«Муж бросил меня беременную, потому что я была против сайентологии»: 4 истории бывших сектантов

В России десятки тысяч сектантов и неизвестно сколько сект (от 500 до 2-3 тысяч по разным данным). Определение секты никак не прописано в законодательстве, а депутаты не первый год думают над законопроектом, который их запретит. Ниже цитаты бывших сектантов, которые рассказывают, как им жилось в секте и после того, как они из нее вышли.

Никита, 19 лет.

«Свидетели Иеговы»

1. Я был в секте с младенчества. Моя мама, тетя и бабушка были свидетелями. Я был высокий, полный и добрый. Мои сверстники сразу стали задирать меня из-за полноты, а я не отвечал. Свидетелям нельзя драться и оскорблять других. Когда одноклассники поняли это, меня стали избивать. Помню, пришел домой весь в синяках, а мама сказала, что это испытание Иеговы и я правильно сделал, что не дал сдачи. Это стало первым толчком к выходу из секты: я делал так, как хочет Бог, а вместо благословений видел лишь боль и ненависть.

2. В секте запрещено переливание крови, нетрадиционный секс, курение и прочие вредные привычки. Остальные запреты преподносятся как рекомендации: не общаться с теми, кто вне организации, не вступать в брак с некрещеным. Хочешь работать 8 часов за нормальную зарплату? Значит, ты не духовный! Хочешь получить высшее образование? А зачем? Скоро ведь Армагеддон, надо служить, пока не пришел конец!

3. Я уговорил маму купить комп, пообещав ей играть в «хорошие» игры, без крови и насилия. Вскоре я играл во что угодно, от GTA до Sims. Это был единственный способ выпустить пар, расслабиться и забыть о реальности. Так я стал типичным задротом, но это спасло меня от того, чтобы стать типичным свидетелем.

4. В 16 лет я заявил маме, что больше не буду ходить на собрания. Мама орала на меня два часа, а потом пошла на самую крайнюю меру, которую она применяла уже пару раз: поднесла к горлу кухонный нож и сказала, что покончит с собой, если я не пойду на собрание, ведь ей не хочется жить в Новом Мире, если я не спасусь. Раньше эта угроза срабатывала, но я все-таки настоял на своем.

Айгерим, 24 года

«Кавказский эмират» или «Имарат Кавказ» (исламистская террористическая организация)

1. Я казашка, мусульманка, никогда не была религиозной, но подростком заинтересовалась исламом. Когда мне было 15 лет, я захотела научиться читать намаз, познакомилась с парнем, который дал мне книги Саида Бурятского и познакомил с другими девушками. Мы созванивались, общались, пару раз в неделю собирались на съемных квартирах. Там читали намаз, разговаривали про джихад, иногда созванивались с сестрами из других стран.

2. Саид Бурятский был не только учителем, примером праведника, но и мечтой любой из наших. Мы мечтали выйти замуж за такого, как он. Однажды девушки из нашей секты меня чуть не выдали замуж в Афганистан. Туда уехал один из наших братьев по вере, я его лично не знала. За него и хотели отдать.

3. Иногда к нам приходили женщины и мужчины, которые уже ездили в «Имарат Кавказ», и учили делать бомбочки и самодельные взрывчатки, разбирать и собирать автоматы. Девушки разбирались в оружии не хуже парней. Для нас взорвать себя было путем в рай, мы думали, что делаем благое дело, уничтожая кафиров (неверующих).

4. Через пару лет я окончательно решила, что уеду на Кавказ, и даже купила билет, но родители поймали меня в аэропорту и насильно увезли домой. Видимо, подруга им рассказала. Я месяц сидела под домашним арестом.

5. В 19 лет я начала потихоньку осознавать, что убивать беззащитных и невинных людей неправильно. Да и в Коране нет такого приказа от Аллаха. Потом начала отдаляться от той компании, общение сошло на нет, я поменяла номер телефона. Последствий для меня не было, так как я зашла не слишком далеко. Окажись я в мусульманской стране, уйти от них было бы почти невозможно.

Галина, 59 лет

«Радастея»

1. На «Радастах» (выездная программа с лекциями и встречами) нас называли самыми лучшими, любимыми, дорогими и всячески подчеркивали нашу уникальность, нас ждали. Там был праздник, все было очень красиво, а дома — обыденность, суета, будни. Мы были счастливы служить своему «Основному Лучу» — Марченко.

2. В те годы Марченко организовывала «Радасты» в школах, домах культуры, в Ледовом дворце в Петербурге и в европейских странах. Ее приняли в члены Союза писателей России. Членами «Радастеи» были мэры, чиновники, депутаты. Ну и как не поверить во все это?

3. Меня к этому никто не принуждал, я ездила сама, читала книги. Вот только времени на семью оставалось очень мало: нужно было постоянно что-нибудь переизлучать — читать ритмы по буквам. Каждой букве соответствует четверостишие, например: буква Б — Блеск белка белизной бег берег берёг — и так на все буквы.

4. Стали кончаться деньги. Я на «Радастею» потратила тысяч сто. Марченко выпустила более 400 книг, желательно было иметь их все, кроме того, постоянно какие-то программы, «Радасты», газета. Книги — от 300 рублей, программы — от 5000 рублей, «Радасты» — от 7000 рублей. Я просто перестала покупать книги, смотреть видео и ездить на «Радасты». Никто меня не удерживал.

Алина, 41 год

«Сайентология»

1. Муж мой дружил с сайентологом несколько лет, но я тогда еще об этом не знала. Видимо, он изредка посещал некоторые сайентологические бизнес-курсы. Он работал риелтором, а в 2015 году, когда рухнул рубль и взлетели ставки по ипотеке, у него начались трудности. Он прошел «Оксфордский тест», который сайентологи используют при вербовке, и по результатам этого теста они разложили по полочкам все его проблемы.

2. Начались бесконечные семинары, бизнес-встречи в «Клубе успешных людей» — у сайентологов много подобных организаций, названия постоянно меняются. Я стала искать информацию о сайентологии, узнала, что ряд их материалов внесен в список экстремистских. Узнала про учение, согласно которому все, кому не нравится сайентология, являются «подавляющими личностями» и они виноваты во всех бедах.

3. Мужу внушили, что проблемы в бизнесе начались из-за меня, и через несколько месяцев он от меня ушел. Я тогда была на пятом месяце долгожданной беременности. Уходил он очень тяжело, как в дурмане. Надеялся, что с бизнесом все наладится. Я знаю, что он переживал разрыв и следил за мной по соцсетям.

4. Год спустя он вернулся без копейки денег. Просто однажды позвонил и предложил встретиться. Мы месяц общались. Если я затрагивала сайентологию в разговоре, он взрывался. Потом сказал, что мы с ребенком ему нужны — вот и все. Простить мужа было тяжело. Еще полгода после возвращения в семью он регулярно ходил в секту. Сейчас не ходит, но сайентологом себя все еще считает.