Классики ХХ века: полистилистика Альфреда Шнитке

24 May 2019
841 full read
2,5 min.
1,4k story viewsUnique page visitors
841 read the story to the endThat's 56% of the total page views
2,5 minutes — average reading time

Альфред Гарриевич Шнитке – выдающийся русский композитор позднесоветского периода, продолжатель симфонической традиции Шостаковича. Его музыка большинству знакома скорее по отечественным кинофильмам («Агония», «Восхождение» и др.), хотя, зачастую, она не сильно отличается и от его «серьезных» вещей. Concepture разбирается в тонкостях полистилистического творчества выдающегося композитора.

Классики ХХ века: полистилистика Альфреда Шнитке

В позднесоветский период в академической музыке происходит становление многих крупных композиторов второй половины ХХ века (Гия Канчели, Арво Пярт, Софья Губайдулина, Галина Уствольская, Валентин Сильвестров, Эдисон Денисов), но даже среди них Шнитке всегда был одним из признанных авторитетов. В своем творчестве он первоначально поставил для себя цель развивать направление полистилистики. Уже в 60-е годы он ощутил потребность выразить шизофреническое измерение культуры:

«Когда говорит радио, в то время как наверху кто-нибудь громко включает телевизор, а по соседству играют бит-музыку, так сказать, "атмосфера Айвза" становится уже привычной. И я думаю о том, что, может быть, моя задача – закрепить весь этот стилистический калейдоскоп, чтобы суметь что-то отразить из нашей действительности».

Подобно некоторым живописцам, композитор настолько подробно изучает манеру и стиль классиков, что ему не составляет труда «влезть в маску» Баха или Вивальди. В своей Первой симфонии он обратится к теме судьбы искусства как отражения происходящего с современным человеком, а музыкальный текст этого сочинения содержит в себе широкую панораму всех стилей и направлений: классика, барокко и старинные хоралы, польки, вальсы и марши, песни и джазовые мелодии.

А в Третьей симфонии Шнитке отразил всю историю австро-немецкой музыкальной традиции (всего в ней использовано более 30 тем-монограмм композиторов). Однако, позже он заинтересуется еще одним направлением, получившим название «новая простота». В итоге композитора будет в равной степени будет обращаться к обоим направлениям, реализуя первое в академической музыке, а второе – в киномузыке, педагогических сочинениях и других формах.

Шнитке – это композитор, который не столько показывает или рассказывает, сколько мыслит с помощью музыки. И его самого, и его лирического героя интересуют философские темы, определяющие мировоззрение человека – это вопросы о смысле жизни, природе зла и творчестве. Не удивительно, что личный поиск привел его к религии: уже во взрослом возрасте Альфред крестился. Причем, хотя он и является этническим немцем, он принял православие.

В своих поисках Альфред Гарииевич очень быстро понял современные тенденции развития музыки, особенно ее стремление не затрагивать мировоззренческих вопросов, заменив их «красивостями» и «узнаваемостью» звучания. Именно поэтому шлягер (он же хит) в его музыке символизирует зло, т.к. только оно приходит на место внутренней пустоты («шлягер – хорошая маска всякой чертовщины, способ влезть в душу»).

Классики ХХ века: полистилистика Альфреда Шнитке

Исследователи часто отмечали, что для выражения образов, связанных со страхом, смертью и злом он обращался к вальсу, танго и другим популярным формам. Красивая музыка – это вещь, которая, по мысли Шнитке, должна вызывать настороженность, а не слепое доверие. Попытка изобразить образы, связанные со злом, была едва ли не центральной темой для его творчества, ей посвящены «История доктора Иоганна Фауста», «Пер Гюнт», Альтовый и Третий Скрипичный концерты, пьеса «Ритуал», и другие произведения. Он и сам признавал, что его очень сильно привлекает, но и пугает фигура Фауста.

Однако, стоит критически относиться к громким ярлыкам, вроде «дьявольская музыка», «выражение ужаса и смерти», которыми иногда наделяют музыку Шнитке (скорее в целях рекламы, причем весьма сомнительной). Музыка ХХ века часто содержит в себе диссонансы, разорванные ритмы и мелодические линии, но это не делает ее злой или инфернальной. И когда Шнитке обращается к дисгармонии, то делает это, чтобы показать своего рода фон и исток, из которого рождается музыка.

Красота звука – это вуаль, скрывающая безмолвный и парализующий ужас Реального, таящийся внутри каждого из нас. Но его сложно заподозрить в восхищении этим ужасом. К тому же, Шнитке не пессимистичен: например, прекрасная барочная мелодия, на какое-то время возникающая из скрежета и воя – это метафора смысла творчества. Человек является творцом в той мере, в которой способен создавать не просто новое, но создавать вопреки.

Философия композитора состоит в том, что благозвучие само по себе не гарантирует ни красоты, ни добра. Мир сложен и содержит злые стороны, и творец не должен игнорировать эту реальность. Эти стороны реальности – скорее род искушений, которые учат нас искать опору в своем внутреннем мире (совесть, творческая интуиция).

Рекомендую послушать:

1. Op. 78. Симфония №1.

2. Op. 80. Сюита в старинном стиле.

3. Op. 119. Кончерто гроссо №1.

4. Op. 143. Гоголь-сюита.

Оригинал статьи: http://concepture.club/post/akademicheskaja-muzyka-xx-veka-v-licah/statja-2-shizofrenicheskoe-izmerenie-kultury-polistilistika-alfreda-shnitke