Приднестровье. Дрейф на Запад?

Ноябрь неожиданно оказался богатым на позитивные события, связанные с отношениями между двумя берегами Днестра. Хотя, возможно, предпосылки этого и существовали ранее, но не были заметны или просто не были распознаны. Тем не менее именно в этом месяце стремления различных сторон, влияющих на процесс приднестровского урегулирования, наконец-то совпали по фазе, что и привело к вызвавшему резонанс результату. Что же это за стороны, в чем состоят их интересы и в чем выразились их усилия?

Для ответа на эти вопросы, необходимо проанализировать развитие ситуации вокруг Приднестровья за последнее время. Давление на Приднестровье со стороны Молдовы, Украины и Европейского союза не ослабевало, а, наоборот, усиливалось. При этом, однако, форма давления была акцентирована на экономическую составляющую и в итоге привела к заметному снижению уровня жизни приднестровцев. Власти Приднестровья еще при прежнем президенте Евгении Шевчуке вынуждены были пойти на непопулярные меры.

Нельзя сказать, что именно это обусловило победу на очередных президентских выборах Вадима Красносельского, поддерживаемого холдингом «Шериф». Однако те меры, которые были предприняты в отношении региона со стороны Молдовы, Украины и Евросоюза, наверняка послужили «тревожным звоночком» и заставили по-новому взглянуть на перспективы выживания Приднестровья в сложившемся враждебном окружении. И хотя на словах и в декларациях новая власть Приднестровья продолжала выступать за провозглашение независимости региона и следование пророссийским курсом, сложившиеся геополитические реалии поставили перед необходимостью выбора вариантов взаимодействия с официальным Кишиневом.

Собственно, первоначально новая администрация ПМР не собиралась педалировать процесс переговоров между двумя берегами Днестра. Сам по себе переговорный процесс пребывал в вялотекущей стадии, когда обе стороны достаточно нудно перечисляли список взаимных претензий, возникших в ходе сложившихся взаимоотношений, многочисленных противоречий и мелких бытовых проблем. Эта сонная идиллия была нарушена после того, как новый президент Молдовы Игорь Додон объявил о том, что налаживание связей и контактов с Приднестровьем, а также разрешение приднестровской проблемы является приоритетом его деятельности в качестве главы государства. Вслед за этим последовали рабочие встречи Игоря Додона и Вадима Красносельского, на которых обсуждалась сложившаяся на берегах Днестра за четверть века ситуация. Кроме того, в ходе этих встреч обсуждались в том числе и те проблемы, которые были так неожиданно быстро разрешены на днях – обеспечение телекоммуникационной связи между двумя берегами Днестра, апостилирование в Кишиневе приднестровских дипломов об образовании, обеспечение доступа фермеров к земельным участкам в Дубоссарском районе и функционирование школ с обучением на основе латинской графики в Приднестровье. Тогда между И. Додоном и В. Красносельским наметилось определенное взаимопонимание во взглядах на эти вопросы, но дальнейший ход переговоров и общения был «торпедирован» заявлениями и действиями проевропейского правительства Молдовы.

И вот спустя полгода после этого уже правительство Павла Филипа неожиданно объявляет о прогрессе, достигнутом в решении этих вопросов. Первым актом этого театрального действа стала церемония подписания протокольного решения об открытии моста через Днестр у сел Гура Быкулуй и Бычок, которая прошла в кишиневском офисе миссии ОБСЕ. Во время церемонии непосредственного открытия моста состоялась встреча и двадцатиминутная беседа П. Филипа и В. Красносельского.

В следующем акте достигнутые договоренности воплощаются в подписание документов, что преподносится как прорыв в отношениях между Кишиневом и Тирасполем. Как бы невзначай все это происходит незадолго до встречи в формате «5+2», которые вообще не проводились в течение длительного времени почти полтора года.

Проведение нынешнего раунда переговоров «5+2» не стоит рассматривать как какое-то серьезное действо, способное продвинуть процесс приднестровского урегулирования. Формат этот, по мнению многих, исчерпал себя и не отвечает требованиям сложившейся реальной ситуации. У членов нынешнего совещания интерес заключается больше в стремлении показать, что процесс не умер, а продолжается. Кроме того, в нынешнем раунде совещания заинтересована Австрия, которая должна представить в декабре результаты своего председательства в ОБСЕ на приднестровском направлении. 

