«В фотографии нет ограничений»

Русская Планета: А вот у меня был случай: у «Смены-8М» всегда заедал лентопротяжный механизм, и кадры часто накладывались друг на друга. И как-то раз получилось, что девушка идет по верхушкам античных колонн. Вот это художественное фото и нет?

Андрей Каменев: В фотографии нет ограничений – это твое выражение вообще. Ты как художник выражаешь себя, как хочешь. Хочешь не резко – значит, не резко. Хочешь пересвет – значит, пересвет. Это вообще все твое! Кто об этом будет судить – это уже его дело. Если это конкурс – ну, есть какие-то правила, да, некие ограничения. В личном творчестве ограничений нет вообще никаких! Если в правилах не прописано – значит, можно!

РП: То есть главное, получается, что?

АК: Главное – получить результат, который тронет зрителя.

РП: Психо-эмоциональное воздействие? А как оно сделано – не важно?

АК: Аболютно! Ну, мы не занимаемся графикой – можно и динозавра в кадре нарисовать – не отличишь от подлинника. Но вот это вот исключается.

РП: То есть, нам можно принимать и с фотоаппаратов, и с айфонов, и с пленочных, и с мыльниц…

АК: Даже если кто-то пришлет чего-нибудь с пленок – то это люди-герои. Ты попробуй, найди сейчас пленку - обработай, напечатай. Это сейчас не просто. Можно и с пластинки проявить. Но это в некотором роде подвиг.

РП: А что сейчас модно снимать? Вот раньше модно было все в быстрой смазке – помнишь, начало 1990-х годов?

АК: Тогда все пробовали разные способы.

РП: Когда-то стала модной светотень: снимать через всякие дырочки разные, на границе света и тени.

АК: Чего угодно! Можно снимать природу, дома, улицы, людей, семью, домашних животных, натюрморты…

РП: Не знаю, натюрморты надо ли? Какая же Россия в натюрмортах?

АК: Ну, так красиво поставь свет, подсвети световыми кистями – пельмени там или веник, кадушка, мыло – ясно: баня в России! Или букет полевых цветов с яблоками – может быть красиво.

РП: Трамваи какие-нибудь, троллейбусы.

АК: То есть можно взять город, и туда отнести все, что угодно: уличный жанр. Пусть люди покажут, как они видят Россию. Допустим, в городе можно снимать не только дома, но и людей в городе, детей и взрослых, машины и людей. Можно снимать с воздуха.

РП: Это с дронов, что ли?

АК: Да. Сейчас много кто снимает.

РП: Я слышал, надо разрешение получать чуть ли не в Министерстве гражданской авиации.

АК: У меня самого три дрона дома лежат. Уже давно с воздуха снимаю и фото, и видео. Имеет смысл. Заодно посмотреть, сколько народу с воздуха снимает.

РП: Помню, в National Geographic был поразительный кадр: орел выдыхает пар. Такой выдох орла. Пар из пасти. Что нужно, чтобы сделать такой снимок?

АК: Фотограф должен дождаться своего кадра. В National Geographic сложно работать, потому что там очень высокий уровень не только качественный, а именно - по сюжету. Снято уже все, и ты должен снимать либо как еще никто не снимал, либо то, что еще никто не снимал. За 125 с лишним лет существования журнала было опубликовано приблизительно 12 – 13 тысяч тем. Разных. Лучших фотографий. Немногие люди 12 тысяч слов знают. А уж 12 тысяч тем придумать – это должен быть не просто какой-нибудь восход на Курилах, а некая история. Поэтому прокреативить, чего-то новое придумать достаточно сложно. А уж про техническое исполнение тут речи вообще даже не идет. Это должно быть абсолютно необычно, абсолютно как-то ново и так далее.

РП: Наш многопрофильный интернет-портал, помимо прочего, развивает онлайн-викторину «Интуит». Имеет ли в фотографии и видео значение интуиция?

АК: Скорее не интуиция, а пространственное 3D-мышление. Понимание, как будет выглядеть объект с cамой выгодной для будущего снимка или фильма точки. Сверху, снизу, сзади, сбоку. Вот, скажем, передо мной замок на горе, а я вижу, что там далеко, за мостом через речку, вид на него будет самый лучший. Ну, и не ленюсь - бегу туда пару-тройку километров! При съемке в горах идти на нужную точку порой приходится целый день. А то и два. Так что это сродни интуиции.

Вот расскажу историю. Когда я работал в спорте и приехал Марадона, на футбольное поле пришло 350 фотографов. Обычно 10 - 12 снимали матчи, все друг друга знали, а тут откуда-то взялось сразу столько! Я тогда чуть прощелкал момент, когда аргентинский футболист должен был выйти на поле, все фотографы уже встали вокруг этого места плотным кольцом, а с моим ростом даже если подпрыгнешь – ничего не увидишь. А без фотографии в редакции меня убьют! Тогда я забежал по трибунам наверх крыльца, откуда он должен был выйти. Он вышел, и было видно его спину, голову кучерявую и толпы фотографов. Такой кадр есть только у меня. У остальных – одинаковые кадры с некоторыми вариациями. Я понял, что всегда надо бежать в другую сторону. Если все бегут направо, значит, надо брать левее.

(Продолжение следует)

Андрей Каменев

http://rusplt.ru/our-people/our-people-1_259.html