The Blueprint
10 427 subscribers

Пелевина никто не видел много лет. Мы нашли его свежие следы — и доказательства жизни

17k full reads
29k story viewsUnique page visitors
17k read the story to the endThat's 59% of the total page views
8 minutes — average reading time

Виктор Пелевин есть, но в то же время его и нет. Один из классиков современной русской литературы, номинант на Нобелевскую премию, обладатель «Большой книги», «Национального бестселлера», Премии Андрея Белого в последний раз появлялся на публике больше 20 лет назад. Затворничество Пелевина запустило миф, что его вовсе не существует, а все тексты генерирует группа авторов или обученная нейросеть. Пока одни утверждали, что Пелевин давно поселился в тибетском монастыре, а другие — что растворился в астрале, старший фичер-редактор The Blueprint Вадим Смыслов искал стертую личность в мире реальном. Это расследование завершилось аккурат к выходу двадцатого по счету романа писателя — Transhumanism Inc. И, кажется, теперь мы знаем, как выглядит настоящий Виктор Пелевин.

Пелевина никто не видел много лет. Мы нашли его свежие следы — и доказательства жизни

Виктор Пелевин исчез. Когда это случилось точно, не может припомнить никто. В последний раз он появлялся перед камерами ровно двадцать лет назад в Токио на литературном симпозиуме, в компании писателей Татьяны Толстой и Владимира Сорокина. С тех пор Пелевин выпустил 14 романов, дважды становился лауреатом премии «Большая книга», выигрывал «Национальный бестселлер» и несколько раз, по оценке букмекеров, значился претендентом на Нобелевскую премию по литературе. По его романам снимали фильмы («Generation П», режиссер Виктор Гинзбург) и ставили спектакли («iPhuck 10» в постановке Константина Богомолова), но Пелевин, по воспоминаниям очевидцев, не присутствовал на премьерах. Как не было его и на вручении премии «Супернацбест», российской адаптации британского «Букера Букеров», состоявшейся в 2011 году. Перед началом церемонии в СМИ попала информация, что впервые за десять лет писатель готов прервать молчание и выйти на сцену, но этого не произошло. Все это привело к тому, что реальность существования Виктора Пелевина оказалась под вопросом.

Виктор Пелевин в юности. Писатель родился в 1962 году в семье учительницы английского языка Зинаиды Ефремовой и преподавателя военной кафедры Бауманского университета
Олега Пелевина

«Я не даю комментарии по Пелевину, простите, пожалуйста», — говорит Юлия Селиванова, действующий редактор писателя в издательстве «ЭКСМО». «Не спрашивайте меня о личной жизни Виктора Олеговича. Это табу! — в частной переписке сообщает представитель писателя из „Агентства ФТМ, Лтд.“ Владимир Попов. — У меня нет права говорить об этом». «Он ни с кем не разговаривает, едва ли сделает исключение для меня», — считает критик и писательница Галина Юзефович, готовящая о Пелевине книгу. «Журнал Esquire много лет хочет снять его на обложку, — рассказали The Blueprint в „ЭКСМО“, — но все без толку. Мы направляем ему запросы на съемки и интервью, но он словно не видит этого».

Татьяна Толстая, Владимир Сорокин и Виктор Пелевин на Литературном симпозиуме в Токио, 2001 год
Татьяна Толстая, Владимир Сорокин и Виктор Пелевин на Литературном симпозиуме в Токио, 2001 год
Татьяна Толстая, Владимир Сорокин и Виктор Пелевин на Литературном симпозиуме в Токио, 2001 год

Как говорил сам Пелевин в последнем интервью, которое дал прежде, чем прервать контакт с людьми: «Я никогда не брал на себя обязательств давать или не давать интервью. Я делаю то, что мне хочется. Кроме того, контакт — это сильно сказано. Если вы посмотрите на страницу, то увидите, что контакта нет даже между буквами, которыми мы обмениваемся». Этот разговор состоялся в 2010 году на платформе проекта «Сноб», где в то время был опубликован рассказ писателя «Тхаги». Как вспоминают коллеги, которые имели отношение к «Снобу» в те годы, рассказ и интервью с Пелевиным обошлись проекту Михаила Прохорова в несколько десятков тысяч долларов.

