За спинами штрафбата: продолжение (из цикла рассказов "Особист Шилов")

Начало рассказа >>>ТУТ

Дата: 15 сентября 1944 года

Время: 16:23 (мск)

Место: Воронежская область

Сокрушительный удар медвежьей лапы в грудь, на лету сбил диверсантку, отбросив ее на несколько метров назад. Врезавшись спиной в сосну, Ворон скорчившись от боли, дико осмотрелась.

Огромная, бурая медведица медленно наступала на нее с тихим, угрожающим рычанием.

Диверсантка по инерции потянулась к футляру со шприцами, но еще раз окинув взглядом сидевших у костра солдат, передумала. Взяла себя в руки и отступила.

Все чего она хотела, это отомстить за свое поражение в том лесу. Конечно, такая выходка ставила под угрозу всю операцию, но прощать Ворон не умела.

Вольфганг Шнайдер, непосредственный командир, поклялся, что у нее будет возможность отомстить, уже совсем скоро, но она была не из тех, кто умеет ждать.

Медведица зарычала громче и набирая ход, понеслась на отброшенную соперницу. Ворон попятилась назад, и убрав лезвие, быстро отступила в ночную темноту…

___

- Чего она там расшумелась? – нахмурился Шилов, оглядываясь на кусты, где послышался рык их приблудной медведицы.

- А кто ее знает! – пожал плечами Мохов – Опять, наверное, есть хочет, или с детками своими играется.

Майор прищурился, пытаясь разглядеть, что именно происходит там, в кустах, но ничего не увидев, просто махнул рукой, и продолжил рассказывать байку.

-…так вот, вычислили мы этого стрелка, ну через лес крадемся к нему, видим уже что пристроился он на лежанке, с края леса – Шилов усмехнулся и покачал головой вспоминая события – Мороз на улице, аж нос отваливается, ну и снег стало быть трескучий.

Акимов задвинул фуражку на лоб, и почесав затылок тихо засмеялся.

- Товарищ майор, может не надо, вспоминать?

- Да брось ты – отмахнулся особист – Ты по ситуации действовал, но не по инструкции конечно. Так вот, подкрадываемся мы к снайперу, а снег хрустит, тихо никак не выходит! И тут эта морда фашистская нас услышала похоже.

Тут Акимов уже не выдержал и рассмеялся во весь голос, окончательно вспомнив ситуацию.

- Снайпер этот дернулся вскочить, а халат у него к земле примерз!

Среди солдат пошла волна смешков.

- Он и так и сяк, не может встать – развел руками майор – А я ему ору, - Встать! А тот примерз наглухо значит. И тут Акимыч говорит…

- Тут я ему говорю, фашисту этому – продолжил Андрей за командира – У меня для тебя кипяточек есть, сейчас тебя оттаивать будем! Ну и собираюсь вылить на него кипяточек, который я почитай уже часа полтора терпел, нес ему видать!

- Ну ты даешь! – засмеялся Мохов, пыхая скруткой – И как, оттаял его?!

- Да не! – уже не так весело закончил лейтенант – Вытащил он пистолет свой, пришлось стрелять…

- Если он был без подстилки на позиции. Видать и не планировал в живых остаться – вздохнула Таня – И ничего смешного тут нет.

- Надеюсь, Танюша – спокойно отозвался Шилов – Что ни одна гнида Вермахта, живьем отсюда уйти не планирует. После того что они тут натворили, я своими руками готов их расстреливать всех до одного.

- А я товарищ майор – девушка разворошила угли в костре палкой, и бросила ее в пламя - Этим и занимаюсь. Своими руками. Только все равно считаю, что ничего смешного в смерти нет, даже если это смерть врага.

- Ты права Танюха – вздохнул Валерий Мохов – Костлявую я не боюсь, но уважать ее надо, как ни крути. Она не любит насмешек, и мстит всегда люто. – немолодой капитан снова прикурил и почесав усы, обратился к Шилову – Что там с заданием, расскажешь нам?

Солдаты прекратили разговоры, приготовившись слушать особиста.

_______

(Дорогие наши читатели, пожалуйста нажимайте кнопку "палец вверх" на все части Шилова. Это очень важно для нас. Огромное вам спасибо за поддержку!)

