Пожар на танкере "Лиски" в Туапсе, апрель 1964 года

Прочитал на украинском портале "Сегодня" байки старого моряка. В том числе и о том, как он "спасал Туапсе" в апреле 1964 года.

...однажды ему пришлось спасать целый город от экологической катастрофы. "Как-то мы прибыли в Туапсе для перекачки нефти — стремились обогнать Америку — и вместо положенных четырех тысяч тонн в час увеличили подачу до шести. В результате образовалась течь, и разлив нефти заполыхал. Все шло ко взрыву, а на борту танкера находились жены моряков и дети. Весь экипаж старался потушить пожар — у многих обгорели руки... Нам просто чудом удалось вырваться на внешний рейд и избежать взрыва. Позже аналитики подсчитали, что если бы рвануло, то порт Туапсе был бы заполнен горящей нефтью на 60 см, а от города бы осталось пепелище", — говорит моряк.

Под фотографией города размещена запись: из Библии сейчас Туапсе — маленький городок, который стремится развиваться благодаря туризму, а несколько лет назад он мог сгореть дотла из-за разлива нефти. Долгие годы после инцидента жители благодарили моряков.

По закону жанра, принятого сейчас на Украине, нужно выпячивать сэбэ и умалчивать о других. Почему-то он умолчал о поведении команды финского танкера "Сигни", при первых сигналах пожарной опасности покинувших своё судно. Трусливо прыгающих за борт, перепрыгивающих на пирс, спускающих шлюпку. Только капитан Якоб Доннинг и его старший помощник остались и продолжали бороться с огнём.

Капитан порта внес некоторые уточнения. В своем протесте Доннингу он писал:

"Большинство вашей команды, возвратившейся из города, было в нетрезвом состоянии.

На судне не было принято каких-либо мер по ликвидации пожара. Вся команда в паническом состоянии покинула борт танкера, что значительно затруднило береговым пожарникам борьбу с огнем. Для ликвидации пожара на нефтепирсе требовалось немедленно отвести танкер от причала. Однако это оказалось невозможным, поскольку не была готова машина судна, не было пара для подъема якоря".

Как писал впоследствии капитан порта Н. Корсак:
"Пламя, выходившее из-под пирса, между пирсом и бортами танкеров, легким вестовым ветром отклонялось в сторону танкера "Сигни". Так как с возникновением пожара экипаж танкера "Сигни", кроме капитана и его старшего помощника, покинул судно, борьбу с огнем вести было некому, средняя надстройка "Сигни" загорелась, и пламя быстро охватило все надстройки".


Итак, горел нефтепирс, горел танкер "Лиски", горел никем не управляемый танкер "Сигни". Взрыв должен был произойти, как только нагреются пары нефти.


На "Сигни" огонь охватил ящик с ракетами на спардеке. Такие ракеты есть на каждом судне, и их выпускают по одной, когда надо дать сигнал бедствия или по другим причинам привлечь к себе внимание в море. А сейчас они стали рваться пачками. Красные, синие, зеленые фейерверки взметались с окутанного дымом судна и били во все стороны. Они достигали "Лиски", тоже охваченною пламенем.

На всех флотах существует "Расписание по тревоге". Это точное распределение обязанностей и мест - кто куда должен бежать, где находиться, что делать при любых несчастьях, могущих свалиться на судно. Ни в одном "Расписании" мира не сказано, что по сигналу пожарной тревоги надо прыгать за борт или другим способом покидать судно. Вообще покинуть судно можно только по приказу капитана.


Видимо, моряки с танкера "Сигни" плохо знали "Расписание тревог". Как только раздался сигнал, бросились за борт боцман Лённблад Свен-Олиф, второй помощник капитана Хусель Стиг Р., старший матрос Полтилла Вильо и еще добрый десяток моряков. Прежде чем они достигли воды, ее покрыла лавина нефти.


Огонь был пока далеко, но тело, омытое нефтью, не может дышать. Надо смыть нефть, иначе человек погибнет.


Берег был совсем рядом. Туда и ринулись, обгоняя друг друга, люди с черными от нефти лицами и слипшимися волосами. Их тут же отправили в больницу; "смыть" нефть надо сухой горчицей, определенным, известным врачам способом.


