Эпитафия политтехнологиям

Позволю себе порассуждать на сугубо профессиональную тему – про причины жестокого провала пиар-обеспечения Кожемяки в Приморье. Что провал случился – без сомнения: собственно, это стало ясно уже за месяц до «третьего тура» - когда приморский избирком, явно после отмашки сверху, «зарубил» по подписям регистрацию Ищенко. Недаром ползли слухи, что Кожемяка сам этого очень не хотел и даже боролся за то, чтобы Ищенко зарегистрировали.

Все-таки приморский на тот момент врио – человек со стажем, он успел даже поизбираться в более мелких регионах, и он понимал, что недопуск фактического победителя сентябрьских выборов – это грандиозный скандал, который сильно подрывает его собственную легитимность в крае, что станет проблемой на весь срок, при любом их исходе.

Но нет – в АП, видимо, посчитали, прослезились – и сочли, что с Ищенко в качестве кандидата шансов провести путинского протеже вовсе никаких. Ищенко не допустили. Ну и дальше уже все пошло по сценарию «пропихивания», а не выборов: зачистка наблюдателей, вбросы, фальсификации протоколов… Спрашивается – а как же «десант лучших политтехнологов», присланный со всей страны на немеряные гонорары? Они-то зачем были тогда? И неужели, имея в запасе полноценных три месяца, не самого, скажем так, безнадежного кандидата (местный, три губернаторства за плечами, прямая поддержка Путина), фактически «открытый чек» на любые затеи и придумки в плане «пиар-мероприятий» (ЗВР ЦБ в Москве – почти полтриллиона долларов, любой каприз…), админресурс (силовики, бюджетники, жилищники, местная пресса) – они до такой степени НИЧЕГО не смогли сделать, что пришлось-таки задействовать тупейший механизм фальсификаций?! Выходит, что не смогли. И, более того – «правильно», что Кремль дал отмашку на «рисовку» - ясно, что без этого был бы второй тур, а с ним – совсем уж безнадежный проигрыш.

Но почему не смогли?! И кто б тогда смог? И чего же не хватило?

Представим себя на месте того же Кириенко – ответственного за «внутреннюю политику» в Администрации президента. Вот он (мы) сидим, чешем репу: блин, как же мы так влипли с этими «технологами»? И, главное, что ж делать потом, на будущее?

Итак, первая и, возможно, главная причина, что, даже имея все деньги и бездну админресурса, Кремль так и не смог найти ЛУЧШИХ политтехнологов для Владивостока и окрестностей. Она проста: а как определить лучших? Как, если выборов в стране нет уже лет 10 как минимум?

То есть проблема из тех же, с какими сталкиваются, скажем, при поиске по-настоящему умелых полководцев в армии, которая давно не воевала (Сталин тоже, как мы знаем¸ в 41-42 годах с задачей не справился). Что такое «лучшие политтехнологи», если до сих пор большинству из них попросту не приходилось сталкиваться с действительно КОНКУРЕНТНЫМИ избирательными кампаниями?

Вот, собственно, и не нашлось того, кто смог бы что-то предложить против Ищенко.

Но и с кампаниями против враждебно настроенного населения – тоже ведь как-то не ах. До самых последних пор население в РФ было скорее апатично – но не враждебно. И главное, до сих пор оно всегда поддавалось дрессуре при помощи волшебного слова «Путин», в крайнем случае – при явлении его пресветлого лика. А с этим – опять облом.

Все дело в том, что нынешние политтехнологи – плод длительной селекции последних лет. Самые «успешные» из них – это удивительные персонажи, про которых в 90е, в период по-настоящему боевых кампаний, никто б и подумать не мог, что они вообще способны не то что руководить, а хотя бы работать в кампании на любой рядовой должности – райтера, орговика, имиджмейкера или кого угодно еще. Продолжая «армейскую» аналогию – это типичные «паркетные» генералы, умеющие проводить парады или «маневры», на худой конец – карательные экспедиции против плоховооруженных и необученных крестьян. Да, как каратели они себя показывали заказчику с «лучшей стороны» - но для Приморья (Владимира, Хабаровска etc.) их «умений» типа «красиво маршировать» - пардон, «издавать красочные буклеты» - оказалось явно недостаточно.

Но дело ведь не только в недостатке БОЕВОГО опыта. Проблема с «новыми политтехнологами» глубже – у них также искажена и рабочая мотивация.

Прежний (уже вымерший) тип политпиарщика считал своей целью, как это не покажется сегодня странным, именно электорат. Это его надо было убеждать, очаровывать, стараться не спугнуть, привлекать (к себе), отваживать (от других). Новый тип, сформировавшийся в последнее десятилетие, видит свою задачу совершенно в другом: надо понравиться не электорату (электорат – быдло), а ЗАКАЗЧИКУ.

Естественно, «новые технологи» не сами пришли к такому искажению: в этом направлении действовал жестокий «искусственный отбор». Те, кто не мог «правильно расставлять приоритеты», попросту, говоря словами Альбац, «вылетали из профессии».

Да и сами заказчики, все эти бесчисленные «представители ЕР» и «ставленники Кремля», также быстро освоились, что в кампании именно они – ГЛАВНЫЕ. И это их вкусы и их капризы должен «грамотно» обслуживать технолог, а уж что про это подумают простецы с улицы – дело десятое. «Бюджетники» все равно проголосуют как надо, а если что – «волеизъявление» всегда можно и подправить, беда невелика.

Так что в профессии выжили те, кто умел на лету ловить и воплощать «пожелания клиентов», которые к тому ж обычно сводились к двум вещам: надо, чтобы было «богато» и «красиво». Плюс еще специфический отпечаток кастовой принадлежности типового «заказчика политуслуг»: поскольку все они были обычно чиновники, то и в область политпиара они привнесли в полной мере мертвящую атмосферу пожирающей страну бюрократии во всем. Как, например, одна московская чиновница славилась тем, что непременно требовала еще до начала кампании, за 3 месяца, представлять подробный, посуточный и даже почасовой, ПЛАН ведения кампании вплоть до дня голосования. Те, кто пытался жалко возражать, что, мол, выборная кампания потому и нуждается в технологах, что там предполагается конкуренция, а значит, ситуация будет меняться, и план на три месяца вперед не имеет никакого смысла – получали просто от ворот поворот.

Особенно смешно то, что чиновница была права: никакой конкуренции на московских кампаниях (как, впрочем, и на любых других) не допускалось, поэтому и в самом деле можно было вести кампанию «по плану», сделанному еще до ее начала…

Отсюда и получаем: даже «лучшие пиарщики», как бы зарекомендовавшие себя перед режимом – на самом деле не только не имеют опыта реальных выборов (хоть какого, не говоря уж об успешном), но и, скорее всего, безнадежно испорчены привычкой лебезить перед заказчиком и считать его «главным» в кампании. Сами заказчики, впрочем, тоже испорчены – их пока еще очень мало били, а если учитывать, что это публика и в принципе плохо обучаема…

Получается, что вывод для нас (если бы мы были на месте «ответственного за УВП» в Кремле, как мы условились) – остается один: выборы надо отменять.

И только одно может удержать нас от этого шага: если убрать выборы, придется ведь и нам самим увольняться: нафига нужна «внутренняя политика», если в стране нет выборов. Без выборов майоры и полковники из ФСБ и Нацгвардии справятся.