Охота на призрака: как немцы 17 раз топили советскую субмарину С-56

03.04.2018

Возможно ли погибнуть 17 раз? Безусловно, если ты Герой Советского Союза Григорий Щедрин.

Родился будущий герой в 1912 году в Туапсе, впитав любовь к морю с детства. Уже в 14 лет Щедрин записался юнгой на шхуну «Диоскурия», где его заметили старшие офицеры и предложили попробовать свои силы в Херсонском морском училище. Он легко прошёл отбор и начал обучение на штурмана. Как одного из лучших учеников Щукина выбрали для подготовки на самые сложные и опасные военные корабли – подводные лодки.

Военная служба молодого офицера началась на легендарных «Щуках». За два года Щедрин подкрепил свой талант реальным опытом и его назначили командиром Щ-110 «Язъ». Три года подряд экипаж субмарины числился лучшим на Тихоокеанском флоте. В связи с этим командованием было принято решение передать молодому капитану под командование ещё строящуюся лодку С-56.

Проект субмарин серии С был передовым для своего времени. Обозначение С расшифровывалось просто – «средние», хотя среди моряков был расхож другой вариант – «Сталинец». Корпус субмарины был спроектирован германо-голландской фирмой, а всё оборудование – советское. Отличительной особенностью можно считать расположение торпедных аппаратов, которые располагались не только в носу, но и в корме.

Всё время строительства Щедрин находился непосредственно на верфях и следил за всеми работами. Когда в октябре 1941 года «Сталинец-56» был готов, то первым делом капитан приказал совершить погружение. Он был настолько уверен в своей субмарине, что приказал погрузится на глубину более 150 метров, хотя по документации предельной считалась глубина 100 метров. Как после объяснил свой поступок капитан, он хотел показать экипажу, что лодке моряки могут доверять безоговорочно.

Через год С-56 отправили на войну. Первым заданием был переход из Владивостока в Полярный, где лодку должны были заправить и отправить в бой. И хотя этот выход считался небоевым, но именно тогда экипаж С-56 впервые встретился с врагом. Свободную охоту в северных водах вели сразу три немецких субмарины. Они посчитали советскую подлодку лёгкой мишенью и выпустили торпеды.

Немецкие капитаны были столь уверены в точности своей атаки, что поспешили рапортовать в штаб об успешной атаке. Тогда немецкие газеты «потопили» С-56 в первый раз, что говорит и о том, как германские подводники-асы набивали себе тоннаж для получения Железного креста. На деле расчёт врага оказался неверен. Вопреки опыту немецких капитанов в момент атаки Щедрин приказал не погружаться, а готовится к всплытию, а как только торпеды прошли, тут же начал погружаться. Таким образом, лодка буквально перескочила снаряды. Торпеды прошли буквально в миллиметре – уже в порту Полярного при осмотре рабочие обнаружили в брюхе подлодки застрявшее торпедное оперение. Вероятно, звук от столкновения немецкие акустики расценили как попадание.

В марте 1943 года С-56 отправилась в свой первый поход. Следует отметить, что на тот момент немецкие конвои, в отличие от союзнических, охранялись по полной программе. Так первый контакт с «жертвами» едва не стал и последним для советских подводников. В условиях плохой видимости они не заметили конвой из четырёх сухогрузов и шести судов охранения и всплыли буквально в паре сотен метров позади врага. Но и для немцев такой «манёвр» стал полным сюрпризом. Не давая противнику опомнится Щедрин приказал запустить кормовые торпеды. Расстояние было относительно небольшим и промахнуться было сложно – обе торпеды попали в самый крупный сухогруз, и он начал тонуть. Сама же С-56 исчезла в тумане.

Вторая атака готовилась по всем правилам. Подводники заметили конвой из трёх транспортов и шести кораблей охранения. С-56 выжидала удобный момент, когда неожиданно была обнаружена противником. Шесть немецких кораблей выстроились цепью и двинулись в сторону подлодки, сбрасывая глубинные бомбы. Такая тактика имела целью если не потопить С-56, то хотя бы отогнать её. Но Щедрин решил провернуть уже знакомый трюк. Он вновь приказал погружаться ниже предельной глубины и поднырнул под цепью немецких кораблей. Всплыла субмарина уже с другой стороны конвоя и вновь из кормовых аппаратов торпедировала беззащитный транспорт, после чего бесследно растворилась в океанских глубинах.

