Зураб Соткилава: «Смерти нет!»

18.09.2017

Ушел человек-легенда, подаривший минуты подлинного счастья любителям оперы

Я не поверил. Когда мне два года назад сообщили, что у Зураба Лаврентьевича обнаружили онкологию, я не поверил в это. Мне подумалось, что кто-то выдумал эту чушь, небылицу, которой никогда не было и быть не могло. И вот почему.

Этот человек излучал жизнь. Казалось, Соткилава — это не только фамилия великого российского тенора, но и понятие, которое вобрало в себя подлинное сценическое величие, силу уникального, неповторимого голоса, а еще мужественность, истинную человечность, которую помнят те, кому посчастливилось встретить Зураба Лаврентьевича в жизни хотя бы раз.

Зрители помнят его потрясающего, проникновенного Хозе из «Кармен», Отелло, Ричарда…. Каждый раз, когда великий оперный певец появлялся на сцене Большого театра или выступал где-то на другом краю Земли, его энергии хватало на то, чтобы охватить ею крупнейшие залы мира и позволить пережить каждому из стучавших в этих залах сердец настоящий всеочищающий катарсис.

Здоровье дало резкий сбой в 78 лет. Зураб Лаврентьевич ощутил острые боли в желудке и области сердца. Была очевидна и потеря веса… Страшные симптомы, которые знакомы тем, чьих родных и близких «атаковал» рак.

— Какое-то уплотнение! – буднично развели руками доктора после УЗИ. И он понял все сразу, приняв вызов судьбы так, как принимали его сценические герои. Симптомы, как и подкравшаяся болезнь, не вызвала у него внутренней дрожи. Еще до того, как о результатах последовавшего вслед за ультразвуковым исследованием МРТ сообщили его родным, он решил бороться и, как ни в чем не бывало, продолжал работать!

Перед его глазами стояло лицо Елены Образцовой, сценический тандем с которой можно считать самым удачным в истории русской оперы. Эти люди, являющиеся частью истории великой русской культуры, были дружны в жизни. Зураб Лаврентьевич поддерживал Елену Васильевну, когда у нее был обнаружен рак крови. Увы, она ушла из жизни в самом начале 2015 года, шокировав своей смертью всех. Ведь о ее болезни практически никто не знал.

Но Соткилава о своем заболевании заявил во всеуслышание, став примером мужественной борьбы с болезнью для тех, кто любил и продолжает его любить сегодня, не только в радости, но и в горе. В те минуты, когда он появлялся в онкологическом центре на Каширском шоссе, людям в больничных коридорах, отягощенным той же бедой под медицинским шифр-кодом «04», становилось немного легче.

— Ба! Да ведь сам Соткилава! – неслось ему вслед. А он улыбался всем и каждому. Находил время для того, чтобы по дороге в кабинет врача улыбнуться, поинтересоваться самочувствием, диагнозом, пожать руки, пожелать удачи.

Он не был «звездой» в том бесконечно пошлом значении слова, которым проникаемся мы, читая о своенравии, заносчивости, пренебрежении к поклонникам иных знаменитостей. Зураб Соткилава был Великим Артистом, и его величие заключалось в умении находить путь к сердцу человека и в тот момент, когда он пел на сцене, и в тот момент, когда бодро шагал по коридору в кабинет онколога. Последнему утешить мэтра было не чем.

А он не унывал. Болезнь отца сплотила всю семью. Прилетели дочери, проживающие в Мадриде, которым в формате шутки, привычно улыбаясь и балагуря, Зураб Лаврентьевич поведал, как они будут жить без него.

Но отравление организма, приведшее к кризису, было настолько сильным, что стало очевидно: без операции в одной из лучших клиник в Германии исход наступит очень быстро. Здесь его ждал сюрприз, который устроили ему доктора…

Зураба Лаврентьевича привезли в операционную… где-то в глубине души шевельнулся… нет, не страх, а что-то похожее на гложущую измученное болезнью сердце тоску.

И вдруг! Двери операционной распахнулись. Вошли доктора! Они акапельно исполнили итальянскую песню, которую часто исполнял Зураб Соткилава.

— Jammo, jammo, ncoppa jammo ja!

Ну, разве не чудо? В тот момент ему именно так и показалось. Он хотел что-то сказать, быть может, слова благодарности, но тут один из заморских «чудотворцев» быстро опустил на его лицо маску, отправляя в объятия Морфея…

Великий тенор пришел в себя только спустя 8 часов, когда, наконец, завершилась операция. Посмотрел на доктора-певуна. И вдруг заметил, что его глаза… улыбаются! Добрый знак. Врач заметил, что пациент в сознании и поднял вверх большой палец. В Древнем Риме этот жест означал, что борец будет жить. Это было 30 января 2015-го.

Впереди были целых 2 года 8 месяцев и 18 дней жизни. Целых три весны, воздух которых после такого испытания у каждого человека на свете ценится несоизмеримо выше.

На этой ноте мы закончим наш рассказ о человеке, любившем жизнь, творчество и людей, которым Зураб Соткилава никогда не уставал дарить веру в то, что всё будет хорошо.

Интернет-издание «Русская Планета» выражает самые искренние соболезнования родным, близким и поклонникам таланта Зураба Лаврентьевича Соткилавы.

http://rusplt.ru/society/zurab-sotkilava-smerti-30811.html