Зомби волку человек

<100 full reads
234 story viewsUnique page visitors
<100 read the story to the endThat's 21% of the total page views
16,5 minutes — average reading time

Зомби волку человек

Летним вечером Лида и Олег гуляли по городу и не могли наговориться. Со стороны они выглядели странно сочетающейся парочкой: хрупкая шатенка лет двадцати и высокий мужчина раза в два старше.

Мимо проворчала машина и скрылась во дворе. Лида проводила её взглядом. Водитель вряд ли их запомнил. Да и особых примет не было. Только она едва доставала макушкой Олегу до плеча. Мелкая… Прозвище прицепилось со школы.

Лида крутила на пальце тонкое серебряное колечко: новое украшение мешало.

– Нафига тебе я, а мне ты? Вот объективно и без обид? Зачем я тут? – выдавила из себя Лида.

– Ты у меня спрашиваешь? Да я сам в шоке, – произнёс Олег и улыбнулся.

– А я, может, и не хотела идти на встречу к…

Лида замялась. Не зная, что сказать, сняла кольцо, повертела в пальцах.

– К козлу вдвое старше тебя? – спокойно сказал Олег.

Пальцы Лиды стали непослушными. Колечко выскользнуло, звякнуло об асфальт и укатилось во тьму. А сегодня было полнолуние. Дурацкая игра с украшением приблизила финал. Она поищет его потом, когда всё будет кончено.

– Не надо так, – с трудом проговорила Лида. – Я о другом. И вообще. Мы теперь идём вот тут. Только всё это нелогично. Мы оба сегодня нелогичные.

Олег запрокинул голову и вгляделся в небо.

– Я говорю о том, что вижу, – продолжила Лида.

– Ну, тогда логика в нашей прогулке есть. – Олег заправил прядь Лидиных волос ей за ухо. Пальцы коснулись бы её щеки, но Лида сделала шаг назад. Олег не удерживал. Она отвернулась. Даже если побежать, уже ничего не исправить.

Ночной прохладой по горевшей коже заскользил ветер. Между домами показалась луна. Лида ощутила, как распираемое внутренним давлением лицо вытягивалось в морду. С легкой щекоткой кожу покрыла шерсть. К лучшему, что серебряное кольцо, которое сдерживало превращение, потерялось. Не придётся разочаровываться в Олеге. Он не заставит страдать. Мужчины способны на это. А так она утолит голод зверя, который уже несколько дней настойчиво напоминал о себе.

Лида зарычала и оттолкнулись от асфальта – она развернулась в прыжке и повалила Олега. Зубы клацнули у его горла, но Лида в последний момент отпрянула. Открытое голубоглазое лицо превращалось месиво из полусгнившей кожи и запёкшейся крови. В нос ударила вонь разложения. Лида с огромным усилием вернула себе #человеческий облик , на мгновение тело свело судорогой, захрустели суставы. Восстановив дыхание, смогла выговорить:

– И ты тоже?..

– Аналогичный вопрос. Предупредила бы.

Лида поднялась, а Олег остался на земле.

– Тебе помочь встать?

– Не, я хоть и #мертвец , но всё-таки ходячий.

Со вздохом Олег поднялся. Пальцы с белевшими сухожилиями скользнули в карман за сигаретами – он закурил.

– Давно вот это с тобой? – спросила Лида.

– Чувство времени, знаешь ли, теряется, когда ты #зомби.

– Не хочешь, не говори. А я где-то месяц такая. После больницы... – Лида на мгновение задумалась. – Неважно. Когда полнолуние, как сейчас, превращаться в волка легче, но обратно труднее.

Она нервно почесала за ухом, потом шею. Мучил зуд, и на коже выступили красные пятна: у Лиды в человеческом облике была аллергия на свою собственную шерсть.

– Насекомые не донимают?

– Предлагаешь купить противоблошиный ошейник?

– Он бы тебе пошёл.

– Спасибо, – Лида ответила холодно и сменила тему: – Когда мы вон там проходили, я обронила колечко. Поможешь найти?

– Чей-то подарок?

