Как Аненербе готовило лингво-оружие

09.04.2018

К вопросу о некоторых "языковых процессах" сегодняшнего дня

В самом начале 1943 года в составе эсэсовского исследовательского общества «Наследие предков» был создан новый отдел. Деятельность этого отдела, в отличие от многих структур «Наследие предков» была совершенно секретной. О результатах ее деятельности не должны были знать не только «противники Германии», но и представители различных национал-социалистических организаций, что в первую очередь относилось к ведомству Альфреда Розенберга. Располагавшуюся во Франкфурте-на-Одере структуру в документах именовали то «исследовательским центром», то «учебно-исследовательским учреждением прикладной лингвистической социологии». История этого отдела Аненербе была непосредственно связана с именем Георга Шмидт-Рора. Он родился 25 июля 1890 года во Франкфурте-на-Одере. Его отцом был учитель Рихард Шмидт, а матерью – дочь местного промышленника Рут Рор. В итоге их сын Георг предпочел взять двойную фамилию и с 30-ых годов он везде подписывал документы как Шмидт-Рор.

С юности Георг был весьма деятельным. Например, он был активистом национально ориентированного антиурбанистического движения «Перелетные птицы». Позже он представлял интересы этого движения и в составе Имперского комитета немецких молодежных союзов, и в молодежно-политическом совете при правительстве Веймарской республики. Однако политическая известность (хотя и в узких кругах) пришла к Шмидт-Рору раньше, в годы мировой войны, когда он, будучи капитаном пехотного полка герцога Фридриха-Вильгельма Брауншвейгского, в 1917 году занялся разработкой специальной лингвистической программы для оккупированных (на тот момент) территорий Российской империи. Этот проект он пытался реализовать совместно с известным публицистом и путешественником Паулем Рорбахом. Документы по этому проекту не сохранились, а потому мы знаем о нем только из записок и воспоминаний.

После поражения Германии в Первой мировой войне Георг Шмидт-Рор не отказался от своих начинаний и продолжил заниматься разработкой социолингвистики. В начале 20-ых годов он пользовался поддержкой прусского министра по делам образования и религии Карла-Генриха Беккера. Именно по его протекции Шмидт-Рор в 1926 году был зачислен в только что созданную «Педагогическую Академию». В 1932 году при поддержке «Немецкой Академии», возглавляемой создателем геополитики профессором Карлом Хаусхофером, была издана работа Шмидт-Рора «Язык как изобразительность народа». Уже после прихода нацистов к власти эта книга была сильно переработана и выпущена в 1933 году под названием «Родной язык. Об управлении языком вплоть до становления народа». Шмидт-Рор выступал с националистических позиций, что в свете прихода Гитлера к власти казалось ему в высшей мере удачной затеей. Однако Шмидт-Рор ошибся. Предложенная им социолингвистика никак не учитывала расовые идеи, на которых покоилась национал-социалистическая идеология. Шмидт-Рор сразу же попал под огонь партийных догматиков. Дело дошло до того, что его намеревались исключить из национал-социалистической партии, что могло иметь для исследователя весьма неприятные последствия. Однако за Шмидт-Рора решили вступиться профессор Карл Хаусхофер и издатель Гуго Брукманн – первый был дружен а Рудольфом Гессом, заместителем фюрера по партии, второй был хорошо знаком с Гитлером по Мюнхену, когда еще тот только начинал свою политическую карьеру. В итоге травля Шмидт-Рора была остановлена – исследователя было решено оставить в покое.

Скорее всего, деятельность Шмидт-Рора попала в поле зрения шефа СС, Генриха Гиммлера в 1940 году, когда исследователь подготовил докладную записку о необходимости создания специального тайного лингвистического отдела. Придуманный Шмидт-Рором «тайный лингвистический отдел» должен был сочетать в себе сразу же несколько функций. Он должен был быть и исследовательской структурой, занимающейся изучением борьбы культур, и информационным центром, в котором должна была обобщаться поступающая из разных частей Европы информация, и ведомством, консультирующим политическое руководство рейха, и отделом, готовящим практические рекомендации по осуществлению пропаганды и формированию массово сознания.

Желая во что бы то ни стало оказаться вовлеченным в сферу реальной политики, Шмидт-Рор писал в своей докладной записке: «Нельзя недооценивать необходимость исследовательской работы. Ни в одной сфере знаний нет такого количества заблуждений, как в лингвистике. Сами борцы за интересы народности нередко являются политически близорукими. Только выверенное научное обоснование может дать понимание того, что действительно приносит пользу и что нужно использовать при выстраивании тактики и стратегии действий. Очевидно, что в деле борьбы за народность одни мероприятия могут быть полезными на одном участке, но вредными на другом. Именно по этой причине необходимо создание центрального лингво-политического учреждения, которое бы выдавала правильные боевые пароли для каждой из сфер деятельности».

Если создание тайного лингвистического отдела Шмидт-Рор рассматривал как один большой проект, то первоначально работа этой структуры виделась ему в нескольких направлениях, то есть предполагалось реализовать семь подпроектов. Во-первых, Шмидт-Рор планировал сделать немецкий языком международного общения. Особое волнение у немецкого лингвиста вызывало положение английского языка, который, по его мнению, без особых политических усилий стал мощнейшим инструментом международного влияния. Шмидт-Рор прекрасно понимал, что даже если превратить Лондон в груду развали и оккупировать Великобританию, то в мире все равно оставалось около 200 миллионов человек, говорящих на английском языке. Сугубо директивные запреты едва ли могли дать необходимый результат. По этой причине Шмидт-Рор предлагал начать постепенное вытеснение английского языка через формирование культурных конструкций, которые могли бы заменить в массовом сознании такие «мифы», как «американская мечта», «английской образ жизни» и т.п. После предполагаемой победы над Великобританией экспериментальной площадкой для апробирования этих культурных манипуляций предполагалось сделать Ирландию, а затем распространить накопленный опыт на все территории, контролируемые Третьим рейхом.

