Кабы доктору сон не приснился, то так бы мужик и помер

Вот что такое деньги, которые приличными назвать можно? Тыщща? Ага, сразу скажете, не смеши, мол, наши тапки. А вот подождите. Были времена, когда эта самая тыщща вполне себе приличной суммой была. Ну это когда страна наша Союзом Советским называлась. Хотя для директоров гастрономов разных она плюнуть и растереть была. Но не о них же речь, а о приличных в общем и целом людях.

Так вот. У одной бригады скорой помощи между вызовами перерывчик выдался. Они обедать-то и сели. А бригада не простая была, а реанимационная. Её не ко всем подряд, а только к тем кто помирать наладился отправляли только. И был в той бригаде очень удачливый такой реаниматолог. Ну как удачливый – он много кому не дал прежде времени на том свете оказаться.

И вот сидят они, обедают и вдруг ихий вызов объявляют. А реаниматолог тот как адрес услышал, так вскочил как ужаленный, даже ложку в карман от волнения засунул. Ну коллеги его тоже подхватились.

К машине подскочили, тут доктор этот сам за руль вскочил, водителю только и осталось, что вслед материться. А уж ехали как – были бы гонки, так он и Шумахера самого обогнал бы наверно. Пока он машину гнал, остальные молились. Хотя комсомольцами были, а им не положено было в Бога верить.

Ну то ли молитвы помогли, то ли свезло просто, но доехали они, не убились. В квартиру влетели, а там женщина голосит, что, мол, не успели и муж ейный как есть помер. Ну доктор её в сторонку-то отодвинул, рубаху на груди мужика помершего рванул и разряд токовый из аппарата дефибрилляторного на него и выдал. А потом ещё. И дыхание искусственное. А мужику всё равно.

Женщина воет, мол, хватит над покойником глумиться, мол. Я аж в самую КПСС на вас иродов окаянных жаловаться буду. А доктор ей как гаркнул – да хоть в ЦК и в спортлото тоже не забудь обратиться. И опять током мужика того долбит.

И что вы думаете – оживил-таки! И лекарство какое-то ему вколол. Он из кармана его достал, им ампул таких сроду не выдавали. Часов пять сидели наверно над мужиком тем. Уехали тогда лишь, как совсем ему полегчало.

Едут они, значит, обратно да давай доктора того пытать – кто мужик почти померший приходится ему что так боролся за него. Другой кто давно бы отступился. А реаниматолог им – вот в руку-то сон мне приснился. В холодном аж, говорит, поту проснулся, мол, как увидел что натурально пламенем синим деньги мои горят. Цельная аж тыщща! Так вот, я ампулу заветную из тех что у меня несколько всего штук, в карман-то и положил перед тем как на работу ехать.

А те и в толк никак не возьмут – причём сон его, деньжищи большие и мужик тот. И спрашивают – логическая-то связь промеж этим какая? А простая, говорит, связь. Мужик тот – приятель мой. Я ему ту тыщщу-то и одолжил. А жена его ни про меня, ни про долг этот не знает.

Вот и потерял бы я денежки свои, если бы он помер.

©Helina Bentsioni