Коронавирус в Китае: почему возникла паника

2 February

Ученые рассказали, чего стоит бояться в эпидемии нового коронавируса

«А потом врач упал замертво прямо в больнице, у него изо рта пошла пена», – такие сообщения «очевидцев» можно легко найти в социальных сетях, где вовсю обсуждается новый «смертельный» вирус. Счет погибших перевалил за сотню, некоторые аптеки под шумок сбывают «фуфломицины», призывая защититься от неизвестной напасти, а туристы меняют планы, отказываясь от поездок в Таиланд, где тоже зафиксированы случаи заражения новым вирусом. Скептики же рассуждают о мировом заговоре, политике США и прибылях фармкомпаний.

Итак, что известно достоверно? По данным ВОЗ, на 29 января 2020 года коронавирусом заражены 4593 человека (из них в Китае 4537). Данные Национальной комиссии по здравоохранению Китая различаются: по их данным, число зараженных составляет 6053 с учетом инфицированных во всех странах. Еще 60 тыс. человек находятся на обследовании, 103 поправились, 132 человека умерли.

Туристическая отрасль наряду с фондовым рынком страдают больше других: Роспотребнадзор и Ростуризм рекомендовали россиянам воздержаться от поездок в КНР, туроператоры и турагентства приостановили реализацию туристских продуктов и отдельных туруслуг в Китай. Власти самого Китая ограничили выезд туристов за пределы страны.

«Занимательное кино»

Биолог и научный журналист Ирина Якутенко видит главную угрозу нового вируса в наличии социальных сетей, сеющих панику: «По тем данным, которые мы имеем сегодня, новый вирус не может сравниться даже с гриппом – ни по заразности, ни по смертности, – хотя никто точно не знает, сколько людей заражается гриппом. ВОЗ приводит данные только по серьезным случаям заболевания – т. е. когда всё плохо и человек дошел до больницы или вызвал врача. Таких в год 3–5 млн, из которых 250–650 тысяч умирают. Это 8–13 %. Но. Огромное большинство людей с гриппом чувствуют себя сносно ну или, по крайней мере, терпимо и к врачам не обращаются. То есть в статистику не попадают. Еще немалому количеству людей ставят диагнозы типа ОРВИ, они тоже в статистику по гриппу не попадают. Цифры огромные, куда больше, чем 132 человека. Но к гриппу все уже привыкли, большинство людей его вообще от простуды не отличают. И не понимают, насколько грипп на самом деле опасное заболевание с вероятностью очень плохих осложнений и высокой летальностью. Мы адаптировались к привычному злу и перестали его замечать, не считаем проблемой».

О том, что паника нагнетается в социальных сетях и СМИ, отмечает и научный сотрудник института иммунологии, к.б.н. Юлия Дагиль: «Паника может возникать от незнания фактов: это свойственно человеку – бояться нового и непонятного. В Китае это также является проблемой. Именно поэтому власти там сейчас в срочном порядке вводят специальный закон, который предусматривает наказание за распространение слухов. Некоторые китайские сайты помещают неподтвержденные новости про эпидемию именно в раздел «Слухи». Следует отметить, что летальность нового вируса чуть ниже 3 %, что значительно меньше, чем у того же SARS-CoV (атипичная пневмония) или MERS (коронавирус, наделавший шуму в 2015 году).

Разбогатеть не получится

Почему же мы так легко поддаемся панике? Человек – существо стадное, и пока одни репостят картинки про то, что маски не спасут от вируса, но зато мытье рук убережет от гибели, другие гадают, почему вирусы возникают стихийно и всегда в разгар какой-то политической «заварушки». «Мы просто обсуждаем вариант глобальной манипуляции общественным сознанием», – написал в одной из групп на Фейсбуке пользователь. Ищи, кому выгодно, – гласит старинное римское правило. Главным выгодоприобретателем могут стать фармакологические компании. Или всё же не могут?