Остальные члены экипажа "Сигни" поняли, что прыгать в нефть рискованно, тем более что ее настигал огонь. Наиболее оперативные, уцепившись за швартовые концы на баке и корме, быстро перебирая руками, устремились к пирсу. Некоторые из них сорвались в воду, но серьезных повреждений не получили. Остальная часть команды тоже благополучно спаслась, успев спустить с кормы шлюпку. Эти и вовсе не пострадали.
Не могли остановить бегства капитан Якоб Доннинг и его старпом Эрола Ойва. Но сами они, как истые моряки, оставались на борту до последнего момента, конечно, понимая, что в любую минуту танкер может взорваться.

Что же происходило в порту в то время, когда капитан танкера "Лиски" принял решение выйти из порта.

Обрывая, как нити, оставшиеся необрубленными швартовые концы и нефтеналивные шланги, судно отошло от пирса, винтами отгоняя пламя на воде. Из жерл нефтяных шлангов, свесившихся за борт, били огненные струи, точно из реактивного двигателя. Танкер уходил от мощнейших береговых средств тушения пожара. Уходил, чтобы не погубить порт и, если придется, погибнуть одному. С берега смотрели на горящий танкер, на огненные струи оборванных рукавов семьи экипажа.

Едва "Лиски" отошел, как у его левого борта появился морской буксировщик "Дедал". Это был отчаянный шаг маленького экипажа, рисковавшего жизнью, ко он сыграл решающую роль для жизни "Лиски". Буксировщик направил водяные струи на борт танкера и, двигаясь за ним, сбивал пламя с этой почти недоступной для самого танкера площади, охваченной огнем. "Дедал" бесстрашно следовал за судном, готовым взорваться, и окатывал водой надстройку, каюты, переборки.


На судно не успели попасть десять членов экипажа, находившихся в увольнении. Раздобыв где-то катер, они готовы были отчалить вдогонку "Лиски", когда их остановил крик судового врача Любови Родионовны Смирновой.


- Меня подождите! - кричала она, подбегая к причалу.
- Куда вам в такое пекло?! -махнул кто-то рукой и, обращаясь к мотористу, скомандовал: - Пошли!
Катер оттолкнули от причала, и все увидели, как эта немолодая женщина в каком-то неестественном и страшном прыжке полетела за борт.
- Как вам не стыдно?! - чуть не плача, упрекала она товарищей, успевших подхватить ее на руки.
Катер подходил к борту "Лиски". Опасность взрыва еще не миновала. С палубы кто-то кричал:
- Назад! Немедленно назад, капитан запретил подниматься.
Это был приказ капитана, который отказался выполнить экипаж. Первым ухватился за штормтрап комсорг Валя Кирсанов, потом штурман Синеокий, Пилипенко, за ними потянулись Смирнова, Шевченко, Перекрест, Ревтов...


С полным составом экипажа "Лиски" уходил на внешний рейд. Задыхаясь в дыму и жаре, держала максимальные обороты машинная команда. Снова включили вентиляторы, и стало легче. Матросы и штурманы добивали гаснущее пламя.


- Спасибо за помощь! - кричал капитан в мегафон, махая рукой буксировщику "Дедалу". - Теперь сами справимся, опасность миновала.
Капитан "Дедала" Сигидов взял курс к пирсу.

Английское судно, стоявшее далеко на рейде, забило огненным тире, вызывая "Лиски".И начальник радиостанции Николай Невечеря принял:
"Восхищен вашей героической борьбой с огнем. Поздравляем с победой над грозной стихией. Капитан "Оверсиз Эксплорер".

полностью стр.34-36

Позднее "Лиски" был переименован в "Новороссийский партизан".

А вот как охарактеризовал поступок туапсинцев и команды танкера "Лиски" журналист Аркадий Сахнин:

Советские моряки помогли потушить пожар и на финском танкере «Сигни». Что же побудило наших моряков сознательно идти на смертельный риск, почему не покинули они горящее судно, которое каждую секунду грозило взорваться? «Они подчинялись только одному зову, зову сердца советского человека. Объяснять их поступок — значит объяснять все существо советского строя, все величие и одухотворяющую силу наших идей».

Может быть поэтому украинский портал "Сегодня" подал материал, как единоличную победу исключительно украинцев?...

#Туапсе #история #танкер #Лиски #СССР