Лида я усмехнулась: неужели этот ревнует? Она включила фонарик в смартфоне и села на корточки. Луч света выхватывал пучки травы, трещины в асфальте и крышки от пива, но не кольцо.

– Не-а. Купила, чтобы сдерживаться. #Серебро и #оборотни – все дела.

– Значит, ты не собиралась меня изначально… того, раз пришла с кольцом? Успокоила.

– Обращайся. А ты кого-нибудь ещё встречал? Из таких...

– Ты первая. – Олег водил ладонями по газону не обращая внимание на битое стекло.

– Плохо.

– Почему? – Он выдернул осколок из пальца и бросил на землю. Кожи на лице у Олега почти не осталось, и его мимика угадывалась плохо. Поэтому Лида никак не могла понять, больно ему или нет.

– Слушай, может, всё-таки есть какая-то организация? – робко спросила она.

Лиде представилось, что ей придёт приглашение в тайное сообщество нелюдей. Обязательно в плотном конверте и с надписью «#совершенно секретно ». Но Олегу не сказала.

– Сомневаюсь. А зачем тебе? – спросил он.

– Хочу опять стать человеком.

Лида отвела взгляд. Губы предательски затряслись, в носу защипало. Захотелось выть.

– Держи.

Олег протянул кольцо. На чистой, без язв ладони.

– Значит, ты тоже реагируешь на луну? – спросила Лида.

– Как видишь. Давай хоть до дома провожу.

– Думаешь, меня по дороге в цирк заберут?

– Нет, хочу знать, где ты живёшь.

– Тогда нельзя. Да и тут недалеко.

И Лида опрометью бросилась во двор.

Олег в тот вечер не сказал ей главного. Только спустя время он найдёт в себе мужество признаться.

А в день их первого свидания Лида была в приподнятом настроении. Нашёлся кто-то, способный понять её. Это подарило надежду. Вот только на что?

– Мам, я дома! – сказала Лида, разуваясь в коридоре.

– А это ты, Лида, – мать вздохнула. – Видишь ли, ты сегодня опять поздно, Арина такого себе не позволяла.

– Так получилось, – голос Лиды зазвучал жёстко.

Ей самой это не понравилось. Мать же не обратила внимание.

– У Ариночки на могилке цветы быстро увяли, а моя девочка так любит свежие, поэтому надо привозить каждый день. Видишь ли, жара такая бешеная...

– Тётя Юля просила не ездить часто на #кладбище . Она же психолог и видит, что этим ты изматываешь себя.

– Не вам с Юлей решать. Арина же моя дочь!

Мать хлопнула ладонью по столу.

– Я тоже! И я живая, а она…

– Замолчи!

– А то что? Ты всегда больше любила её! – зло закричала Лида.

Она бросилась в ванную. Голова пульсировала от боли. Щелчок шпингалета. Закрыла лицо руками – ладони коснулись шерсти. Сердце заколотилось. В ванной не было окон, чтобы пропускать #лунный свет . Так почему же она снова #волк ? Включила лампочку, встроенную в раму над зеркалом. В отражении блеснул хищный оскал. «Это не я!» – вертелось в голове, а из глотки вырывалось глухое рычание. Даже кольцо не помогало сдерживать #превращение . Или оно всегда действовало как плацебо? Лида со злостью сорвала его и швырнула в раковину. Кольцо с громким звоном отскочило и покатилось по кафелю.

– Доченька, что ты делаешь? – мать стояла под дверью.

В голове у Лиды помутилось – тянуло выть и рычать одновременно. Пока руки не стали лапами, заткнула пробкой слив в ванне и открыла кран. В нетерпении, пока она заполнялась, Лида скребла когтями по плитке. Потом оттолкнулась и запрыгнула, расплёскивая холодную воду.

– Открой! Прости меня! – Мать колотила в дверь.

Стуча зубами, Лида вылезла из воды и открыла.

– Всё будет хорошо, – сказала мама.

Они обнялись, и сквозь материно быстро промокшее траурное платье Лида чувствовала, какая она тёплая.

– Мамочка, я люблю тебя.

– И я тебя люблю, Лидонька. Мы справимся, потому что мы будем вместе. Обещаю.