Мои попытки найти Пелевина начались спустя десять лет, незадолго до выхода последнего романа писателя Transhumanism Inc. Шанс на удачу был равен пустоте. Но я не мог поверить, что Пелевин не оставил следы. Это могло быть возможно только в одном случае: если Пелевина действительно не существует.

Гольденштерн не был тираном или исчадием зла. Он был просто невероятно крутым бизнесменом с изрядным чувством юмора, который хотел лишь одного — чтобы его оставили в покое. Его, похоже, не слишком интересовало происходящее в мире, но ему не нравилось, когда мир интересовался им. Так что никакого Гольденштерна в реальности не было»

Пелевина никто не видел много лет. Мы нашли его свежие следы — и доказательства жизни

«Я, Пелевин Виктор Олегович, родился 22 ноября 1962 года в Москве. В 1979 году окончил среднюю школу номер 31. В 1979 году поступил в МЭИ, который окончил в 1985 году. В 1987 году поступил в очную аспирантуру МЭИ, где учился до 1989 года. В 1989 году поступил в Литературный институт имени Горького. С 1989 года работал штатным корреспондентом журнала Face to Face в течение года. С того же времени сотрудничал с различными газетами и журналами, выходящими в Москве».

Эта биографическая справка была написана Пелевиным 1 декабря 1993 года в заявлении о приеме в члены Союза журналистов России. По воспоминаниям Ольги Брушлинской, ответственного секретаря журнала «Наука и религия», где также публиковались тексты Пелевина, Союз журналистов был необходим писателю, чтобы «попасть в строительный кооператив и решить жилищный вопрос». Уже в то время Пелевин старался нырнуть в цифровой вакуум. «Витя страшно боялся даже фотографироваться, — рассказывает сотрудник „Науки и религии“ Эдуард Геворкян. — Я как-то сказал ему: „Ты как моя бабушка, она думает, что фотография отнимает часть жизни“. На что Витя ответил: „Так оно и есть“». В редакции журнала «Знамя», где был напечатан первый роман Пелевина «Омон Ра», вспоминают, что на присуждении литературной премии в 1991 году автор в крови и плоти вышел за наградой на сцену Библиотеки иностранной литературы, но, не сказав ни слова, тут же удалился из зала. В постотчетном материале на месте пелевинской «нобелевской речи» зияла пустота.

Пелевина никто не видел много лет. Мы нашли его свежие следы — и доказательства жизни
Попытка идентификации», зачетная книжка Виктора Пелевина, 1979 год
Добавьте описание
Попытка идентификации», зачетная книжка Виктора Пелевина, 1979 год Добавьте описание
Попытка идентификации», зачетная книжка Виктора Пелевина, 1979 год Добавьте описание

Рецензия на работу Пелевина в Литературном институте, 1990 год
Рецензия на работу Пелевина в Литературном институте, 1990 год
Рецензия на работу Пелевина в Литературном институте, 1990 год

Первые бестселлеры Пелевина — «Чапаев и Пустота» и «Generation П» — публиковались в московском издательстве «Вагриус», откуда в 2003 году после скандала, связанного с выплатой гонораров, Пелевин ушел в «Агентство ФТМ, Лтд.». «Он считал, что мы печатаем левые тиражи и обманываем его», — отмечает главред «Вагриуса» Глеб Успенский. После этого все последующие тексты Виктора Пелевина публиковались в издательстве «ЭКСМО». В отчетах, которые есть в распоряжении The Blueprint, доход Пелевина в издательстве «Вагриус» за 2000 год насчитывал около 167 тысяч рублей (приблизительно $6200 по курсу тех лет); в 2003 году уже издательство «ЭКСМО» выписывало ему чек на 347 тысяч (около $11 500). «На одной из наших последних встреч, — вспоминает писатель Владимир Покровский в фильме „Писатель „П“. Попытка идентификации“, — он сказал мне: „Знаешь, Володь, а литература — не самое главное, что есть в моей жизни“. Здесь я присел. Что это значило? Я теперь жалею, что не стал расшифровывать». Геворкян добавляет: «Когда-то я сказал ему: „Либо ты становишься нобелевским лауреатом, либо остаешься модным писателем“. На что Виктор ответил: „Цены нынче такие, что нужно быть модным, а Нобель — может быть, а может и не быть“. Он считал, что деньги — это свобода. И в какой-то мере он был прав».

