Между хрущевками и панельками

29.03.2018

Отдельно хотелось бы сказать про поколение, которое сильно обделено экзистенциальной музыкой. Может быть это связано с тем, что в те годы наблюдалась слишком маленькая рождаемость и слишком высокая естественная убыль населения, из-за чего появилось мало потенциальных музыкантов в процентном соотношении. Это 1993 год. Именно тогда родились, например, Хаски и Локимин. Глупо сравнивать их творчество (да и вообще любое) в жанровых рамках, однако их метафизика и некоторые особенности текстов артикулируют весьма характерные для их поколения смыслы.

Это поколение, которое застряло между двух культур. Они выросли в декорациях экзистенциально-культурного кризиса: Союз развалился, государства нет, а по новому жить никто не научился. Причём до сих пор. С одной стороны они застали лихой шлейф тяжелых девяностых, с другой — выросли во дворах тучных нулевых, смотрели фильмы на кассетах, а потом получили интернет с Варкрафтом, Луркой и голой Светкой Букиной.

«Панелька» Хаски это ведь не эстетический манифест урбаниста против муравейников, пришедших на смену хрущевкам в качестве символов новой эпохи. Это про панельный мир и фальшивую жизнь, когда люди уже де-факто призраки, которые живут в абсолютно другой панельной реальности. Панелька это ширма, которой они прикрываются от нового мира. Но за панелькой скрываются всё те же суеверия, иконы, приметы, ковры на стенах и беспощадный бессознательный патриотизм, полученный через телевизор. Панелька это котёл, где варятся сгустки ненависти и зависти к соседям, кредиты, вечная ностальгия и агония морали.

Или вот «Хамбл» Локимина. Этот трек концентрирует и описывает всё те же симптомы россиянства. Это перманентное состояние общества и каждого индивидуума в нём, когда главное жить лучше кого-то, а не просто так. Когда каждый считает, что разбирается во всём лучше других и при любой возможности, без спросу начинает раздавать советы, обучать правильной жизни и против воли настраивать нравственный камертон собеседника в соответствии со своим.

В этом есть какой-то элемент довлатовщины. Только Довлатов троллил и детально фиксировал нелепую карикатурность своего времени, а эти ребята оказались на границе двух времен и в коллизии нескольких культур. Они застряли между хрущевками и панельками. В таком положении сложно с доброй улыбкой иронизировать над нелепостью жизни, которая в 21 веке до сих пор протекает по имперско-советским обычаям.