«Фармкомпании, скорее всего, не успеют создать ни вакцину (предварительно ожидается, что испытания начнутся не раньше лета), ни тем более лекарство. К этому времени все уже забудут про коронавирус, потому что удастся купировать его распространение. Поэтому идея «заработать на вакцинах» сомнительная. В случае с лихорадкой Эбола вакцины разрабатывали, но до ума довели только одну – причем ее создала некоммерческая компания, а позже Merck выкупила права. Но те деньги, которые компании получат от вакцинации относительно небольшого числа людей, не сравнить с бюджетами, которые они зарабатывают на производстве какого-нибудь нового лекарства от рака или таблеток для сердечников», – комментирует Ирина Якутенко.

По ее мнению, паника создается нами самими: «Это самый настоящий экшен, сериал. Изменение числа жертв в прямом эфире, закрытые города, люди в клевых защитных костюмах, тепловизоры, истерящие родительские чатики с требованиями срочно сообщать, кто был в Китае, страшные сообщения чиновников от здравоохранения, от кого и как коронавирус передается. Это же реально, как в кино, только по-настоящему. А зачем мы ходим в кино? За эмоциями, которых в реальной жизни не так-то много: дом – работа – дом, привычные пьянки с друзьями, прогулки с собакой, болезни ребенка. Всё это мило и хорошо, но накала нет. А тут раз – и зомби-апокалипсис наступил. Сердце бьется, ладошки потеют, класс».

Шансов умереть от инфаркта или в ДТП гораздо больше

Отлично, можно немного расслабиться и свыкнуться с мыслью, что шансов умереть от остановки сердца или в ДТП у нас гораздо больше. И, тем не менее, куда «исчезают» вирусы, посеявшие панику годы назад и унесшие сотни жизней? Мы так быстро забываем про них или же понимаем несостоятельность их угроз? Вспышка атипичной пневмонии в 2002–2003 годах в Китае унесла жизни 650 человек, а всего по миру – 774. Сегодня о ней не слышно. Человек победил?

«После эпидемии в мире возникали спорадические случаи заражения SARS-CoV, но последний был давно, в 2004 году. Распространение вируса удалось остановить в основном за счет введения разнообразных ограничительных мер и жесткого противоэпидемического контроля, так как известно, что когда скорость передачи вируса падает ниже 1 (у 2019-nConV сейчас этот показатель в районе 2,6), число новых случаев постепенно уменьшается и эпидемия затихает», – комментирует Юлия Дагиль. 

С ней согласна и Ирина Якутенко: «Действия, предпринятые правительством, прежде всего, в Китае, оказались эффективны. Был введен жесткий карантин, заболевших сразу изолировали, многие публичные места были закрыты, отменялись массовые мероприятия, медперсонал строго соблюдал технику безопасности. Цель всего этого – прервать цепочки передачи вируса. Когда это произошло, распространение инфекции закончилось. Чтобы купировать нынешнюю вспышку коронавируса, нужно проделать то же самое. И тогда уже через несколько месяцев никто не вспомнит такого слова – точно так же, как много лет никто не вспоминал про атипичную пневмонию». 

Что же касается версии с биологическим оружием, которое якобы разрабатывают в Китае, поэтому время от времени там случаются утечки опасных вирусов, то эксперты объясняют это совсем другими причинами. Во-первых, более слабой (по сравнению с европейской) системой медицины, а во-вторых, традициями, в том числе кулинарными. В Китае, как и в других азиатских и африканских странах, не гнушаются приготовить блюдо из тех же мышей, змей и других животных. Контактов с ними больше, шансов на заражение – тоже. А вот когда заболевание начинает распространяться, то знаний и опыта медиков в таких странах не хватает для быстрого реагирования, на помощь приходят коллеги, и вирус купируется. История, повторенная многократно.

«Современные способы передачи информации сами по себе являются вирусом, который похлеще коронавируса всех нас тут заразит», – горько шутит Ирина Якутенко. Купить маску, прочитав новости про коронавирус, – это слабое утешение. Паника и состояние напряжения очень вредны для организма, а сердечно-сосудистые заболевания по-прежнему на первом месте в списке причин смертности в России. «Большинство людей, обладая этой информацией, не меняют свой образ жизни, продолжают есть много вредной пищи, быстрые углеводы, не занимаются спортом, курят и пьют. На фоне последствий от такого наплевательского отношения к собственному здоровью риски, связанные с коронавирусом, ничтожны».