Кадры из фильма «Писатель «П» Попытка идентификации»: личная карточка студента МЭИ Виктора Пелевина и снимок из его зачетной книжки, 1979 год

Образ затворника был продуман до мелочей, хотя публично Пелевин в этом не сознавался. «[В частном разговоре] Виктор говорил мне, что выстраивает имидж гуру-отшельника, — рассказывает Эдуард Геворкян. — В то время, пока все бегали за славой и давали интервью, он решил, что не будет этого делать. Он выстроил алгоритм и четко ему следовал». Пелевин стал носить черные очки и не снимал их ни при каких условиях: он отказался показывать глаза фотографу ​​Ричарду Аведону, когда тот снимал писателя для The New Yorker. Кажется, прозрел Пелевин лишь единожды — во время интервью с Аленой Долецкой и Кариной Добротворской, проходившего в японском заведении «Изуми» при полном параде саке; этот кадр попал в сентябрьский номер журнала Vogue за 1999 год.

Виктор Пелевин в съемке для журнала Vogue, 1999 год
Виктор Пелевин в съемке для журнала Vogue, 1999 год
Виктор Пелевин в съемке для журнала Vogue, 1999 год

Алгоритм Пелевина работал. И в редких интервью он только усложнял выдуманную схему. «Мой дом, — говорил Пелевин „Афише“ в 2003-м, — это мой ум. Но там постоянно пожар, семь тысяч лет». «Где живет Пелевин, никто не знает точно, — вспоминает писатель Дмитрий Быков. — Потому что Пелевин живет в астрале». Источник The Blueprint в российском издательском бизнесе рассказывает: «Новые романы Пелевина попадают в редакции на флешке, текст видит только редактор, работающий над книгой. А когда рукопись отправляют в типографию, с сотрудников фабрик берут соглашения о неразглашении. Пелевин может быть где угодно. Я слышал, что он живет в Германии, а до этого жил в Непале». Редактор нескольких книг Пелевина Ольга Аминова вспоминала: «Мы регулярно разговаривали с ним по телефону, но я не знаю, с какого номера он звонит и где этот номер зарегистрирован». В разговоре с The Blueprint она же добавила: «Как Виктор Олегович творит свой собственный бренд, следует отразить в учебниках по брендингу и рекламе. Он — тот, которого никто не видит, но о котором все говорят».

PULP, 2000
PULP, 2000
PULP, 2000

Астрал Пелевина простирается всюду, но Пелевина нет нигде. Первые и последние данные о его местонахождении датированы прошлым веком. В личной карточке студента МЭИ Пелевин значится проживающим на Тверском бульваре и в Северном Чертаново. Последнюю точку подтверждает информация из адресной книги Москвы. Семь цифр, и, минуя пространство города, звонок влетает в одну из квартир высотки в экспериментальном квартале. На том конце щелчок. А потом раздается голос. Это глупо, но мне кажется, так и должен звучать голос из квартиры Пелевина. «Для вызываемого абонента данный вид связи недоступен».

Таков был путь — нырнуть в тщету и боль, чтобы выйти из нее и вознестись к небывалому счастью. Быть всем. <...> Наступила секунда, когда он ясно пережил, как только что одновременно был глупой девочкой по имени Маня, ее подругой и терапевтом Офой, теткой, отцом, друзьями и подругами по лицею, пьяными скоморохами, злобным мозгом в чемодане и даже задушенными курами. Он был каждым из них — и никем».