Перед сном Лида написала Олегу: «Там же и в то же время. Завтра».

– Я едва её не убила. – Лида держалась за голову и ходила перед скамейкой, где сидел Олег. – И у меня до вчерашнего всегда была аллергическая реакция на свою волчью шерсть, а теперь зуда нет. Организм как-то адаптируется к тому, что я больше не человек. А если в следующий раз я не смогу вернуть нормальный облик? Надо это прекратить. Сегодня опять полная луна. Я не знаю, что делать. Почему я превратилась в помещении?

– Я должен признаться…

– В чём?

– Я думаю, что знаю одно средство. Нам надо вернуться в больницу. Ведь это началось после того, как ты побывала там? Ты только поверь: может выглядеть бредом...

– Меня, оборотня, просит поверить в какой-то бред зомби? Да я готова верить в барабашек и Хогвартс, лишь бы это помогло.

На кряхтящем автобусе они добрались до больницы.

– Тут во дворе сирень, мне санитарка говорила, что она странная: все цветы с пятью лепестками, – сказал Олег.

– Ну?

– Ты что не слышала? Вот молодёжь пошла, ни хрена не соображает. Если съешь сирень с пятью лепестками, то желание исполнится.

Они торопливо обогнули здание и оказались во внутреннем дворике.

– И где твоя сирень? – Лида огляделась.

– Была тут.

У края лужайки зияла неглубокая ямка. Олег шумно выдохнул.

– У тебя, когда волком становишься, должен обостряться нюх. Превращайся.

– Не могу. Луна за облаками.

– Но ты же сказала, что в квартире чуть не напала на маму? Там же луна не тебя не светила.

– Да.

– Что заставило превратиться?

– Я поругалась с мамой.

Олег прищурился и набрал воздуха в лёгкие:

– Дура!

– Не работает. – Лида растерянно поглядела на него и пояснила: – Я знаю, что ты сейчас специально на меня кричишь.

– Блохастая.

– Ничего.

– У нас не так много времени. Надо искать способ, сутулая псина!

Лида пожала плечами. И Олег сгрёб её – она пискнула. Его руки скользили по Лидиной спине, спустились ниже и сжали ягодицы. Она задрожала от возмущения и забарабанила Олега кулачками по груди.

– Совсем свихнулся! – Лидин вопль захлебнулся в рыке.

Олег успел оттолкнуть зверя. Но зубы громко щёлкнули у лица.

– Получилось! Ты и вправду можешь превращаться не только из-за луны, но и от сильных переживаний.

Он сел на корточки перед Лидой и улыбнулся. Спокойствие Олега передалось и ей. Он погладил её по жёсткой шерсти на загривке. Лиде было приятно.

– Пожалуйста, попробуй взять след. Это наш шанс.

Лида склонилась к земле. Десятки запахов устремились в ноздри. Пришлось сосредоточиться, чтобы выявить тот самый.

– У! – Лида ткнулась носом в тёплую ладонь Олега.

Он кивнул. Лида неслась через ночной город. Олег едва за ней поспевал. Лида ощущала мощь крупного тела из крепких мышц и мощных костей.

Ей нравилось вот так бежать и не думать! И очень хотелось выть на луну, она раскрыла пасть и вдруг вспомнила вкус крови…

Лида остановилась. Нет-нет! Она человек, она родилась человеком и умрёт им! Олег догнал её, тяжело дыша. Они добрались до железнодорожной станции. Лида мотнула головой вперёд – не время для душевных мук. Если похититель сирени сел на электричку, то волшебных цветов не найти даже с обонянием оборотня. Она заскулила от отчаяния. Станция была уже совсем близко. Аромат сирени смешался с запахом креозота, потных людей и окурков. Луна была высоко, и где-то вдалеке стучал поезд.

Внезапно аромат сирени повёл Лиду в сторону от платформы. Она побежала к домишкам, тянувшимся одноэтажной россыпью вдоль рельсов. Вдруг Лида повернула за угол и замерла у покосившегося забора.

– Ты где? – позвал, оглядываясь, Олег.

