Как я поступал в МГУ. Экзамен первый - математика

16 June 2018

Что-то политика в голову не лезет, про футбол писать пошло, поэтому предлагаю предаться ностальгии. Во всяком случае, меня на нее потянуло, да и время подходящее - скоро народ досдаст свои ЕГЭ, и начнет рассылать документы в ВУЗы - куда возьмут. А у нас в свое время было веселее - мы ВСТУПИТЕЛЬНЫЕ ЭКЗАМЕНЫ сдавали!! Я вот, к примеру, едва сдав школьные выпускные, наладился в МГУ, на психфак. С бухты-барахты, без всяких репетиторов! Золотое было время... 1984 год. Перестройка только через полгода, СССР повсюду и кажется на века, в разгаре война в Афганистане.

Что ж - время делиться мемуарами. Сегодня - первая часть.

Абитуре-2018 посвящается
Нынче, я смотрю, «поступление в ВУЗ» - это целый Проект. Дико затратный, неимоверно длительный, требующий полной отдачи сил и средств – причем даже непонятно, от кого больше: от ребенка или от его родителей. Недавно у моих однокурсников сын школу закончил и в МГУ собрался; так я до этого два года от них слышал, как идет подготовка и сколько еще денег понадобится! Ребенок еще в 9 классе учился – а ребята вовсю мучительно перебирали, в какой же институт поступать… Отравляли детство своему чаду вовсю!
Нет, такие страсти – не по мне. Вот послушайте, как я в МГУ поступал… рассказываю по многочисленным просьбам публики. Может быть, кому-то это и впрямь поможет укрепить боевой дух.

Начнем с того, что я, конечно же, почти до момента окончания школы знать не знал, «куда пойти учиться». Был просто уверен, что «ближе к делу что-нибудь придумаю». Это вообще у меня жизненный принцип – переживать неприятности по мере их поступления. И мама мне на мозги не капала. Отец, правда, что-то бухтел насчет того, что, дескать, надо учиться на инженера, потому что все прочие профессии «баловство», а инженеры, якобы, всегда «будут иметь гарантированный кусок хлеба». Но я в 17 лет о куске хлеба думал меньше всего, а потому к словам отца относился с изрядной долей юмора. И ведь как в воду глядел… ВУЗ я закончил в 1991 году, к тому времени все иллюзии о необходимости инженеров, равно как и почти всех прочих специальностей, связанных с материальным производством, были в обществе развеяны. Но это к слову.

Но тратить деньги на каких-то репетиторов, трепетно выбирать ВУЗ «по плечу», копить на взятки?.. Фи! Такая мысль у нас в семье никому и в голову не могла прийти. Мои родители почему-то всегда разделяли мою уверенность в том, что я «что-нибудь придумаю». Я же учился (хорошо, замечу, учился), играл в шахматы и в ус не дул.

Но вот и последний звонок прозвенел – определенно пришла пора куда-то забрасывать документы. Мои одноклассники чуть не строем пошли в Московский Энергетический (МЭИ); не потому, что уже тогда предвидели концепцию «энергетической безопасности», а больше потому, что МЭИ – самый ближний к нам ВУЗ в Москве. И конкурс не очень большой…
Я, однако, соображения удобства доставки похерил. После недолгих раздумий я решил, что стану учителем русского и литературы. Любил я предмет, да и «Доживем до понедельника» - у меня любимый с детства фильм. Правда, экзамены в Педе – только в августе… Ну что ж, тогда – из чисто детского, как говорил мой любимый персонаж, любопытства – надо бы толкнуться куда-нибудь еще… В МГУ, например. Там экзамены в июле. Специально сделано для таких, как я: чтобы, «срезавшись» в главный ВУЗ страны, можно было не терять год, а пойти сразу в институт поплоше. И мне тренировка: за экзамен, слава КПСС, денег не берут, а опыт – пригодится.
Осталось выбрать, куда пойти. По справочнику «Для поступающих в ВУЗы», купленном в ближайшем киоске.
Я остановился на факультете психологии. Специальность новая, никому не понятная – уже хорошо! Я-то про психологию знал все, что нужно – потому что читал две книги Владимира Леви из серии «Эврика». Мне понравилось! Владимир Леви – это был тогда главный в СССР популяризатор психологии, который, впрочем, на психфаке никогда не учился. Но это я узнал позже, уже в стенах факультета…
И еще список экзаменов мне понравился. Он был почти что «под меня» сделан! Я со школы не очень-то любил физику, но зато очень уважал математику. Обычно во всех ВУЗах при поступлении математика и физика – как две сиамские сестры: если одно, так и другое! А тут – пожалуйста: в списке был экзамен по математике (письм.), и никакой тебе физики!
С другой стороны, я считал себя докой в литературе (недаром на словесника учиться собрался), но был при этом практически ни бум-бум в иностранных языках. Причина была уважительная: школа, где я учился, была совершенно простая. Как говорили в те годы, «простая, как три рубля». Московская окраина, пролетарский район. Где прикажете искать учителей по английскому? Их сменилось человек восемь за 5 лет. Так что я даже «вис из э тейбл» мог произнести с трудом. Точнее, это-то я произнес, получил свою «пятерку» в аттестат (другие мои сотоварищи по большей части не могли и этого – прямая дорога в МЭИ!) – однако никаких иллюзий в плане собственных языковых навыков не испытывал.
А на психфаке – какая красота! Сочинение есть, а экзамена по языку – нет. Положительно, это был факультет специально для меня.
Правда, всего экзаменов было четыре. Кроме названных, еще история и биология (устно). За историю-то я был спокоен – я ж только что ее сдавал на выпускных в школе! А вот биология меня малость смутила. Тычинки, пестики, отряды клешнеобразных… Как-то никогда я до того не рассматривал биологию в практическом ключе – то есть в том плане, чтобы знать ее в масштабах вступительного экзамена.
Но заморачивался я по этому поводу недолго. Достаточно было увидеть, что биология – четвертый экзамен. Последний! Что толку, в таком случае, переживать– если элементарно «дожить» до нее вряд ли удастся? Поэтому я спокойно выбросил биологию из головы – и, узнав в справочнике адрес, в самом начале июля пошел искать этот самый факультет психологии.