Вторым подпроектом должна была стать работа со смешанными этническими группами. Прежде всего это относилось к пограничным территориям. Весной 1940 года Шмидт-Рор уже предлагал свои соображения СД в докладной записке, которая назвалась «Переселение и деэтнизация». Далее следовали вопросы правописания. В данном случае речь шла не о немецком языке, а правилах славянских языков, которые должны были поменяться, напоминая формы немецкого языка. Дальнейшие три подпроекта относились к трем европейским территориям: Голландии, Эльзасу и Швейцарии. В отношении Голландии власти Третьего рейха должны были проводить особую политику. С одной стороны всячески подчеркивать древнее родство немцев и голландцев, с другой стороны отказывая голландскому языку в самостоятельности, приравняв его к одному из немецких диалектов. В Эльзасе предполагалось сознательное противопоставление немецкоговорящих и франкоговорящих жителей, что должно было вести к сокращению последних. В Швейцарии планировалось заручиться поддержкой проживавших там немцев, дабы те всячески препятствовали складыванию швейцарского диалекта. Последним подпроектом должна была стать реформа написания немецкого языка. Новые правила немецкого языка должны были содействовать его распространению в мире. Надо отметить, что реформа немецкого языка была начата уже в современном Евросоюзе в 1996 году. Свою докладную записку Шмидт-Рор заканчивал пафосным воззванием: «Только победа в борьбе за народность, только победа в экономической схватке, только победа в культурно-политическом противостоянии на уровне языка сделает победу нашего оружия величайшим триумфом в мировой истории».

Из истории известно, насколько легко было увлечь Генриха Гиммлера какой-нибудь необычной идеей. Шмидт-Рор в этом отношении не был исключением. К тому моменту, когда на него обратил внимание рейхсфюрер СС, у лингвиста уже было более сотни научных и околонаучных публикаций (большая часть из них, равно как и архивы отдела социолингвистики считаются утраченными). Задачи, которые ставились перед секретным отделом социолингвистики, не были четко прописаны в уставе «Наследия предков» или каких-то других официальных документах. Сам Шмидт-Рор по этому поводу не раз отмечал, что он являлся едва ли не любимым научным сотрудником рейхсфюрера СС, который в характерной для него манере мог придумывать задания буквально на ходу. В период с 1943 по 1945 году Георг Шмидт-Рор «породил» необычно большое количество документов, которые обладил едва ли не программным характером. Чтобы понять, какие задачи стояли перед отделом «Наследия предков», чья работа была засекречена, приведем краткий перечень только докладных записок: «Использование труда чужеродных рабочих» - март 1943 года, «Задачи отдела социолингвистики» -для эсэсовских сотрудников Имперского министерства науки, июнь 1943 года, «Задачи народного руководства по отношению к народной речи» - 1 июня 1943 года, «Утверждение немецкой народной жизни через дух, душу и обычаи» - сентябрь 1943 года, «Письмо о немецком языке» -27 июня 1944 года, «Письмо о событиях 20 июля 1944 года», «Немецкая жизнь через немецкий язык» - июль 1944 года, «Сравнение проблемы дезертирства в 1919 году и 1944» - октябрь 1944 года, новый меморандум об отделе социолингвистики - декабрь 1944 года. Кроме этого была масса научно-популярных работ и журнальных статей.

Нас в первую очередь должен интересовать проект, относящийся к оккупированным территориям СССР. По сути речь шла о выведенном на новый уровень проекте, который Шмидт-Рор разрабатывал в годы Первой мировой войны. Сразу же после нападения Германии на СССР Шмидт-Рор предлагал провести «лингво-политическую фрагментацию русской империи» (судя по всему, он никак не мог отказаться от терминологии, которую использовал еще в 1917 году). Шмидт-Рор признавал, что сугубо силовое воздействие едва ли могло сломить русских людей, а потому предлагал подорвать их единство изнутри. В качестве площадки для реализации пробной программы предлагалось использовать территорию Украины. В данном случае Шмидт-Рор настаивал на реализации следующих мероприятий: 1) сотворение литературного украинского языка; 2) создание украинской письменности; 3) создание специального украинского алфавита; 4) выработка специального украинского правописания; 5) формирование искусственной украинской лексики. Во всех этих пунктах важным являлось то, что все они, начиная от лексики, заканчивая алфавитом, должны были быть максимально отличными от русских. Если прибегнуть к научным терминам, то Шмидт-Рор был одним из инициаторов программы планомерного лингвоцида русского языка на территории Украины. В годы Второй мировой войны планам Шмид-Рора не удалось сбыться, но они в полной мере были реализованы нынешним руководством Европейского союза, которое всячески способствовало началу гражданской войны на Украине. Потому не стоит удивляться, что т.н. украинство на практике оказалось всего лишь искусственным явлением, вызванным к жизни внешними врагами России. И уж совсем не стоит удивляться тому, что «певцы украинства» заискивают перед Германией, пытаясь обелить период гитлеровской диктатуры.

Понравилась статья? Хотите поблагодарить канал? Вы можете нажать на палец вверх (лайк), и тогда статью увидит большое количество пользователей. Вам понравилось наполнение канала? Будем рады, если вы подпишетесь на него. Мы рады каждому подписчику. Вы мотивируете нас делать статьи, и делать эти статьи лучше! Спасибо за чтение!
zen.yandex.ru/redcat