть отцом, узнать, что он тебя предает.

Все это время у Тео есть тайна. Она из разряда тех, что и греет, и жжет одновременно. Уникальное и невероятно ценное изображение маленькой птички. Шедевр живописи, вынесенный в шоковом состоянии из музея, обернутый в старые газеты и спрятанный за спинкой кровати. Может ли ребенок долго хранить секреты? Да, если ему приходится быстро взрослеть. Тео Деккер хранит свою тайну много лет.

Миф о «золотом времени»

Существует расхожий стереотип о том, что детство – по определению золотое время. У большинства из нас есть хорошие воспоминания – независимо от того, какие трудности мы переживали детьми. Ощущения живости, легкости, непосредственности, присущие исключительно детству, создают особую ностальгию по тем временам. Кажется, что все было легко, просто, понятно. И это, конечно, только часть правды о детстве. Привыкая думать так, мы часто обесцениваем как собственные детские переживания, так и переживания сегодняшних детей, собственных ли, или просто тех, кто растет рядом с нами. Детство – время по умолчанию непростое.

Ребенок, как правило, ничего не решает сам. Часто в непосредственно касающихся его вопросах не учитывается ни его мнение, ни его чувства. Далеко не во всех семьях дети принимают участие в важных, иногда судьбоносных решениях: где семья будет жить, где ты будешь учиться, с кем из родителей останешься в случае развода. И это только общие примеры, без учета множества частностей. Будут ли тебя воспринимать как личность, целиком и полностью зависит от того, какие взрослые тебя окружают.

История Тео – красочная иллюстрация полного бесправия в собственной жизни на протяжении нескольких лет.

Даже когда рядом оказываются люди, которые готовы о нем позаботиться, все оборачивается снова и снова совсем не так, как ему хотелось бы. Иногда кажется, что этот неуклюжий мальчик в очках не живет, а просто ждет молчаливо, когда наконец что-то изменится. Когда станет по-другому. Хотя на самом деле – конечно же, живет. И конечно, дожидается.

Как мы растем

Романы взросления (или романы воспитания) – как раз те истории, что развенчивают миф о «золотом детстве» на раз-два. Мы сочувствуем героям, которые переживают одиночество, лишения, потери, предательство, отверженность. И через все это неизбежно растут. Проходят неудобный, тернистый, болезненный путь взросления. Литературная основа фильма «Щегол» относится как раз к таким книгам.

В экранизации флешбэки из детства Тео перемежаются фрагментами его взрослой жизни, и перед зрителем все больше распутывается клубок причинно-следственных связей. Несчастный неловкий мальчишка-очкарик, не нужный никому в этом мире. Красивый тонкий юноша-интеллектуал в дорогом костюме. «Что с ним произошло за эти годы?» – думаешь, глядя на экран… и не можешь оторваться.

Что вообще происходит с ребенком на пути взросления? От чего больше всего зависит, каким он станет?

Семья

Самые близкие люди, значимые взрослые. Находятся ли они рядом, как себя ведут, как выражают свою любовь? Есть ли они вообще? В случае Тео последний вопрос становится ключевым. Хотя и ответ на него нельзя назвать фатальным.

Выбор: ломаться или бороться

В определенные моменты детства и юности выбор выглядит именно так, и это далеко не всегда проявление подросткового максимализма. Не выходит просто переждать, затаить дыхание, перетерпеть. Ты либо делаешь что-то, рискуя вызвать неодобрение, быть наказанным, понести ответственность; либо в тебе нарушается что-то важное, и живешь дальше, как часы с неисправным механизмом – внешне в порядке, внутри – сломанный.

Тео в свое время выбирает поступок, и поступок отчаянный – побег. Он бежит оттуда, где находиться невыносимо, туда, где надеется получить поддержку. У него нет никаких гарантий, что его примут, помогут, не выдадут полиции. Он просто ребенок, у которого больше никого нет.

Окружающие люди

Как влияют на нас те, кого мы встречаем в юности на своем пути? Те, кто вольно или невольно участвует в нашей судьбе, кто по доброй воле оказывает нам помощь или у кого вынуждены попросить помощь мы сами? Как сказываются на нас слова, поступки, опыт тех, кого мы любим, уважаем, считаем авторитетом или ненавидим, презираем, хотим вычеркнуть из своей жизни навсегда? «Щегол» – энциклопедия таких случаев. Как, впрочем, и жизнь любого из нас.

Доверие к миру

Сложный инструмент с тонкими настройками, и настройки эти – снова из детства. Как часто нас обманывали и предавали? И каким образом мы после этого восстанавливались? Восстанавливались ли вообще, или просто делали вид, что снова в норме? Кто и как нас при этом поддерживал (и поддерживал ли вообще)?

Счастливчик, сохранивший способность доверять, не тратит заранее сил на выстраивание обороны от зла всего мира. И может использовать их в тот момент, когда в самом деле что-то происходит. Утратив доверие, трудно не обороняться каждый день своей жизни: опасность видится повсюду. И это еще одна важная тема фильма.

Если же свести самое важное воедино, «Щегол» – это история о том, что в своей собственной жизни можно разглядеть гениальное произведение искусства. А можно видеть раскрашенный кусок дерева, выгодно продающийся и покупаемый. А также о том, что эта жизнь, как и утраченный шедевр, может быть не только потеряна, но и обретена заново.

«Щегол» – фильм о том, как мальчик спасает картину, а картина спасает мальчика. О том, как мальчик хранит картину, а картина хранит его. И наконец, о том, как мальчик отпускает картину. И картина отпускает мальчика.

Возвращает ли повзрослевший мальчик Тео себе жизнь или прячет ее в темном углу под обрывками пыльных старых газет? Посмотрите фильм до конца.

P. S. На самом деле картина Карела Фабрициуса, ставшая одним из главных «героев» романа, называется «Щегленок».

Автор: Ольга Введенская, психолог