– Сирень здесь. Пошли, – сказала Лида, вернув усилием воли человеческий облик. От стремительного превращения брызнули слёзы.

– Мы прям так вломимся и спросим, не вы ли стырили волшебную сирень?

– Есть другие идеи?

– Надо осмотреться.

Они пошли вдоль забора, вглядываясь в чёрные окна дома. Внезапно Лида остановилась и зажала рот ладонями, чтобы не закричать от увиденного.

– Ты чего? – удивился Олег.

– Ту-да-да смо-отри.

В огороде орудовало нечто. Два щупальца протягивались над грядками вырывая сорняки, а другое ловко управлялось с лейкой. Мышечные отростки тянулись к крупному телу, укутанному в цветастый халат.

– Ёлы-палы, – прошептал Олег, – готов поклясться: ещё утром у неё были ноги.

– Ты её знаешь? А говорил, что я единственная из твоих специфичных знакомых.

– Ревнуешь?

Лида хихикнула.

– Это Анна Ивановна, санитарка из нашей больницы.

– Что происходит? Она же...

– Съела цветы, – закончил за неё Олег.

– Тогда вопрос в том, осталось ли что-то для нас.

А замерли они с Лидой под луной. От её света Лида с тяжким вздохом снова стала зверем, а Олег, отвернувшись, сжал кулаки, вновь покрытые трупными пятнами. Но его голос прозвучал весело:

– Не вешай нос. Это нам даже на руку. Хорошо, что ты превращаешься не в хомячка.

Лида фыркнула. Одним прыжком она перемахнула через невысокий забор, а Олег – следом.

– Кто здесь?! – взвизгнула Анна Ивановна.

Её массивный корпус резко повернулся к ним, а щупальца угрожающе сжали тяпку.

– Анна Ивановна, нехорошо выкапывать сирень с территории госучреждений. Мы с Лидой этого не одобряем.

– Олег Петрович? – Тяпка выпала из упругого захвата. – Отвратительно выглядите. Ой! И вы тоже...

– Цветы. Нам нужно всего чуть-чуть.

– Я бы с радостью, да нет их. Что осталось – я съела. Загадала, чтобы ноги больше не болели. Что ещё мне надо? А оно вона как вышло.

Анна Ивановна похлопала по щупальцам.

– Точно цветов не осталось? Лида проверит?

– Дом не заперт. А куст я посадила у крыльца. Смотрите.

Лида обежала пятачок земли, а потом зашла в дом. Обострившиеся слух уловил разговор Олега с санитаркой.

– Что ж ты загадал, чтобы стать вот этим? – спросила Анна Ивановна.

– Неважно. Но я и не знаю, жалеть ли о том желании.

Луна, наконец, затянулась дымкой, и очень бледная Лида вышла человеком.

– Вы правы. Ничего, – сказала она, и её губы по-детски задрожали.

– А зачем так расстраиваешься, голубка? – Анна Ивановна всплеснула руками. – Волк – красивый зверь. Легенд-то и сказок не счесть. А ты теперь их часть. Чего рыдаешь?

– Я себя боюсь! – Лида всхлипнула.

Санитарка вздохнула и протёрла лоб платком из кармана халата.

– Тише-тише, давайте хоть чаем напою.

Уже на ногах Анна Ивановна прошла в дом, Олег последовал за ней, увлекая и Лиду внутрь.

Не понимали они, как это – глядеть на мир глазами волка. Умирая в скорой, сестра Арина посиневшими губами шептала имена тех троих, кто изуродовал её тело. Ошибки быть не могло.

– Да я бы их голыми руками порвала, если бы могла. – Лида неотрывно смотрела на ладони в побуревших кровавых разводах. – Сволочи, звери, эти трое всегда вместе… Они нам прохода не давали… Держись, сестрёнка, помощь уже близко.

В больнице констатировали смерть Арины. Обессиленную Лиду отпаивали валерьянкой. Когда она вернулась домой, стало происходить что-то странное. Уже той ночью Лиде снились реки крови, прохлада леса и запах сырой земли. Наутро она с испугом уставилась на свои руки: под обломанные ногти глубоко забилась грязь. Тогда она ещё ничего про себя не понимала. Но всё очень скоро прояснилось.

