«Офицеры никогда не были в войсках, отдают приказы и требуют соблюдать устав. Они его вообще читали?»

06.04.2018

Мы стоим в строю, не можем ни повернуться, ни заговорить. В остальных взводах курсанты могут спокойно переговариваться друг с другом, ржать. Но наш замкомвзвода помешан на уставе, хотя сам его, мне кажется, не просто не знает. Он к нему не притрагивался вообще. И такое в армии постоянно встречается.

Здесь дохрена «паркетников» – офицеров, которые всю жизнь провели в институте. Вот взять моего начальника курса. Он создает атмосферу настоящей армейской жизни, хотя сам никогда не был в войсках. Его зам такой же, но при этом постоянно требует, чтобы все было по уставу. Но он с настоящей армией не имеет ничего общего. Он как жил в институте, так и остался там. Мне интересно, они сами понимают, что творят и что требуют?

А у нас в авторитете офицеры, которые имеют реальный боевой опыт. Они обращают внимание на другие вещи. Нам доказывают, что личный состав – это самое ценное. Мне кажется, когда ты прошел через боевые действия, ты понимаешь, насколько люди важны для тебя. Само понимание службы меняется.

Нас учат чему угодно, но только не воевать. Что-то починить, где-то убраться, придумать что-то такое, чтобы понравилось начальнику института. Это вообще отдельная история. За сто километров можно увидеть его идеально чистое очко – настолько сильно его вылизывают все подряд. Офицеры бегают вокруг него, как собачки.

Пока Шойгу не стал министром обороны, у нас в институте творилось вообще что-то нереальное. На плацу можно было помыть машину, кто-то вообще проституток водил. Можно было еще себе завтрак на плите пожарить. Теперь все немного по-другому. Сейчас начали закручивать болты, вольностей стало поменьше.

Есть сожаление от того, что я сюда поступил. Я просто не вижу своего дома. Не знаю, как бы я выживал, если бы был не местным. Я еще хоть могу с родителями встретиться. А есть люди, которые приехали из Сибири и видят матерей и отцов раз в два года.

Поэтому я считаю, что отнимать сутки отпуска для курсантов – это самое жесткое наказание. Покурить в туалете стоит пять суток. Хотя по уставу нам могут выписать два наказания: сделать выговор и отправить в наряд. Но это правило всегда нарушается. У меня было много косяков, но мне даже выговор никогда не делали. Я только заступал в наряд, убирался или что-то покупал. Не давал взятку, а «улучшал материальную базу факультета».

До недавнего времени нельзя было курить. Сейчас можно, в курилке. А раньше мы где только не прятались. Везде, где нельзя. У нас было что-то типа соревнования – кто где покурил. Стоял я как-то с сигаретой, и тут вышел майор, который у нас считается самым жестким. Он иногда забирал военники, и чтобы их забрать и уйти в отпуск, нужно было пройти какой-то квест.

Отпуск – самое дорогое, что есть у курсанта. Здесь за них готовы выполнять всякую хрень. Чтобы пойти в зимний отпуск на день раньше, мы с пацанами фигачили туалеты: красили двери, все драили. Это нормально, на самом деле. Прибавка к отпуску – самая лучшая награда. Это как британский фунт в мире валют. Даже не, биткоин! Возьмем немного выше.

Увольнения не так нужны, особенно если у тебя в городе нет жены или друзей. Мне как бы эти увалы вообще не сдались. Меня только девушка пилить начинает, если я долгое время не выхожу.

Наши командиры любят, чтобы все было чисто. Мы постоянно наводим пену: разводим мыло в воде и разбрасываем эту массу по полу, потом собираем совком и протираем влажной тряпкой. Становится просто нереально чисто. Такое отношение, мне кажется, заседает в мозгах. Каждый раз, когда я приезжаю домой, я обращаю внимание на каждую соринку и пылинку.

Воевать нас не учат. Единственное, что я реально научился делать в армии – это общаться с людьми. Я могу спокойно подойти и спросить что-нибудь у любого человека, и он мне расскажет. Если речь не идет о секретных данных, конечно. Подвешенный язык – первое качество, которое важно для солдата.

Какие еще? Любовь к порядку и умение делать то, чего не хочется. В армии тебя просто заставят. Хочешь, не хочешь, но тебе придется выполнять приказы, даже самые тупые.