Технология богов, или история о первых ростках цивилизации

История возникновения сельского хозяйства - настоящая тайна. Появившись около 9.000 лет назад в семи изолированных областях мира, оно стало синонимом самой человеческой цивилизации. Очаги искусства обработки земли и ухода за культурными растениями появились в предгорных областях нашей планеты, от Гималаев до Северной Африки, от Китая до Андского хребта.

Поразительно, но факт: лишь в пределах этого узкого приэкваториального «пояса» нашей планеты, один за другим, совершенно независимо и практически одновременно абсолютно различные по истории и происхождению народы принимались возделывать землю ради получения питательного зерна.

Это тем более странно и необъяснимо, если иметь в виду, что их предки десятки тысяч лет и не помышляли о таких инновациях, вполне довольствуясь охотой и собирательством. Безусловно, климат тропических регионов нашего мира способствовал появлению исключительно большого разнообразия видов растений и животных. Нагляднее всего это можно видеть в центральноамериканском регионе, где до сих пор произрастает гораздо больше разнообразных видов флоры, чем на остальной территории обеих Америк. Причём нужно иметь в виду не только заснеженные регионы Канады или засушливые пампасы Аргентины, но и более чем «благополучную», тёплую и влажную Калифорнию.

Не находите ли Вы парадоксальным тот факт, что хомо сапиенс решил преобразовать каменный топор в первый примитивный плуг именно там, где и без того еда в прямом смысле круглый год растёт на деревьях и под ногами, стоит лишь протянуть к ней руку и сорвать? Так зачем же нашим пращурам затрачивать колоссальные ресурсы, жертвовать кочевой мобильностью и временем, которое можно с гораздо большей эффективностью и удовольствием потратить на поимку зверей и птиц, ради ранее совершенно неизвестного им рода занятий?

Каким должен быть авторитет вождя или шамана, который убедит прирождённых бортников, рыбаков и трапперов целый сезон трудиться на одном месте, становясь уязвимыми для нападений агрессивных соседей, перестав патрулировать границы племени, совершать архивыгодные военные набеги, отринув идеологию воинов и сделав ставку на зависящий от капризов погоды урожай?

Какие аргументы в пользу революционной смены образа жизни и мышления должны были найти лидеры родовых групп, насчитывавших в лучшем случае пару сотен человек, чтобы убедить прочих, что нарушить тысячелетние (вдумайтесь!) заветы предков и перейти на кардинально иной рацион питания – стоящая затея? А теперь мысленно умножьте такую вот успешную трансформацию сознания на тысячи разбросанных по миру кланов. Ни с того ни с сего, после 200.000 лет НЕПРЕРЫВНОГО кочевья (!), здоровые и атлетичные (другие не выживали), великолепно приспособленные к ежедневным марш – броскам, могущие сутками без устали преследовать добычу,

прошедшие неимоверно крутой естественный отбор убийцы саблезубых тигров и пещерных медведей, выросшие на культе силы и жестокости (и женщин это тоже касалось!), обожавшие едва прожаренное мясо и всегда готовые схлестнуться с точно такими же воинственными и могучими бойцами в споре за лучшую охотничью территорию бруталы вдруг не сговариваясь - почти одномоментно по всей планете - бросили это дело и начали строить из себя младших сотрудников НИИ цитологии и генетики, кропотливо выводя достаточно урожайные сорта пшеницы и ячменя… Это же нонсенс!

Если же мы на минуту забудем суровых степняков и перенесёмся в тропические джунгли, то и здесь встанет вопрос: зачем людям, снимающим по пять урожаев бананов в год с каждой пальмы, пахать и боронить? Откуда эта блажь?

Ну хорошо. Представим себе, что так оно и было. Презрев устои и здравый смысл, все принялись изображать из себя Мичуриных и Вавиловых. Но как эти люди, умевшие в лучшем случае обжигать концы палок для будущих копей да примитивные глиняные горшки – взяли и сообразили, как печь хлеб? Или они просто перетирали зерно в кашу?

Но настоящие чудеса ожидают нас дальше: учёные достоверно установили, что ареал произрастания диких сортов пшеницы как правило даже близко не соприкасаются с теми, где в 9-8 тысячелетиях до н.э. разразилась аграрная революция. Если говорить о Ближнем востоке, то там дикорастущие зерновые были сконцентрированы на юге современной Сирии. Более того – эти 14- и 28 - хромосомные растения вообще никак не способны дать жизнь 42-хромосомным сортам мягкого пшена Междуречья и Гималайских предгорий.

Никакое естественное скрещивание таких результатов не даст. Конечно, если в Вашем распоряжении (с учётом тогдашних технологий, вернее- их отсутствия) нет как минимум 50.000 лет на работу по закреплению полезных мутаций. А ещё лучше - какого – нибудь источника радиационного излучения. И то - не факт.

Даже владей шумеры с аккадцами техникой радиационного воздействия и прочей генной инженерии – такого не могло быть. Времени бы не хватило.

Давайте «зайдём с другой стороны» и обратимся к фольклору первых земледельцев:

абсолютно каждая цивилизация, начавшая ни с того ни с сего строить пирамиды из неподъёмных гладких скальных блоков, овладевать медициной, издавать законы, строить обсерватории и создавать подозрительно точные календари, в своих преданиях благодарила неких высших существ, что снизошли до них с небес и приобщили к собственным знаниям.

Энки – шумеров, белый бог Кецалькоатль – ацтеков, Осирис – египтян. И всякий раз это были строго персонифицированные личности, пришедшие «с небес» в составе немногочисленной группы, которая хотела в обмен на свои щедрые подарки либо помощи в добыче золота или меди, либо – в строительстве мегалитических укреплённых баз, либо просто внимательно исследовала местное население.

Чёткая специализация «богов», их таинственные и необъяснимые цели и задачи пребывания на Земле, а также оставшиеся после их визитов феноменальные научные «просветления», вроде увлечения ГМО-шными злаковыми, которых до их прихода на планете не было и в помине - заставляют задуматься о том, насколько хорошо мы представляем причины стремительного прогресса homo sapiens в неолитический период. Во всяком случае, такая теория содержит куда меньше внутренних противоречий, чем детский лепет о суперселекционерах в набедренных повязках, с медными мотыгами в руках…