Однажды вечером Лида не нашла в себе сил, чтобы пройти мимо, когда наткнулась на развесёлую компанию. Или зверь сам вышел на их след?

Ублюдки, как обычно, присвистнули, увидев её, и похабно заржали. Они были уверены в своей безнаказанности.

Лида хотела им мучительной смерти ровно до того момента, когда её кожа покрылась шерстью, а из горла вырвался вой. Расправы теперь желал сам зверь, а не маленькая слабая Лида, которой волк плохо повиновался. Оборотень ринулся и сбил с ног сразу двоих. Разорвать им горло удалось быстро и просто. Третий, их главный заводила, неподвижно таращился на происходящее, скованный страхом. Лида повернулась к нему и впервые увидела его без гадкой ухмылки на толстых губах. Он вдруг очнулся от оцепенения, вскрикнул и побежал в подворотню. Волчица догнала его и прыгнула, толкая передними лапами в спину. Он упал, голова ударилась о мусорный контейнер. Мерзавец нащупал горлышко разбитой стеклянной бутылки. В его мутных от ужаса глазах мелькнула надежда. Он замахал перед собой острым стеклом, но волчица вцепилась ему в запястье. Хрустнула кость. Парень истошно взревел и выпустил оружие. Он сдался.

Луна ехидно наблюдала за расправой. Без стеснения, будто наслаждаясь зрелищем.

Потом морда утопала в горячем нутре, кровь стекала по губам и впитывалась в шерсть на груди.

Отныне в сознании Лиды остался отпечаток ужаса. Сестру она не вернула, а воспоминание о боли, что причинила, вызывало отвращение к себе.

Они сидели на застеклённой веранде домика санитарки. Лида глядела на кружку с чаем.

– Мне есть из-за чего расстраиваться, Анна Ивановна. Я хочу стать прежней. – Лида сделала большой глоток, обжигая горло. Закашлялась.

– А вы зайдите к нашему меценату.

– Зачем?

– Так он же и подарил саженец для больницы. Говорил, что из своего сада. Заграничный сорт.

Лида вскочила из-за стола и нетерпеливо бросилась к порогу, где, опомнившись, замерла.

– Спасибо! – сказала Лида.

– Чем могу, – ответила санитарка, разведя руками.

– Вы это, поосторожнее с конечностями, лишь бы не заметили те, кому не следует, – посоветовал на прощание Олег.

– Не дура.

Он кивнул и вышел с Лидой в ночь.

Олег отставал от Лиды, когда они бежали через лес. Она временами останавливалась, чтобы он не потерялся. Лида видела, что Олег очень старался, но ветки хлестали его по лицу, а ноги на каждом шагу норовили зацепиться за вздыбленные корни.

– Лида, я не успеваю за тобой.

– Ррр!

– Я не виноват, что живые мертвецы не могут бегать так же быстро, как оборотни.

Лида в два прыжка оказалась рядом.

– Ты чего?

Морда ткнулась Олегу в бок. Зубы сомкнулись на куртке, и Лида потянула его ближе к себе, потом легла на живот.

– Я точно тебя правильно понял?

Лида закивала ушастой головой. Не было времени превращаться обратно и объяснять. Он сел на широкую волчью спину и схватился за шерсть на загривке. Лида ринулась в чащу. Олег, конечно, не Иван-царевич, да и Лида не совсем Серый волк, но сказка оказалась реальнее, чем можно было себе представить. Страшная сказка.

Луна скатилась ближе к юго-западу, когда они добрались до загородной резиденции мецената. Забор скрывал особняк с круглой башней, оранжереей и парковкой.

– Нам бы в зимний сад, – проговорил Олег.

Он слез с волчьей спины, и Лида перемахнула через ограду. Она даже удивилась, что калитка запиралась на обычную задвижку: хозяева не сомневались, что к ним не сунутся. Став человеком, она, восстанавливая дыхание, впустила Олега. Потом они, чуть согнувшись, пробежали к оранжерее. Дверь оказалась открыта. Проходили вдоль рядов саженцев, когда послышалось раскатистое ворчание. Сторожевые псы подошли ко входу в зимний сад.