Очевидно, что подписание подобных соглашений можно было бы только приветствовать – разрешение различных спорных вопросов в любом случае будет способствовать нормализации отношений между Кишиневом и Тирасполем. Однако рассматривать этот неожиданный «прорыв» необходимо также и с других точек зрения.

Прежде всего, с учетом того, что через год в РМ состоятся парламентские выборы. Все предыдущие годы участие жителей Приднестровья в электоральных процессах правого берега ограничивалось тем, что они могли голосовать на специально открываемых для этого избирательных участках, недалеко от границы РМ и ПМР, поскольку приднестровские власти не позволяли открывать избирательные участки на левом берегу. Прошедшая в этом году реформа избирательной системы в Молдове предусматривает создание одномандатных избирательных округов, в том числе и с учетом Приднестровья. И если по партийным спискам Демократическая партия олигарха В. Плахотнюка не может рассчитывать на какой-либо приличный результат, то за счет одномандатных округов демократы рассчитывают получить определенное количество депутатских мандатов. И в этом плане для них важна борьба за каждый округ, в том числе и тех, которые расположены на левом берегу.

Именно поэтому установление доверительных партнерских отношений с левобережной властью является для них одной из главных задач. Именно поэтому инициативы И. Додона были сначала дезавуированы правительством П. Филипа, а затем взяты на вооружение и использованы для развития сотрудничества с приднестровской администрацией. Кроме того, Плахотнюк в своем заявлении по поводу достигнутых договоренностей подтвердил, что оказывал политическую поддержку переговорам.

Еще один интересный аспект достижения договоренностей между Кишиневом и Тирасполем заключается, как ни странно, в схожести характеров тех властей, которые на сегодняшний день «правят бал» на правом и левом берегах Днестра. И в Кишиневе, и в Тирасполе все контролируется олигархическими группировками, которые, помимо экономики и массмедиа, непосредственно влияют на различные ветви власти. Но если в Кишиневе контролируемый олигархом Плахотнюком парламент вынужден был искусственно ограничить полномочия президента Додона, чтобы противостоять президентской ветви власти, то в Тирасполе холдинг «Шериф» контролирует абсолютно всё, и даже президент Приднестровья является выдвиженцем структур «Шерифа».

Фактически после избрания В. Красносельского произошло полное превращение Приднестровья в ту самую «Республику Шериф», о которой в свое время говорил генерал Александр Лебедь. Когда же все шаги и действия властей ПМР будут определяться интересами холдинга и его владельцев, возникают серьезные риски, что в случае, когда эти интересы потребуют изменения геополитической ориентации региона, приднестровские власти на такие изменения пойдут. И в этом случае нет гарантии, что части российской армии, которые дислоцированы в Приднестровье, станут помехой для смены курса.

Более того, та постоянная активность, которую предпринимает проевропейское правительство в Кишиневе по выводу российских войск, в случае изменения геополитической ориентации администрации Приднестровья может получить дополнительную поддержку. То, что олигархи с обоих берегов Днестра продвигаются по пути сотрудничества, пусть пока и во имя решения полезных для населения вопросов, может стать предвестником серьезных и даже глобальных изменений в регионе. Особенно, принимая во внимание давние деловые и дружеские контакты Плахотнюка и президента сопредельной Украины Порошенко.

Лишним подтверждением этого является заявление вице-премьера Молдовы Георгия Бэлана, представлявшего Кишинев на закончившихся во вторник переговорах в формате «5+2» в Вене. «После принятия этих решений (имеются в виду подписанные 25 ноября протокольные решения) мы шаг за шагом приближаемся к главному вопросу, который будем обсуждать. Я имею в виду особый правовой статус для Приднестровья», – заявил Г. Бэлан на пресс-конференции по итогам переговоров.

Учитывая тот факт, в распоряжении холдинга «Шериф» на данный момент находятся практически все массмедиа Приднестровья, уровень воздействия на население представляется практически неограниченным. Надо сказать, что, в общем-то, и на сегодняшний день в ПМР настроения меняются довольно заметно. Некоторые группы в социальных сетях, относящиеся к Приднестровью, демонстрируют уровень русофобии и неприятия России, аналогичный настроениям «свидомых» украинцев.

Сложно сказать, насколько все вышеизложенное принимается во внимание в России и насколько учитывается при выстраивании политики в отношении Приднестровья. На сегодняшний день можно сказать одно – в республике происходят стремительные процессы, которые пока не заметны без пристального изучения местной специфики. Но процессы эти идут, и их результатом могут стать серьезные изменения в регионе.