Две атаки и два потопленных вражеских судна – в Полярный экипаж С-56 вернулся героями. Во втором походе Щедрин наткнулся на крайне аппетитную дичь. В сопровождении шло сразу восемь боевых кораблей. Столь серьёзная охрана была сосредоточена вокруг танкера с нефтью, которая была для Германии на вес золота. Кроме того, в конвое также шёл один транспорт. На этот раз С-56 удалось устроить засаду по всем правилам и инициатором короткого сражения стали щедринцы.

Четыре торпеды были выпущены таким образом, что каждой полагалось по отдельному кораблю. Первые две неслись к боевым судам, которые легко уклонились от совершения. Однако они тем самым открыли путь двум другим торпедам, которые и были главным ударом. Первым полыхнул танкер, а вот транспорту повезло – торпеда попала, но не сработала. Часть конвоя сразу отправилась охотится на советских подводников, а спустя несколько часов рапортовали на берег, что месть за потопление танкера удалась. Немецкие газеты вновь хвастались мастерством немецких подводников.

Секрет живучести С-56 и её капитана Щедрина был прост. Как только лодку начинали бомбардировать, то экипаж выстреливал из торпедных аппаратов различным хламом, который специально грузили на борт в порту. Всплывшие ошмётки и расплывшиеся пятна топлива были убедительным доказательством гибели субмарины. Немецкие моряки фотографировали свой «успех», а фотографии передавались в прессу для пропаганды. Однако в штабе прекрасно понимали, что всё это, извините, фуфло.

Когда С-56 готовилась к третьему походу немецкая разведка уже вовсю работала. Была определена дата выхода и примерный маршрут следования непотопляемой советской субмарины. За лодкой началась настоящая охота. Однако и в этот раз советскому призраку удалось перехитрить врага. Пока немецкие боевые корабли выслеживали противника на транспортных маршрутах, Щедрин нанёс два удара недалеко от портов по судам, устанавливавшим мины. За две атаки было потоплено три военных корабля и ещё один получил тяжёлые повреждения. К работе подключили авиацию, которая также рапортовала в штаб о победе.

Загнать С-56 в угол немцы смогли только во время пятого похода. Один из немецких капитанов оказался бывалым морским волком и увернулся от атаки подводников, после чего бросился в погоню. Пять суток Щедрин пытался оторваться от преследования, но врагов становилось только больше. На пятый день за ним следовало уже шесть боевых кораблей.

Советский капитан решил вновь уйти от преследователей на максимальной глубине. Когда эхолот перестал улавливать вражеские шумы, Щедрин дал команду на всплытие. Вот только когда субмарина достигла перископной глубины, то капитан увидел, что всплыл он прямо посреди вражеского построения. Сразу же он приказал выпустить все торпеды и уходить обратно под воду. Немцы сами не ожидали столь дерзкого манёвра, но сумели увернутся от наугад выпущенных торпед. Тогда немецкие капитаны решили, что советские моряки пошли на хитрость и назвали С-56 сразу несколько подлодок, которые действовали одной группой. Они опасались, что на деле уже не они ведут охоту, а попали в самую натуральную засаду, а советские капитаны их дурят, пытаясь разбить строй и перебить их по одному. Пока на немецких кораблях шёл жаркий спор о том, как выходить из щекотливой ситуации, единственная и неповторимая С-56 спешно уходила подальше от врага. После этого щедринцы выходили в поход ещё три раза и каждый раз их «топили».

После войны удастся подсчитать, что германская пресса за два года успела 17 раз похоронить С-56. Однако неуловимый капитан Щедрин умер только в 1995 году в звании вице-адмирала, а его непотопляемая С-56 и по сей день стоит во Владивостоке в качестве музея Воинской Славы.

Ещё по теме:

17 часов позора и унижения: гибель самого большого авианосца Второй мировой войны

Fox News возмущён «княжескими» подлодками Путина и русскими императорами

Смертельный бросок «Барракуды»: тайна боевой звезды на рубке АПЛ «Кострома»