– Ищи сирень! – бросила Лида.

Не оборачиваясь, Олег метнулся по крайней галерее. Лиде было достаточно превратиться в волка, чтобы псы, поскуливая и визжа, бросились прочь. Довольная она продолжила искать сирень, уже не чувствуя боли от перевоплощения, прошедшего так естественно и привычно. Но ничего не отыскивалось. Было слишком много отвлекающих ароматов экзотических растений. Внезапно раздался приглушённый хлопок, и почти в тот же момент зазвенело стекло. Олег упал – Лида метнулась к нему. В нос ударил запах крови. Она вдруг ощутила голод и ткнулась носом в растущее багровое пятно у него на боку. «Нет!» – Лида зажмурилась и с лёгкостью вернула себе человеческий облик.

– Очнись, пожалуйста, вот так, – шептала она, пытаясь зажать рану. – Вставай, мы успеем сбежать. Ты только крепко держись за меня.

Побледневший Олег проговорил:

– Тебе жить надо, пусть даже так, волком. Вот, что главное. Уходи.

– Нет! – Лида отчаянно замотала головой.

И тогда он сказал:

– Из-за меня ты стала оборотнем.

– Не сейчас. Бежим, – сказала Лида и попыталась приподнять его.

– В больнице… это я принёс тебе стакан… там были цветы.

– И я загадала, что хочу быть сильной. – Лида на мгновение зажмурилась. – Я стала чудовищем.

– Видишь! Я врал всё это время. А теперь – спасайся, – произнёс Олег и из последних сил махнул рукой.

– Дурак! – закричала она.

Лида в человеческом обличии была гораздо слабее волка, поэтому она поспешно превратилась в зверя и разбила одну из стеклянных панелей в стене зимнего сада. Злые голоса звучали уже рядом. Лида зажала в зубах край ветровки Олега и потащила его на лунный свет. Прошло несколько секунд, и она выдохнула с облегчением. Олег, став зомби, смог сам подняться. От лунного света рана перестала кровоточить.

Той ночью сломя голову волчица с Олегом бежала через лес под треск и стоны бурелома. Хрустели сучья, и в разные разлетались листья. Мир смазывался в бесконечный поток. На востоке, за деревьями, небо порозовело. Значит, скоро пропадёт луна. Она и сейчас с каждой минутой бледнела и расплывалась.

– Стой, Лида!

Олег прокричал это вовремя. Оба они влетели в низкий кустарник уже обычными людьми. Теперь Олег пытался защитить Лиду. Он прижимал её к себе крепко-крепко. Она обхватила его тонкими руками и, пряча лицо у него на груди, прошептала:

– Мы живы.

– Кажись, – сказал Олег и улыбнулся.

Лида засмеялась. Звонко и свободно, словно ничего не произошло. Они долго брели к дороге и не сразу поймали попутку. У своего подъезда Лида уговорила Олега зайти на чай. Мать всё равно сейчас пошла навестить Арину. А от чая как-то внезапно захотелось целоваться…

Олег сел на кровати.

– В оранжерее я сказал «а», теперь надо бы сказать и «б».

Лида откинула с лица волосы и пристроилась рядом, кутаясь в одеяло.

– Я не представлял, чем оберенётся эксперимент. Как всегда – хотел как лучше. Если бы исполнилось ещё чьё-то желание, то это значило, что я не свихнулся, а открыл таинственный источник волшебства. Бред, конечно.

– Но ведь иначе мы бы не познакомились, – сказала Лида.

– А заслужила ли ты всё, что произошло потом?

– Я больше не жалуюсь.