Пелевина никто не видел много лет. Мы нашли его свежие следы — и доказательства жизни

Границы астрала Пелевина проходят по осям Проектируемого проезда номер 5212 (А), далее вместилище мыслеформ окольцовывает Днепропетровскую улицу до границы владения номер 12, уходит на северо-запад — к границе ОАО «Мосэнерго» (до межевого знака номер 1), устремляется на север вдоль лесной дорожки к Битцевскому парку и огибает западную сторону земельного участка спортивного клуба «Дина». Плоть Пелевина прописана на 18-м этаже высотки в квартире под номером 100. У зеленой, потрескавшейся двери в секцию — шесть белых дверных звонков, сотый — коричневый от нажатий грязными пальцами. «Мы не видели его уже несколько лет, — говорит пожилая пара, выплывающая из коридора. — Мы и маму его, Зинаиду, знали, а когда она умерла, Витя остался тут один».

За звонком следует пустота. «Я ничего о нем не знаю, я его никогда в жизни не видела», — говорит голос из 101-й квартиры. «Таких жильцов в нашем доме нет», — это консьерж, увидевшая фотографию Пелевина в моем телефоне. Темные очки, стрижка ежик, одутловатое и непримечательное лицо. «Мы слышали, что в каком-то из домов по соседству живет Пелевин, — говорит библиотекарь из соседней высотки. — Музей „Гараж“ периодически устраивает у нас тут экскурсии про советский брутализм, и там они рассказывают в том числе про то, что здесь живет писатель. Но видел ли его хоть кто-нибудь? Нет, никогда».

Пелевин не берет трубку — до тех пор, пока ему на почту не придет сообщение от звонящего. Он не пользуется социальными сетями. По словам Филиппа Раздельного, одного из участников фан-клуба писателя в «ВКонтакте», в пандемию он наведался в квартиру Пелевина под видом курьера, «чтобы поблагодарить за книгу», и писатель открыл дверь. Но подробностей Раздельный не сообщает, и вещественных доказательств этой встречи у него нет. В «ЭКСМО» The Blueprint рассказали, что за две недели до выхода очередного романа Пелевин или человек, отвечающий на сообщения от его имени, перестает выходить на связь. «Он довольно трепетно относится к критике, исчезает, а потом появляется и добавляет на свой сайт все, даже самые мелкие заметки о книгах». Пелевин составляет свой электронный портрет, не желая демонстрировать настоящий. Но невозможно скрыть каждый свой шаг.

До выхода очередного — двадцатого — романа остается неделя, и попытка поймать Пелевина все больше попахивает безумием. Я говорил с его соседями и редакторами, с бывшими коллегами и сокурсниками; я нашел девушку, которая утверждает, что является внучкой Пелевина, и получает приглашения на вечеринки Tatler. «Вы серьезно?» — ухахатывается Виктор Гинзбург, режиссер «Generation П» и готовящегося к выходу «Ампир V» (тоже по книге писателя). Гинзбург отмечает, что видел Пелевина два года назад в Москве: они вместе смотрели черновой монтаж картины, и Пелевин советовал, какие диалоги лучше подрезать, а какие оставить. «Витя любит играть в шпиона, — отмечает Гинзбург. — Он едва заметен: у меня нет его номера, он выходит на связь сам, если считает нужным. А когда мы договорились встретиться на Ленинских горах (ныне — Воробьевы горы. — Прим. The Blueprint), я долго не мог найти его в толпе, затем — секунда — и вот он уже стоял передо мной».

Фото: Игорь Свинаренко
Фото: Игорь Свинаренко
Фото: Игорь Свинаренко

Тут мне кажется, что это единственная лазейка: принять правила и сыграть с Пелевиным в шпионов. И тогда ночью в мой личный телеграм-аккаунт падает досье на некоего Виктора Олеговича Пелевина. «Поисковая система „Глаз Бога“ (один из самых популярных сервисов для „пробива“ в России; его создатели утверждают, что бот получает информацию из открытых данных. — Прим. The Blueprint) приветствует вас». 58 лет, Северное Чертаново, холост. Но привлекает другое. Бот предлагает выписку из базы под условным названием «Антикредиторы физлица». Пелевин Виктор Олегович, как сообщает сервис, имеет задолженность по ИП в размере 234 рублей; в 2019 году об этом также сообщали «Известия» (сегодня в банке данных исполнительных производств Федеральной службы судебных приставов долгов за ним нет. — Прим. The Blueprint). Писателя искал не я один. Сомнений не было: когда-то Пелевин был и здравствовал. Оставалось проверить только одно — по-прежнему ли Пелевин жив.

