«Не буду шутом и холопом!». За что Пушкин обиделся на Николая I

06.04.2018

11 января 1834 года (31 декабря 1833 года по старому стилю) император Николай I решил титулярному советнику Александру Пушкину пожаловать младшее придворное звание камер-юнкера. С помощью этого царь хотел улучшить материальное положение поэта и сделать его приближенным ко двору. Несмотря на, казалось бы, благие цели государя, Пушкин был в ярости от нового звания и смертельно обиделся на Николая.

Рассказываем, что именно так разгневало поэта, и как он относился к своим обязанностям камер-юнкера.

Рост долгов

В 1817 году Александр Пушкин покинул Царскосельский Лицей, имея чин коллежского секретаря. Поэта не привлекала государственная служба, он относился к ней безразлично, поэтому за 7 лет так и не поднялся по служебной лестнице.

Следующие 7 лет Пушкин был весь в творчестве, однако, хоть среди читателей он и был успешен, в целом у него дела не ладились. Издатели платили поэту достойные гонорары за новые стихи, но и этого с трудом хватало на жизнь: деньги шли на то, чтобы содержать немалую семью, снимать квартиру и дачу. Пушкин часто одалживал у друзей. Долги копились все больше и больше.

Глава жандармов Александр Бенкендорф предложил Пушкину чин камергера – придворное звание очень высокого статуса. Это бы навсегда лишило поэта материальных трудностей и обеспечило достойную жизнь самому и своим детям, но тот принципиально отказался.

«Он не хотел служить на жандармов и был слишком самонадеян, – считает историк Алексей Доронин. – Пушкин полагал, что сможет заработать достаточно денег творческой деятельностью. Но он ошибался».

Гонорары за творчество не могли в полной мере покрыть расходов читы Пушкиных. Ситуацию осложняло и то, что поэт был подвержен азарту, но назвать его удачливым картежником трудно, он спускал много денег в преферанс.

Звание «в насмешку»

В 1831 году Пушкин был произведен в титулярные советники, а накануне нового, 1834 года, Николай I велел назначить его камер-юнкером. Это звание застало поэта врасплох. Однако вместо радости, он буквально взбесился. 34-летний Пушкин счел за унижение присвоение звания, которое обычно получают юноши в возрасте 17-19 лет.

«Такое приближение Пушкина ко двору носило цель сделать его предметом насмешек всего Петербурга», – написал об этом случае публицист, доктор философских наук Генрих Волков.

Во второй трети XIX века камер-юнкера уже имели привилегированное положение: если раньше они были обязаны, в том числе, выполнять мелкие задания императора, то теперь в обязанности камер-юнкера входило лишь посещение придворных балов. К тому же, за это платили солидное жалование.

Большинство историков склоняется к тому, что царь сделал Пушкина камер-юнкером только лишь из-за своей благосклонности к нему: Николай I ценил талант поэта и хотел улучшить его благосостояние, а заодно и изменить его скептическое отношение ко двору. Сам же Пушкин думал, что царь положил глаз на его супругу, Наталью Гончарову, и сделал поэта камер-юнкером лишь для того, чтобы чаще видеться с объектом своей страсти. При этом на публике поэт не показывал своей злобы, только отшучивался:

«По мне хоть в камер-пажи, только б не заставили учиться арифметике».

Ушел, но вернулся

За время несения службы Пушкин так и не признал камер-юнкерского мундира, хотя именно в нем он должен был посещать придворные балы. Чаще всего он появлялся во фраке, но неизменно попадал под осуждающие взгляды окружающих. Замечая, как другие шепчутся, глядя на него, Пушкин в злости уезжал из дворца, оставляя свою жену веселиться в одиночестве. За такие выходки других камер-юнкеров давно бы разжаловали, но Николай I с уважением относился к Пушкину и прощал ему нелицеприятные поступки. К тому же он был историографом царя и имел доступ ко всем закрытым архивам.

Его тяготила участь «придворного человека», спустя шесть месяцев после своего назначения Пушкин подал в отставку «по семейным делам и невозможностью постоянного присутствия в столице». Однако, он попросил не лишать его доступа к архивам.

«Я могу быть подданным, даже рабом, но холопом и шутом не буду и у царя небесного», – объяснял поэт свое решение в письмах к друзьям.

Отставку Николай принял, но к закрытым документам Пушкина не пустил.

В высших кругах царю внесли мысль, что Пушкина нужно держать под присмотром. Тогда друг и учитель поэта Василий Жуковский пустил в ход все свое красноречие, чтобы убедить Пушкина отозвать прошение – не портить отношения с властью и сохранить стабильный доход. Поэт прислушался к доводам старшего товарища и со службы не ушел.

В итоге он прожил в этом звании до конца своих дней, все время относясь к нему с ненавистью.