Она прижалась к плечу Олега, который продолжил рассказывать:

– Эх, знал бы я, что после того ночного дежурства в мае грохнусь во внутреннем дворе больницы от инфаркта… За грудиной так сдавило, что не мог дышать, пот полился градом. Как угораздило рухнуть, задев низенький куст сирени? Помню: новая вспышка боли от удара о бордюр. Затошнило. На лицо упали мелкие бутоны. Даже щекотно было. И знаешь, мысль такая отчётливая и ясная: «Выжить. Любой ценой». Вдруг начал душить кашель. Тогда-то я вдохнул и проглотил цветы сирени. И боль прекратилась. Мгновенно. Я стал рассматривать куст. Все цветы были с пятью лепестками, как в тех россказнях, которые слышал в летнем лагере мальчишкой. Я не сумасшедший. Симптомы инфаркта так просто не пропадают. У всякого чуда должно быть объяснение. Тогда я стал присматриваться к пациентам и посетителям, выбирая достойнейшего. Идеальной оказалась ты. В экстремальной ситуации люди чётко формулируют свои желания. Как раз твой случай.

– Я могла бы принять это как комплимент, но не хочется.

Лида горько усмехнулась. Олег поцеловал её в макушку и продолжил.

– Помню, как ты рыдала над телом сестры, когда её увозили в морг. Ты причитала, что знаешь убийц. Я бросился в ординаторскую. В пластиковый стаканчик с крепким чаем добавил валерьянки и перетёртые цветы сирени, я их с той ночи носил с собой. От волнения высыпал всё, что было. Дурак, я хотел узнать, действует ли она на других. Загнанные в тупик люди не боятся формулировать самое потаённое, самое отчаянное желание. Ты всё ещё сидела в приёмном отделении и, не глядя, схватила стаканчик, залпом выпила содержимое. Поморщилась. Я едва дыша спросил, чего ты хочешь.

– Мне было очень плохо, и я ответила, что хочу быть сильной, – сказала Лида и погладила Олега по щеке.

– Уже той ночью я за свой эгоизм начал расплачиваться. Ноющая боль в груди заставила проснуться. В окне голым черепом желтела луна. Я заворочался, и ощутил трупную вонь. «Пожалуйста, пусть я сплю, пожалуйста, пожалуйста», – повторял я, шлёпая босиком в ванную. Как сейчас помню, врезался в темноте в стул, выругался лишь по привычке, а не от боли – её я не ощутил. Тогда стало невыносимо страшно. Это не был сон. Да и зеркало не обмануть. Я задержал дыхание, прислушался к себе. Сердце должно было сильно забиться от выброса адреналина, а оно вообще не сокращалось.

Дрожащими пальцами заполнял пакет за пакетом холодной водой, а потом забил ими пустую морозилку – нужен был лёд, чтобы остановить разложение. Поплотнее занавесил окна – кому из соседей понравится живой труп в доме напротив? Не подходил к зеркалу, мне самому видеть такое было отвратительно.

На кухне достал пачку успокоительных. Но сон не шёл.

Чтобы хоть как-то отвлечься, постоянно обновлял ленту новостей, стараясь не глядеть на собственные руки. Под утро посыпались сообщения о бойне в спальном районе. О ней я вспомню позже. Тогда же я решился позвонить в больницу и взял отгул. Медицина здесь бессильна, я как врач это прекрасно понимал.

Когда пропала луна, тело стало нормальным. Сердце снова вошло в забытый ритм. Ночь выглядела бредом. Мысли путались. Я боялся, что сошёл с ума. Но всё-таки отрубился. Подействовало снотворное. Очнулся уже в темноте. В жутком теле.

Через несколько дней, когда луна пошла на убыль, я вернулся в больницу: состояние поддавалось контролю.

Коллеги всё ещё стояли на ушах из-за того, что в начале недели привезли в морг. Врачи и младший медперсонал только и обсуждали зверскую расправу. От жертв остались кровавые ошмётки. Я начал догадываться, кто и почему разорвал троих крепких парней. Но вот только как? У меня перехватывало дыхание. Я всё гадал, кем стала хрупкая девушка, чтобы хватило сил на возмездие. Я решил разыскать тебя. Удалось это быстро – через интернет. Выяснил имя твоей сестры в регистратуре. Поиск в соцсетях не занял и минуты. Среди аватарок друзей погибшей отыскалась и твоя. А что было дальше – ты знаешь.

– Не представляю, как бы я жила без тебя… Что будем делать?

– У меня дежурство, – сказал Олег.

Он подобрал джинсы с пола и начал одеваться.