Психфак-1984
Факультет располагался в самом центре, в двух шагах от Кремля – но не красиво и горделиво, как журфак или ИСАА. Нет, он ютился в каком-то дворе за гостиницей «Интурист» (ныне благополучно снесенной), и само здание производило весьма убогое впечатление. Я даже сначала решил, что это – какая-то пристройка, и некоторое время продолжал искать «настоящий» факультет.
Но нет, это был он! Поражали общая обшарпанность здания и тучи народу, которые там клубились. Еще бы – я ж пришел за два дня до окончания приема документов… Тут же от словоохотливых товарищей по абитуре я узнал, что конкурс ожидается в районе 11 человек на место. «Ну, немного! – сказал я в ответ легкомысленно. – Вон, во ВГИК, я читал – до 100 человек доходит!» На меня посмотрели, как на идиота. «Какой еще ВГИК? У нас – самый высокий конкурс в МГУ!» Рыжая абитуриентка, с которой я разговаривал, была, похоже, не на шутку обижена за факультет, который она почему-то уже считала родным.
«Ну, это у вас!» - махнул я беспечно рукой. Не объяснять же, что я тут транзитом. Можно сказать, коротаю дни в ожидании экзаменов в педагогический…
Впрочем, моя уверенность в этом начала потихоньку таять.

Первая консультация
Документы на поступление я подал аккурат в последний день – 4 июля. Оказалось, что надо было еще какие-то медстправки собирать – ужас! Тетка на приеме даже усомнилась, что я успею. Но я успел, конечно же. Я всегда успеваю…
Перед экзаменом, как оказалось, положены некие «консультации». Типа, расскажут – как решать, как оформлять. Консультации для «психологов» устраивали не на самом факультете, а по соседству – на журфаке. Я шел туда и уже завидовал: роскошное здание, колонны, памятник у входа черт знает кому... Ну сразу видно – Университет! «А у нас что?» А еще ведь ЛенГоры есть, там вообще – ого-го! Нет, чувствовать свою принадлежность к МГУ, грешен, мне нравилось все больше с каждым днем. Жаль, что все скоро кончится…
Для консультации по математике на журфаке отвели, по-моему, самую большую аудиторию. И то она оказалась битком! Еще бы – чуть не тысяча человек набилось. Шум стоял – как на вокзале. Бегают бледные девицы, хлопочут какие-то мамаши, ходят парни с тонкими поджатыми губами и змеиными улыбками – по ним сразу видно, что для них решить пяток задач в МГУ – пара пустяков.
Впрочем, оказалось, что задач будет не 5, а все 7. Мне-то было все равно – я понятия не имел, сколько их намечалось – но зал разочарованно выдохнул. Кто-то заплакал. Послышались негодующие крики. Пара вальяжных юношей на сцене и некий седой человек (явно Профессор, подумал я), долго пытались успокоить разволновавшуюся аудиторию.
«Чего народ так переживает?» - думал я. – Какая разница?» Только впоследствии я узнал, что математика на психфаке относится к числу так называемых «отсевных» экзаменов. С ее помощью «устаканивают» конкурс. Попросту – уполовинивают его. Все, кроме меня, об этом знали, поэтому волновались бешено. Как же – они год готовились к 5 задачам, а их, оказывается, будет 7! Есть от чего сойти с ума.
Тогда же, на консультации, я узнал точные цифры по конкурсу в этом году. Действительно, 11 человек на место, если точнее – 10,6. Кроме того, в общем числе абитуриентов поступают около 150 «золотых медалистов» со всей страны. Если «золотой медалист» пишет математику на «5», его зачисляют сразу. Такая льгота.
«А сколько всего мест?»- поинтересовался я у очкастого паренька, сидевшего рядом, явно «Знайки». «Около 70, если вычесть рабфак», - пожал тот плечами. Я не понял, что такое «рабфак», но уточнять не стал. Меня обеспокоило другое. «Это что ж – если, значит, половина медалистов напишет на «5», всем остальным можно будет дальше не стараться – места кончатся?!» «Ну, я-то напишу на «5», - сказал Знайка холодно. – А остальные меня не волнуют». «Так ты – медалист?» - догадался я. «Да», - коротко ответил сосед.
Я понял, что нас разделяет пропасть. Я не был медалистом. У меня оказалась одна четверка по русскому за 8-й класс. Мне, правда, предлагали перед самыми выпускными пересдать ее, чтобы получить «право на медаль». Но мама, услышав об этом, сказала: «Пересдавать четверки – это, по-моему, пижонство!» - и я сразу понял, что же мне так не нравилось в этом предложении.
Однако симпатичная девчонка, сидевшая рядом со мной и постоянно ронявшая какие-то бумажки, посмотрела на Знайку с благоговением. Я передумал с ней знакомиться.

