Sexy Ballet
1483 subscribers

Бегство звезды под покровом ночи

18k full reads
32k story viewsUnique page visitors
18k read the story to the endThat's 59% of the total page views
5 minutes — average reading time

Не знаем, заметили вы или нет, но на этом канале царит культ Эрика Бруна. Казалось бы, человек умер в 1986 году, перестал выходить на сцену еще раньше - и все равно по сей день остается непревзойденным ни по какому параметру классическим танцовщиком.

ЭРИК. И этим все сказано. Фото из интернета
ЭРИК. И этим все сказано. Фото из интернета
ЭРИК. И этим все сказано. Фото из интернета

Но в то же время, безмерно любя и восхищаясь Эриком, мы прекрасно пониманием, почему многие, слишком многие коллеги по балетному цеху мечтали его убить. Прочтите печальную историю об Эрике и Джоне Крэнко - и вы тоже поймете.

Лето 1962 года. Джон Крэнко завершает свой первый сезон в качестве художественного руководителя Штутгартского балета. Сезон был успешный и заставил всю мировую прессу говорить о Штутгартском балете, до сих пор бывшем труппой местного значения. Крэнко хочет закрепить успех, у него море амбиций, и в честь окончания сезона он с большим размахом организовывает фестиваль, участвовать в котором приглашает звезд со всего мира. В том числе и Эрика Бруна. Для Эрика припасена особая задача: он будет танцевать премьеру балета “Дафнис и Хлоя”, который Крэнко ставит специально на него.

Это Эрика и подкупило - он уже был мега-звездой, но до сих пор ни один значимый хореограф не создал для него оригинальный балет (вероятно, другие значимые хореографы просто не были такими рисковыми, как Крэнко, и предвидели, чем все закончится, поэтому и не брались).

Постановочные репетиции шли вполне успешно, хотя Эрик как обычно нервничал, страдал от реальных и вымышленных болей, сомневался в себе, сходил с ума на почве собственного перфекционизма, словом, оставался самим собой. Но Крэнко как-то умудрялся справляться с его настроениями. Обстановка в труппе была мирная и здоровая, за один сезон Крэнко уже удалось сколотить команду единомышленников, и все дружно заботились о психологическом комфорте Эрика, поэтому он воспрянул духом и увлекся работой, благо, Крэнко придумал для него интересные творческие задачи (об этом см. тут).

“Дафнису и Хлое” все предвещало успех, но… Незадолго до премьеры и открытия балетного фестиваля в Штутгарт приехал Рудольф Нуреев. В то время его и Эрика связывали бурные и драматические любовные отношения, и приехал-то он только ради Эрика, чтобы повидаться с ним, ведь они танцевали на разных сценах, зачастую на разных континентах и не могли постоянно быть вместе. Но штутгартская публика и особенно охочие до сенсаций журналисты немедленно решили, будто Нуреев приехал, чтобы участвовать в фестивале. Ведь Крэнко позвал столько звезд, почему бы Руди Великолепному не стать вишенкой на торте?

Рудольф Нуреев неотразим. Фото из коллекции авторов канала
Рудольф Нуреев неотразим. Фото из коллекции авторов канала
Рудольф Нуреев неотразим. Фото из коллекции авторов канала

Крэнко вовсе не имел такого намерения, он был не в восторге от Нуреева-танцовщика и Нуреева-человека и опровергал все слухи, но ничто не помогало. Степень популярности и славы Рудольфа Нуреева в те годы сложно передать словами. Истерия вокруг него была чем-то сродни истерии, которая через пару лет вспыхнет вокруг “Битлз”. Даже не танцуя, он умудрился стать хедлайнером фестиваля.

Прочие звезды и даже Эрик оказались в тени. Журналисты если и обращались к Эрику, то главным образом для того, чтобы он помог им общаться со своим прославленным другом. Эрик никогда не стремился к шумной популярности и не любил избыточного внимания, но сейчас он вдруг почувствовал себя униженным: “Никто не узнавал меня, [все думали, что] мне повезло, что я рядом с Рудиком… Нас постоянно подначивали, все эти шуточки… Меня это достало”.

Публика не унималась и каждый вечер ждала: когда же на сцену выйдет Рудольф? Сам Рудольф на словах горячо уверял, что он тут такой же простой зритель, приехавший поддержать друга на важной премьере. Но градус настроений и ожиданий был таков, что и он невольно начал задумываться: “А почему бы нет? Меня хотят видеть, я хочу и могу станцевать что угодно, что же нам мешает?”

