Молодые таланты

– Андрей, я на планёрку к декану, а ты займи наш четвёртый курс, – сказала профессор Копытько своему аспиранту Шварценгольду, и скрылась в недрах Государственного урюпинского кооперативного университета.

Андрей Шварценгольд напрягся. Он побаивался четвёртого курса, т.к. там училась Ира Пархоменко – главная научная звезда кафедры. Ира была получатель многочисленных грантов и стипендий, самая жалкая из которых была стипендия Совета Университета. А верхом признания её научных достижений, была победа в конкурсе «УМНИК» и, соответственно, 500 тысяч рублей – сумма для Урюпинска просто фантастическая. Андрей был мало знаком с Ириной, т.к. она постоянно разъезжала по каким-то молодёжным форумам, конференциям и другим многочисленным мероприятиям, которые очень любят проводить на просторах нашей необъятной родины за государственные деньги. Но сегодня, каким-то чудом, Пархоменко была в университете, и Андрей занервничал. Ему очень не хотелось оказаться блеклым и тупым, на фоне, без сомнения, умнейшей и блестящей надежды российской… да что уж там, мировой науки!

– Да она же тупая! – через час Андрей с изумлением и радостью рассказывал профессору Чепахину и доценту Ивлееву. – Она мне начала рассказывать, что в её эксперименте всё вращается по кругу, как положительные электроны вращаются вокруг атома, слышите, АТОМА… – Андрей сделал акцент на этом слове и захлебнулся от восторга, – … как планеты вокруг Солнца! Положительные электроны и вращаются!

– Спокойнее, Андрей Исаакович, – улыбался Игорь Петрович Чепахин. Он очень уважительно относился к дяде Шварценгольда и поэтому всегда называл своего юного коллегу по имени-отчеству. – Девочка, конечно, умом не блещет. Но она старательная.

– Игорь Петрович, вы как всегда излишне добры и корректны, – сказал Семён Семёнович Ивлеев. – Андрей, зарабатывание денег на воспитании таких «звёзд», как Пархоменко, процесс не такой сложный, и наша заведующая кафедрой со своей «научной» зондер командой овладела им на «отлично». Для этого берётся обычная девочка с первого курса, главное, чтобы она была не слишком умная, но и не совсем тупая. Ей позволяют покрутить ручки у какого-нибудь осциллографа и дают презентацию с давно замусоленной работой, но со словами «квантовые точки», «инновации» или «наноэлектроника». Выставляют на какой-нибудь конкурс «Перекрёстные инновации в деревне – 2019». А там в жюри – Ашот Израилевич Оганесян.

– Это директор нашего коворкинга?

– Точно. Девочка выигрывает конкурс. Получает деньги. Там может и 100, и 200 тысяч. А дальше отдаёт деньги своим руководителям и благодетелям. И ей, с барских щедрот, может что-то перепадёт. Тысяч десять.

– Сёма, а ты знаешь, что эта Ира, которая Пархоменко, на первом курсе взбрыкнула?

– В смысле?

– Когда она выиграла свой первый конкурс у Оганесяна, что-то там связанное с «нанотехнологями для села», то ей дали 200 тысяч. Девчонка столько денег никогда и не видела. Вот и решила, что это её. Так её, Копытько с Лизой Петровной – научником её, трамбовали неделю. Стращали, что не дадут учиться, и отчислят, если деньги не отдаст. Запугали. Отдала. Теперь, как шёлковая. Вот и теперь, как УМНИКА получила, так Оганесян с Копытько и Лизой уже деньги все раздербанили. Остались только крошки.

– Я тут думал подать на потанинскую стипендию, – задумчиво сказал Шварценгольд.

– Ой, Андрей, готовь деньги, – ехидно рассмеялся Ивлеев.