Первый экзамен-математика
Сотовых в те былинные времена не было и в помине, однако перед экзаменом всех строго проверяли на предмет отсутствия калькуляторов. Причина запрета выяснилась сразу, как только дали задание. Оказалось, что первый пример – на чистое вычисление. Длинные «кривые» числа, десятичные и обычные дроби, скобки – все это надо было сложить, перемножить, разделить и т.д. По сути, упражнение на внимательность, не более того. Хотя, уверен, урожай «двоек» с одного этого примера собрали богатый: один раз не так сложил – одна ошибка; другой раз – вторая. Пять ошибок – «двойка». А там одних действий было 14.
С другой стороны – а что делать в МГУ, если на пару часов в ответственный момент не можешь внимание напрячь?
Потом были задачи, геометрия… Довольно сложные. Я бы не решил, наверно, ни в жисть… Однако, тут мне помогло одно обстоятельство. Когда я вам сказал, что не ходил ни к каким репетиторам, я все ж слукавил. Я имел в виду – не ходил «за деньги»! А так – отец все ж постарался пропихнуть свою идею насчет МИФИ «не мытьем, так катаньем». Он договорился со своим однокурсником, «дядей Андрюшей», и последние полгода я ездил к нему – готовиться по математике. Чтоб не скучно, с другом Максом. Он как раз поступал в МЭИ…
Андрюша был медлительным, породистым, роскошным дядькой, жившим в жутко старом доме на Чистых Прудах, с огромными потолками и старинной мебелью. Он курил трубку и говорил густым басом. Готовил он нас своеобразно: раз в неделю мы сидели у него, решали две-три задачи – а потом он давал каждому из нас «Задачник для поступающих в МИФИ», где щедрой рукой отмечал 60-70 задач из очередного раздела.
В первый день, в понедельник, я часа за три решал две-три задачи. Потом, совершенно вымотанный, глядел на то, СКОЛЬКО осталось… Элементарная экстраполяция показывала, что решить их я смогу через месяц, а никак не за оставшиеся пять дней.
Во второй день я решал – за те же три часа - уже шесть задач. Дело двигалось веселей, но по-прежнему еже было понятно, что решить оставшиеся 60 задач за 4 дня никак не удастся.
В третий день за те же три часа я решал 20 задач из того же «Задачника»… И, в общем, субботу, перед очередным визитом к Андрюше, я мог спокойно проводить без математики. Такой был странный, почти волшебный задачник! Отец надеялся, что Андрюша приохотит меня к любимому МИФИ. Этого не случилось – но навыки ой как пригодились!
Я решил шесть задач, седьмую не успел. Седьмая, сказали, необязательная – «на пятерку».Лимит времени вышел…
Утомился я от этой математики! На следующий день проспал до 12, часам к двум неторопливо подвалил к факультету. Народу было уже не так уж много, большинство, видимо, стояло здесь с утра и уже рассосалось. Вывесили два огромных ватмана. Вместо фамилий – цифры. Закрашено красным – пятерка; зеленым – четверка; синим – тройка. Не закрашено вообще – двойка, идите, забирайте ваши документы, вы свободны.
Сразу бросалось в глаза огромное пространство «белых пятен» на листе. Да, «проредили» знатно! Вполовину – это как минимум… Еще меня порадовало практическое отсутствие красного цвета: все ж призрак «золотых медалистов», нагло занимающих все отведенные места, меня тревожил. Неспортивно как-то получилось бы. Но «красных» было всего пять клеточек. Жаль, не я… А почему, кстати, не я?
У меня – «зеленый». Четверка, стало быть. ЗА ЧТО, интересно?!
Я рванул вглубь факультета… Но меня тут же остановили. «Вы на апелляцию?» - ласково спросила тетенька в платке, похожая на уборщицу (позже оказалось, что это была замдекана). «Ну да! За что, гады, четверку поставили? Все правильно ведь написал!» «Извините, апелляция у нас с 10 утра. На сегодня уже все закончили».
- А когда же приходить?
- А все уже. Поезд ушел, - тетенька опять ласково улыбнулась.
- Но хоть посмотреть! Интересно же!
- Всё, теперь уже не посмотрите…

Эх! Проспал… Так я до сих пор не знаю – где у меня там была ошибка?


ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