Как Арктика стала нефтегазовым регионом: освоение Нордвикского района

415 full reads
789 story viewsUnique page visitors
415 read the story to the endThat's 53% of the total page views
5 minutes — average reading time

Геология, технологии, энергетика и логистика — факторы успеха любого проекта по добыче нефти и газа. Для такого сложного региона, как Арктика, любая попытка решить этот комплекс задач уникальна. Первый опыт организации арктического нефтяного хозяйства был предпринят при освоении Нордвикского района, в междуречье Хатанги и Анабара в 1933–1953 годах.

Лесовоз «Правда» на зимовке во время доставки оборудования для первого бурения на нефть в Арктике, 1933–1934 года
Лесовоз «Правда» на зимовке во время доставки оборудования для первого бурения на нефть в Арктике, 1933–1934 года
Лесовоз «Правда» на зимовке во время доставки оборудования для первого бурения на нефть в Арктике, 1933–1934 года

Прогноз инженера Толмачева

К концу 19-го века российские ученые посетили устья почти всех рек, впадающих в Северный Ледовитый океан, от Печоры до Колымы. Но белым пятном оставалась большая территория вдоль реки Хатанги. Волею случая готовить и возглавлять экспедицию выпало ученому хранителю Геологического музея Императорской Академии наук Иннокентию Павловичу Толмачеву.

17 февраля 1905 года его экспедиция выехала из Туруханска. Сплавом, пешком, на оленях через Таймырский полуостров исследователи продвигались на север, к Хатангскому заливу. На крайнюю точку полуострова Юрунг-Тумус, к заливу Нордвик они вышли, когда уже выпал первый снег. Толмачев бегло осмотрел местность. На ровной глади полуострова его внимание привлекла невысокая сопка, которая оказалась размытым соляным куполом. Пока позволял короткий световой день, ученый сделал несколько снимков, собрал пробы грунта и удалился. Времени для детальных исследований уже не оставалось: нужно было возвращаться.

Об этой сопке геолог вспомнил в 1925 году, когда согласился по предложению ученого секретаря Комиссии по изучению Якутской АССР П. В. Виттенбурга возглавить Хатангский отряд и пообещал «понюхать, не пахнет ли нефтью» в том районе. И. П. Толмачев уже жил в США и, конечно, никто поехать к Нордвику ему не разрешил. Но в 1926 году в авторитетном журнале Economic Geology он опубликовал статью, в которой, ссылаясь на результаты успешного бурения в зоне соляных куполов Луизианы и Техаса, высоко оценил перспективы нефтеносности побережья Нордвика.

В сентябре 1932 года журнал «Нефтяное хозяйство» опубликовал развернутую статью геолога Н. С. Шатского «Проблемы нефтеносности Сибири». Ссылаясь на публикацию Толмачева, автор выдвинул Хатангскую впадину в разряд возможно нефтеносных. По инициативе геолога Л. П. Смирнова образцы известняка, привезенные Толмачевым с Нордвика, достали из запасников, профессор Н. А. Орлов подверг их тщательному анализу и получил вытяжку битуминозного вещества. После этого Главсевморпуть в числе первых своих экспедиций наметил Нордвикскую нефтепоисковую.

3 марта 1933 года геолог Т. М. Емельянцев и геофизик М. И. Степанищев выехали из Ленинграда в Красноярск. Оттуда самолетом их забросили в Игарку, и уже на оленьих упряжках исследователи добирались до Нордвика. Лишь 28 мая они вышли в первый маршрут на Юрунг-Тумусе и сразу же обнаружили то, что искали. Каждый маршрут на этом узком, вытянутом на 20 км в море полуострове приносил новые открытия: где-то нефтью были пропитаны породы, а где-то она каплями сочилась из расщелин и можно было набирать пробу в бутылку. Кое-где выделялись газы. Дошли до низовьев реки Анабар, где также нашли нефть. Тут же с метеорологического пункта дали телеграмму.

Находки Т. М. Емельянцева стали первым подтверждением блестящего прогноза И. П. Толмачева.

Соляная сопка на полуострове Юрунг-Тумус, фото нач. 1990-х гг. Фото: memorial.krsk.ru
Соляная сопка на полуострове Юрунг-Тумус, фото нач. 1990-х гг. Фото: memorial.krsk.ru
Соляная сопка на полуострове Юрунг-Тумус, фото нач. 1990-х гг. Фото: memorial.krsk.ru

Непростая арктическая логистика

Руководство Главсевморпути, которому была поручена вся экономическая деятельность в северных широтах, рассчитывало уже в 1933 году начать бурение.

После получения телеграммы Емельянцева на лесовоз «Правда» было погружено почти 2,5 тыс. т оборудования и материалов, взошла небольшая группа геологов, геофизиков и буровиков под командой Л. П. Смирнова. 8 августа 1933 года в составе первой Ленской морской экспедиции судно вышло в море из Архангельска. Ледовые условия в тот год оказались особенно тяжелыми. Две мели, два поломанных винта и зимовка без разгрузки — вехи этого пути. Больше года ушло на доставку оборудования для первого арктического бурения на нефть: разгрузка «Правды» началась лишь 22 августа 1934 года. Это был первый арктический урок: по-быстрому в Арктике не получится!