Все течет, все меняется и остается таким, как было. Дважды войти в одну реку нельзя, а вот состариться и подохнуть на ее берегу без особого труда удается любому — и не надо даже особо вникать, тот это берег или нет».

«Друзья, поклонники, сегодня получили печальную весть из Германии: Виктор Олегович скончался минувшей ночью во время спиритического сеанса», — это сообщение впервые появилось на фан-странице Пелевина в фейсбуке 11 сентября 2016 года. Предполагаемое прощание с автором должно было пройти через два дня в немецком Гельзенкирхене. Но в новости быстро усомнились: сначала — источники «Медузы» (СМИ признано иностранным агентом), затем в издательстве «ЭКСМО» сообщили, что не подтверждают эту информацию.

Тем не менее опровержения смерти Пелевина не последовало. И «его» последующие романы — «iPhuck 10», «Тайные виды на гору Фудзи», «Непобедимое солнце» — продолжили выходить рекордными для российского книжного рынка тиражами. Если Пелевин мертв, сообщать об этом было жестом этическим, а не экономическим. Но, казалось, все должно было закончиться именно так: на последней стадии перевоплощения Пелевину не осталось ничего другого, кроме как обратиться в духа, в демона, в пустоту. Я не понимал, куда копать дальше. Если все вокруг лгут, если с 2016 года всех водит за нос шайка копирайтеров или нейросеть, генерирующая романы, значит, что когда-то это началось и когда-то должно закончиться.

Портрет предполагаемого Виктора Пелевина, 2020 год
Портрет предполагаемого Виктора Пелевина, 2020 год
Портрет предполагаемого Виктора Пелевина, 2020 год

Один след тянет за собой другой. Если «Пелевину» не удалось стереть отпечатки даже в свободном интернете, искать его следовало в теневом. Ник анонимного информатора, который вызвался мне помочь, — Чекист. И через сутки после первого контакта у меня была ссылка на google документ с фотографиями «Пелевина В. О.». Я приближал их, отдалял и не мог поверить в то, что вижу. 2003 год, черно-белый портрет 45-летнего мужчины без темных очков, впалые скулы и короткая стрижка. По данным FaceFind, системы распознавания лиц, человек на фото идентичен изображениям писателя Виктора Пелевина в открытых источниках. 2008 год, он же, эспаньолка и худи с капюшоном. 2013-й, светлые усталые глаза и вспышка, озаряющая весь портрет. Наконец, декабрь 2020 года, незнакомое голое лицо, прозрачные очки для зрения, черные дужки. «Можете оставить отзыв?» — донимал Чекист. Но я продолжал смотреть на последний кадр и не понимал, шутка ли это. Весь этот месяц я гнался за Пелевиным по фотороботам, как по ловушкам, оставленным им самим двадцать лет назад. А теперь видел перед собой незнакомца. По просьбе The Blueprint этот последний снимок прогнала через свой алгоритм (способный распознавать людей по фотографиям в разном возрасте) одна из лидирующих мировых компаний в области биометрических технологий, — сравнив его с давними портретами писателя из открытых источников. По оценке алгоритма, сходство составило 75 процентов или «одно ложное совпадение на сто миллионов сравнений». «С достаточно большой вероятностью это один и тот же человек», — прокомментировали в компании.

Внезапно я вспомнил: 2016 год, Москва, за четыре дня до предполагаемой смерти Виктор Пелевин выпустил пятнадцатую по счету книгу. «Лампа Мафусаила» — так она называлась. Но у книги было и второе заглавие — «Крайняя битва чекистов с масонами». Теперь мне стало не по себе. Я не знал того, кто решил мне помочь. Или — еще сильнее запутать.

Водопад красив. Он кажется вечным. Но никакого водопада нигде, кроме человеческой поэзии, нет — в реальности есть лишь вода, срывающаяся с уступа, чтобы разбиться об острые камни внизу. Вечная казнь реки, как могла бы написать какая-нибудь одухотворенная капля в надежде прославиться среди капель, летящих рядом.

Читайте больше материалов на theblueprint.ru