Варавва

06.04.2018

Всю ночь я плакал и молился,
а утром, как последний гость,
ко мне в темницу луч пробился
и впился в руку, словно гвоздь.

Открылась дверь. Мой страж по-детски
мне подмигнул, ведя во двор,
и там наместник Иудейский
остановил на мне свой взор.

Он ждал, давя в губах усмешку,
когда толпа устанет выть,
и лишь тогда, чуть-чуть помешкав,
сквозь зубы бросил: «Отпустить».

И вопль толпы вдруг поднял с кровель
тьму птиц... Тогда сквозь блеск мечей,
с чела стирая капли крови,
мне улыбнулся Назорей.