Потеряшка

Похоже, эту мамашу не слишком взволновало исчезновение малышки, но искать все равно было надо.

Честно говоря, эта девица мне никогда не нравилась: манерная, всем и всеми недовольная, постоянно с брезгливым выражением лица, изображающая из себя «гламурную принцессу», которую злая судьба по ошибке занесла в эти шестнадцатиэтажные трущобы. Мы жили в одном доме, но в разных подъездах. До недавнего времени я даже имени ее не знала поэтому когда однажды она нарисовалась на пороге моей квартиры, просто обалдела.

— Здравствуйте, — неожиданно тихо и даже вроде бы как-то вежливо поздоровалась соседка.

— Хм, ну здрасте, — почти воинственно ответила я. Девица потопталась на месте, словно собираясь с духом, и вдруг глаза ее увлажнились, и она, то ли икнув, то ли всхлипнув, произнесла:

— Мне сказали, что вы можете помочь. Пожалуйста, найдите Настю, помогите вернуть мою крошку! — и барышня протянула мне фотографию.

— Проходите, — пропустила я гостью в квартиру

О том, что у нее есть ребенок, даже не подозревала. Во всяком случае, никогда не видела с малышкой. А вот девчушка на фотографии — лет трех, с голубым зайцем в руках — показалась мне знакомой, я пару раз замечала ее среди детей на площадке перед домом.

— Значит, это ваша дочь? — уточнила я.

— Да, Настенька.

— А вас как зовут?

— Меня? Марина. Мне сказали, что вы частный детектив... Это правда?

— Ну, в некотором роде, мы только недавно зарегистрировали нашу фирму... — начала, было, я вдаваться в подробности, однако гостью они, похоже, совершенно не интересовали.

— Так вы поможете? Я пожала плечами.

— Расскажите по порядку, что случилось?

— Настя пропала. Я вышла к соседке, буквально на минуточку, вернулась — а ее нет...

— Похититель взломал двери?

— Нет... Я не запирала на ключ, — неохотно призналась Марина.

— Как? Вы оставили дома ребенка и даже не заперли двери?

«Вот ведь курица глупая! — возмутилась про себя. — Как вообще можно было оставить малышку без присмотра?»

— Я же сказала, что вышла на минуту. Ну, пришлось немножечко задержаться... - в ее голосе послышалось раздражение.

— Но, может, девочка сама вышла? Вы не спрашивали у соседей?

— Нет-нет! Это случилось вечером, она уже спала. Она не могла... сама.

— Тогда лучше обратиться в полицию. Пропажа ребенка — это очень серьезно! Пожалуй, ничего серьезнее нет...

— Нет, не надо полиции! Понимаете, Влад, мой муж... бывший муж, если узнает, что Настя пропала, перестанет платить алименты. А это мой единственный источник дохода... Более того, я практически уверена, что дочку украл он! Вам лишь нужно найти малышку и вернуть ее мне.

— Зачем он украл? Вы не пускали его к дочери?

— Ах, это все сложно! Просто он считает, что я плохая мать, и давно хочет отобрать Настю. Но пусть только попробует! Он не имеет права, у нас в стране суд на стороне матери! — ее слова звучали угрожающе.

— А вы звонили мужу?

— Да, но он не отвечает! А на работе его секретарша сообщила, что он уже неделю в командировке в Лондоне и вернется только завтра, — нервно выдохнула девица.

— Гм!.. Значит, все-таки это не мог быть супруг? — усомнилась я.

— Ой, не знаю, — и она картинно всхлипнула.

Дело выглядело странно: Марина утверждала, что ее дочь украл отец ребенка, но у того есть железное алиби — на момент исчезновения девочки его не было не только в городе, но даже в стране. Я решила осмотреть место преступления.

Маринина квартира поразила меня вычурностью и безвкусицей, но более всего тем, что в доме, кроме детской кроватки, больше ничто не указывало на присутствие ребенка.

— А где же Настенькины вещи? — удивилась я. Марина подошла к небольшому шкафу и рывком открыла дверцы. Оттуда посыпались мятые платьица, трусики, свитера, пижамки — все вперемежку. Последним выпал заяц — тот самый, с фотографии.

— Н-да... Это все игрушки?

— Этого ушастого урода ей Влад подарил — ужас, правда? А Насте игрушки совершенно не интересны, — Марина, похоже, вполне овладела собой и закурила. — Она целыми днями телик смотрит.

— Трехлетний ребенок? - моему удивлению не было предела.

— А что такого? Они сейчас все такие... — и барышня затянулась поглубже.

Пока я расспрашивала соседей и проверяла алиби бывшего мужа Марины, он успел возвратиться из Лондона и заявиться к ней сам, что называется, собственной персоной. Дверь у соседки, как обычно, была нараспашку, и я стала невольным и незамеченным свидетелем бурной сцены, произошедшей между ними. Влад обвинял бывшую супругу в халатности, бессердечии и отсутствии материнского инстинкта, угрожал ей судом и лишением алиментов.

Марина, в свою очередь, называла его вором и тоже угрожала судом и лишением отцовских прав. Странно, но сама девочка, тот факт, что она исчезла, будто никого особенно и не волновал.

«Похоже, папаша в курсе, где малышка, — уж слишком он спокоен», — подумала я и решила проследить за ним. Не прошло и десяти минут, как он с телефоном в руке вышел из подъезда и подошел к синему «Вольво», припаркованному рядом с моей «старушкой». Я незаметно открыла окно, чтобы подслушать разговор.

— Да, мамочка, не волнуйся, уже еду. Соскучились там без меня? Дай ей трубку... — его лицо озарила улыбка.

...Через полтора часа мы стояли друг против друга в просторном холле большого загородного дома. Из комнаты раздавался щенячий лай и веселый смех ребенка.

— Может быть, чайку с нами?- из столовой выглянула приветливая полноватая женщина.

— Я ватрушек напекла — Настенька очень любит...

— Оставь нас, мама, не до ватрушек! — почти истерически выкрикнул Владислав.

— Скажите спасибо, что я не из полиции... — говорила я ему. — Вы совершили преступление. И Марина, если захочет, может подать на вас в суд.

— Вы же ничего не знаете, — горячился он. — Ей Настя нужна только как источник денег, она же совсем не любит ее, не занимается дочкой! У Анастасии там даже никаких игрушек нет!

Я вспомнила несчастного зайца, плененного мамашей в комоде.

— Я прилетел на пару дней раньше, — продолжал отец. — Из аэропорта — сразу к дочери... Приезжаю — квартира нараспашку, малышка проснулась и рыдает одна в кроватке, мамочку зовет, а эта... — он грязно выругался.

— Почему бы вам не попробовать решить проблему официально, через суд? — спросила я. — Существует же закон!

— Закон! — горько ухмыльнулся он. — А то не знаете, закон на ее стороне...

...Я возвращалась в город одна — дочку Влад пообещал вернуть матери завтра же. Мне все-таки удалось убедить его. Это была победа, однако на душе скребли кошки, а из головы никак не шла недавно услышанная фраза: «Закон превыше всего, но как быть, если милосердие оказывается выше закона?..»