Утки

Этот выпуск "Истории одной старой иллюстрации" посвящаем самым простым уткам, которые в 1881 году попали в поле зрения художника-графика

Утки
Чудный весенний день в полном разгаре. Жаркие лучи полуденного солнца сверкают ослепительным блеском на ярком синем небе и льют столько тепла, так ласкают и нежат, что кажется нет ни одной букашки, нет ни одной былинки, которые не радовались бы и не чувствовали на себе благотворного влияния этого тепла, этих нежных ласк. Благодаря им, жизнь кипит вокруг; везде ив городах и по селам все спешат насладиться прелестью весеннего, праздничного дня. В душном, пыльном городе, конечно, не часто встретишь такие милые, идиллические картинки, как я в любом селе ими хуторке попадаются чуть не на каждом шагу. Взгляните, например, хоть на этот уголок одинокого, степного поселка. Небольшой зеленый пригорок у широкого залива густо порос мягкой, шелковистой травой, осокой и всякими цветами, наполняющими воздух дивными благоуханиями. Вдали виднеется чистенькая и хорошенькая как игрушка усадьба с густым, темным садом. Пригорок и прозрачный с гладкой зеркальною поверхностью залив объяты сладкой дремотой. Кругом царит тишина; только сверчок, взобравшийся на самую верхушку какого-то кустарника тянет без умолку свою однообразную, нехитрую песню, да из отдаленного сада доносится порою крик иволги. Но вот наш пригорок, словно очнувшись от сна, мгновенно оживился. Послышались писк, резкое кряканье, плеск, шуршанье крыльев. Это—почтенное и многочисленное утиное семейство пожаловало из усадьбы в свое тихое пристанище. Экую возню они подняли! Точно дело какое-нибудь важное затевают... И птенцы туда же; кричат, суетятся, хлопочут. Старая утка с хохолком на голове просто из сил выбивается, отдавая приказания и делая должные внушения представителям подрастающего поколения. Семейство уточек, пожалуй, и не замечаете, как, втихомолку, подсмеивается над ним маленький философ, усевшийся на ветке кустарника, свесившейся над гладью залива. Философ этот — изумрудно-голубой толстый зимородок. Суеты он недолюбливает; он сидит себе смирнехонько, с опущенным вниз длинным, внушительным носом и наблюдает не столько, конечно, природу, сколько маленькую, жирную рыбку, которая беспечно гуляет в прозрачной, голубоватой влаге, греясь на солнышке. И философ наш наблюдает не праздно; цель наблюдений его весьма практическая: он зорко сторожит простодушную рыбку и вдруг с проворством искуснейшего гимнаста бросается тихо, без шума, вниз, схватывает добычу, ловко проглатывает её и через несколько секунд, как ни в чем не бывало, снова сидит на своем месте, в прежней выжидательно-наблюдательной позе. Утки, неповоротливые, тяжелые утки только дивятся проворству хитрого философа.
Понравилась статья? Хотите поблагодарить канал? Вы можете нажать на палец вверх (лайк), и тогда статью увидит большое количество пользователей. Вам понравилось наполнение канала? Будем рады, если вы подпишетесь на него. Мы рады каждому подписчику. Вы мотивируете нас делать статьи, и делать эти статьи лучше! Спасибо за чтение!
zen.yandex.ru/redcat