Сначала окном в мир для разведчиков являлась неглубокая и открытая всем ветрам бухта Нордвик. В 1935 году около 20 дней потребовалось ограниченной флотилии лодок и баркасов для разгрузки прибывшего парохода челночными рейсами. В 1937 году центр работ переместился южнее, в более спокойный залив Кожевникова, но и там схема не изменилась. Чуть позже известный советский полярник Я. Я. Гаккель писал: «Подход к Нордвику не изучили, поставили разведку, а развитие ее тормозится из-за того, что ни в 1936, ни в 1937 году суда к Нордвику подойти не смогли».

Разгрузка пароходов превращалась во всеобщий аврал, на время которого практически все производственные работы прекращались, а буровики и вышкостроители становились грузчиками. Иногда случалось так, что в короткую навигацию разгрузить прибывшие суда не удавалось, некоторые уходили назад, некоторые оставались зимовать. Бывали случаи, когда люди, нанятые во Владивостоке, прибывали в район работ, а продукты, шедшие из Архангельска, где-то на пути к Нордвику зимовали, обрекая на полуголодное существование работников промысла. Даже в середине 1940-х годов работы на удаленных разведках могли прекращаться из-за неудачной навигации и неприбытия нужных людей или оборудования.

Фрагмент карты с указанием основных структур, введенных в разведку в Нордвикском районе в середине 1940-х
Фрагмент карты с указанием основных структур, введенных в разведку в Нордвикском районе в середине 1940-х
Фрагмент карты с указанием основных структур, введенных в разведку в Нордвикском районе в середине 1940-х

Нефть против соли

1 ноября 1934 года станок «КАМ-500» с двигателем внутреннего сгорания начал первое в Арктике бурение на нефть. Надежных источников воды поблизости не было. Зимой топили снег, летом строили запруды. Первая скважина на отметке 397 м была остановлена из-за аварии. Вторая дошла до 621 м и встретила «интенсивно насыщенные нефтью и газом песчаники», но из-за плохой изоляции и выхода газов буровая сгорела. Оказалось, что вскрытые пласты затронуты денудацией, а это значило, что нужно было бурить глубже.

Параллельно с бурением велись региональные исследования, впервые в Арктике — геофизические. В результате была открыта серия соляных куполов, что вызвало восхищение академика И. М. Губкина, который на совещании 27 ноября 1935 года назвал это «громадным достижением».

Казалось бы, после такой оценки и преодоления первых трудностей работы в Нордвике получат новый импульс. Но тут подоспело одно очень важное правительственное решение, которое полностью поменяло стратегию. 19 февраля 1936 года вышло постановление Совета труда и обороны, которым предписывалось в ближайшие 2–3 года построить на полуострове соляной рудник мощностью 150 тыс. т соли в год. В Главсевморпути для его строительства создали трест «Нордвикстрой». Начальником назначили бывшего директора НИИ экономики Севера, опытного полярного хозяйственника Б. В. Лаврова, главным геологом — одного из открывателей нордвикской нефти, специалиста по соляно-купольной тектонике Л. П. Смирнова. У треста имелись все перспективы превратиться в промышленный гигант вроде «Дальстроя» и стать хозяином региона.

Тут важно подчеркнуть, что никаких лагерей НКВД на Нордвике не было. Там работали свободные граждане, ехавшие туда по собственной воле. Максимум, что делали руководители нордвикских организаций, — наем в Норильске освободившихся, имевших опыт работы в суровых полярных условиях. Но у этих людей были паспорта и трудовые договоры, им полагались общие для всех полярников льготы.

За 1934–1936 годы на полуострове Юрунг-Тумус было пробурено 11 крелиусных скважин, две из которых общим метражом чуть более 1 тыс. м — на нефть, остальные, более мелкие, — на соль. С 1937 года бурение начали в заливе Кожевникова у одноименной сопки. Здесь был построен поселок. Однако развернуть работы полностью не получилось. Арктика снова показала свой крутой нрав. Навигация 1937 года провалилась: большинство судов и ледоколов Главсевморпути зазимовали, не дойдя до пунктов назначения. Нордвикцы, помимо того, что не получили необходимые им грузы, должны были спасать флагман советского ледокольного флота «Красин», который вынужденно зимовал в бухте Кожевникова. До апреля 1938 года все скудные ресурсы треста тратились на поддержание жизнедеятельности ледокола.

За провал навигации и бурения в Нордвике руководителя Главсевморпути академика О. Ю. Шмидта по-тихому перевели на другую работу. Основными ответчиками стали его заместители и, конечно, непосредственные руководители работ. В обвинительном заключении Б. В. Лаврова, расстрелянного в 1939 году, отмечалось: «проводил вредительство в тресте „Нордвикстрой“ по срыву правительственного задания по разведке соли и нефти».

С 1936-го по 1939 год в Нордвикском районе разведочные работы на нефть не производились, хотя региональные поисковые, геофизические продолжались.

О результатах, к которым привели труды исследователей и нефтяников, мы расскажем в следующей публикации.

Заинтересовала статья? Или вам интересны другие темы? Оставляйте свои комментарии - нам важно знать ваше мнение.

Какие опасности преодолевают нефтяники на платформе в открытом море
История покорения Арктики: триумфы и трагедии
Как молодой начальник Василий Динков поднимал нефтегазовую промышленность СССР: часть 1

Оригинал статьи и другие материалы читайте на сайте журнала: www.gazprom-neft.ru/press-center/sibneft-online/

Текст: Юрий Евдошенко
Фото: memorial.krsk.ru