И когда Эрик понял, что еще немного и даже Крэнко сломается под давлением и против всех планов выпустит на сцену Рудика, это стало последней каплей для его нервной натуры. На тот момент две звезды были знакомы меньше года. Но проблема профессионального соперничества (не признаваемая вслух ни одной из сторон, более того — гневно отрицаемая) стояла во всей красе. И это очень плохо сочеталось с личной привязанностью.

Эрик в состоянии полного душевного раздрая станцевал два спектакля “Дафниса и Хлои” и первый даже счел удачным. Про второй, правда, сказал, что это катастрофа, хотя публика и Крэнко были с ним не согласны, для них-то “Дафнис” был однозначным успехом. Оставался еще гала-концерт, в котором Эрик должен был танцевать с блистательной француженкой Иветт Шовире. Но…

Слева направно: Эрик Брун, Иветт Шовире, Рудольф Нуреев, Джон Крэнко. Фото из коллекции авторов канала
Слева направно: Эрик Брун, Иветт Шовире, Рудольф Нуреев, Джон Крэнко. Фото из коллекции авторов канала
Слева направно: Эрик Брун, Иветт Шовире, Рудольф Нуреев, Джон Крэнко. Фото из коллекции авторов канала

Неизвестно, что стало последней каплей. Скорее всего, ссора с Рудольфом “за кадром”. Но на генеральной репетиции гала Эрик объявил, что у него болит спина и он не выйдет на сцену.

Крэнко хорошо знал его и в больную спину не поверил. Он отправился в гостиничный номер Эрика в обществе другого хореографа, Кеннета Макмиллана. По другой версии этой истории, Крэнко сам не ходил, но послал к Эрику депутацию в составе того же Макмиллана и премьера Штутгарткого балета Рэя Барры, у которого в свое время тоже были отношения с Эриком и который умел находить к нему подход. В общем, так или иначе, состоялся бурный разговор, в ходе которого Эрика уговаривали не подводить Крэнко и не портить своими выкрутасами замечательный балетный фестиваль, который почти состоялся, да еще с таким успехом. Все было бесполезно. Эрик уже вошел в штопор и танцевать отказывался наотрез. Окончательно его довел до ручки Макмиллан, фамильярно и шутливо сказавший что-то вроде: “Ну же, будь хорошим мальчиком”. Эрик вышел из себя и вышвырнул депутацию вон.

Джон Крэнко, Кеннет Макмиллан и балетмейстер Питер Райт (к Эрику не ходил и к этой драме отношения не имеет). Фото из коллекции авторов канала
Джон Крэнко, Кеннет Макмиллан и балетмейстер Питер Райт (к Эрику не ходил и к этой драме отношения не имеет). Фото из коллекции авторов канала
Джон Крэнко, Кеннет Макмиллан и балетмейстер Питер Райт (к Эрику не ходил и к этой драме отношения не имеет). Фото из коллекции авторов канала

В ту же ночь он сел за руль и, никому не сказав ни слова, уехал из Штутгарта. Наутро Рудольф Нуреев обнаружил на своей подушке записку такого содержания: “Мой дорогой Рудик, береги себя, слова обманчивы, и их вечно понимают неправильно. Так что я не скажу ничего, кроме “прощай”. С любовью, Эрик”.

Крэнко не удостоился и такого прощания. Его просто подвели и бросили в ответственный момент. Что ему оставалось делать? Только одно - экстренно заменить одну звездой другой.

На счастье, Рудольф оставался в Штутгарте. Он бы с удовольствием бросился разыскивать Эрика, но не мог покинуть город, потому что остался без документов: его паспорт и визы Эрик случайно или намеренно увез с собой. Пока документы восстанавливались, Рудольф сделал то, чего от него ждали с таким нетерпением, - принял участие в фестивале. Он быстро выучил Grand pas classique на музыку Обера - тот самый номер, который должен был исполнять Эрик в гала, - и танцевал его с Иветт Шовире.

В сухом остатке:

  • Балетоманы, собравшиеся на фестиваль, были счастливы.
  • Крэнко не был счастлив, несмотря на то, что его событие было спасено, и после этого много лет отказывался разговаривать с Эриком, которого заслуженно считал предателем.
  • Личные отношения на работе - зло.

Балет Крэнко “Дафнис и Хлоя” остался в репертуаре Штутгартского балета. Нам удалось найти в анналах упоминание о том, что вместо Эрика главную партию танцевала другая приглашенная звезда - Хеннинг Кронстам, тоже датчанин, воспитанник той же школы, что и Эрик, и обладатель похожей техники. Но ни видео, ни даже фото этого спектакля нам, увы, не попадались. Если кто-то сможет нам помочь, наша признательность будет вечной.