_____________

- Заданьице непростое, товарищи штрафники. Решил нас нарком под конец войны в расход пустить. За какие грехи не знаю, но видно от высокого доверия – оглядев лица бойцов, проговорил Шилов – Наша рота, должна в указанном месте атаковать немецкую колонну.

- Мы не потянем колонну. У нас же нет ни черта кроме автоматов и гранат – покачал головой Мохов – На кой нам погибать как мясу? Не хочет нас кормить Москва?

- Задача стрелков, выиграть время и привлечь внимание противника на себя. Главный бой будет сзади, за спинами штрафбата – отозвался Шилов

- Ты хочешь сказать – уточнил Мохов – Что мы должны держаться, пока не передохнем в бою все до последнего?!

- Этот план придумал не я. Мне выдал инструкции лично Иосиф Виссарионович. И да, там сказано именно так Валера. Надо будет сражаться до последнего солдата – строго ответил майор – Если мы успеем выполнить свою миссию раньше, чем вы погибните, то возможно некоторые штрафники успеют отступить. Большего обещать не могу.

- Одно слово, штрафбат – Мохов злобно сплюнул себе под ноги, и оглядел лица сидевших вокруг костра солдат. Бойцы угрюмо молчали глядя в пламя.

- Спать идите! – резко скомандовал Валерий штрафникам – Сил набирайтесь, может, и проживете дольше, на пару минут… - этими словами он поднялся, и пинком отбросив в кусты пустую банку, ушел в темноту.

***

Дата: 15 сентября 1944 года

Время: 21:47 (мск)

Место: Тульская область

Шнайдер медленно покачивал руку с бокалом, наблюдая как в нем плещется янтарный коньяк. Пьянил даже запах этого напитка многолетней выдержки. Полковник поднес бокал к лицу, и еще раз с наслаждением вдохнул пары алкоголя.

- Знаешь Анна. Клянусь, если бы газ который дают в чертовых контрецационных лагерях типа Аушвица, имел запах этого Х.О, я бы побежал в камеру первым, расталкивая нелюдей! – Вольфганг тихо засмеялся и сделал маленький глоток из бокала.

Мама, которая сидела на полу, в обнимку с огромным волком, брезгливо поморщилась. Ее острый нюх не выдерживал резкого запаха. Девушка уткнулась носом в шерсть зверя, пытаясь скрыть отвращение.

Волк сидел ровно и спокойно, он с любопытством изучал рассеченное шрамом лицо немецкого полковника, которого видел впервые.

Шнайдер же в свою очередь, осматривал Маму, высокую девушку в черном плаще, с воротником из лисицы. Густые, черные волосы, изящные черты лица. Она могла бы быть красивой, если бы не одно, но…

- Кстати, напомни мне дорогуша, кто ты по национальности? – отставив бокал, отрешенно поинтересовался Вольфганг.

- Вы знаете – почесывая волка за ухом, отозвалась та.

- Хочу чтобы ты мне сказала – лицо Шнайдера исказила недобрая усмешка – При знакомстве положено представляться самому. Или у вашего народа принято иначе?

- Я еврейка – Анна сказала это с гордостью, и повернувшись лицом к полковнику, с презрением посмотрела ему в глаза.

- Ах, да, да… - изображая растерянность, отозвался полковник – Потом, я спрошу тебя еще раз, прости мне эту маленькую слабость! – сказав это, Шнайдер громко рассмеялся,

- Когда отпустят мою маму и брата? – не разделив веселья Шнайдера, спросила Мама.

- Сразу как только ты сыграешь свою роль в операции, вся твоя цирковая семейка будет свободна – прихлебывая коньяк, ответил полковник.

- Где гарантии, что мои родные еще живы? – Анна поднялась на ноги, и вместе с ней встал волк, который был ростом ей едва ли не до пояса.

Вольфганг с опаской покосился на огромного зверя. Волк Мамы продолжал пристально смотреть в глаза гитлеровца, не отводя глаз.

- Мне не нравится, что эта псина так пялится на меня. Убирайтесь отсюда оба, и готовьтесь выдвигаться утром - отмахнулся Шнайдер.

- Какие у меня гарантии, что я увижу родных? – упрямо повторила вопрос Анна.

- Никаких – ответил Шнайдер, и снова указал ей на дверь - Скажи спасибо что ты сама еще газу не понюхала, и пошла вон!

Мама развернулась, и похлопав волка по спине, вышла прочь, погрузившись в свои мысли.

Продолжение >>>ТУТ