– Вот как, – сказала Лида и, укутанная в одеяло, резко поднялась.

– Я через часок, после планёрки, позвоню. Лид, не обижайся! Мне…

– Тебе нужно время, я поняла.

Когда Олег ушёл, Лида села в коридоре на табурет и без сил уставилась в одну точку. Отчего-то вспомнилось описание ожидания свадьбы Наташей Ростовой. Юная графиня думала, что так, даром, ни для кого пропадает её лучшее время, которое бы она употребила на любовь. Шестнадцатилетняя Лида не понимала Ростову. Даже нарекла капризной идиоткой, которая не может жить спокойно. Теперь же, спустя годы, у Лиды холодели руки от мысли, что Олег оттолкнул её. «Стоп! – сказала Лида себе. – Не тупи. Это всего лишь дежурство. Он обещал, что через час позвонит. Всё будет хорошо».

Телефон и соцсети молчали весь день. Так же и на следующий.

Три дня от Олега не было никаких вестей.

– Гад, какой же ты гад! – причитала Лида и по инерции всхлипывала, хотя слёзы кончились ещё минут сорок назад.

Хотелось громить, ломать и рвать на части. От обиды, боли и непонимания. Стоило забрезжить надежде на то, что нашла родственную душу и пережитые испытания имели хоть какой-то смысл, как жизнь развалилась на куски.

Лида вновь и вновь обновляла страничку Олега в соцсети, которую успела выучить наизусть. Когда закрывала глаза, вспоминалось его лицо с лучиками морщинок у глаз.

Прошёл ещё час. Лида кипела от злости. Нежные чувства к Олегу перешли в ненависть. Вот то, чего она всегда страшилась: её бросили. Лида обязана высказать всё, что думает об Олеге, прямо ему в лицо. Ещё надо обязательно влепить пощёчину. Она имеет на это право, хотя бы потому, что хочется. Он сломал ей жизнь. Да, конечно, Олег не бросил Лиду с двумя детьми, как отец оставил маму, но превращать себя в волка она не просила. Только где найти Олега? Лида до сих пор не знала его адреса. Тогда она пойдёт в больницу, в которой их история началась.

Лида оделась как можно эффектнее. Жёлтое платье прекрасно сидело на её фигуре. Потом она накрасилась. С первого раза получилось очень красиво подвести глаза. От злости. Довольная результатом, она поехала в больницу. Если Олега не окажется там, то можно поискать Анну Ивановну. Она по-женски поймёт и поможет.

Лида ждала их обоих целый час, но никто не мог ответить, где они. Ни санитарка, ни врач не выходили на работу уже три дня и трубки не брали. Что-то подсказывало Лиде: дело не чисто. И она отправилась к Анне Ивановне. Путь к санитарке был не столь стремителен в человеческом обличии, как в волчьем, но рисковать, оборачиваясь зверем, не стоило. Днём волк в городе всех напугает, ещё полиции ей не хватало. Лида остановилась у знакомого забора и нажала на кнопку звонка. Санитарка не вышла.

Порыв ветра распахнул калитку. Лида огляделась. Никого вокруг. Настороженно прислушиваясь, Лида прошла на участок. Её охватило беспокойство. Она, привыкшая к волчьим повадкам, принюхалась. Чем же пахло? Навязчивый аромат окутывал, бил в ноздри, отталкивал и манил. Пахло сиренью. Между дверью и косяком была зажата записка, надушенная ароматом проклятых цветов:

«Хочешь увидеть своего доктора, знаешь, где я тебя жду».

Лида опустилась на крыльцо, комкая бумагу. Сами собой навернулись слёзы. И было плевать на идеальный макияж. Лида сжала голову, пытаясь сосредоточиться. Глубокий вдох, медленный выдох. И она успокоилась. Если меценат хотел её видеть, то она не заставит себя долго ждать. Однако он пожалеет о том, что перешёл ей дорогу.

Через мгновение участок Анны Ивановны покинула не Лида, а волк. Серый, как ему и подобает, устремился к лесу. Очевидцы потом рассказывали друг другу, что взгляд у волка был страшный от того, что казался по-человечески осмысленным.

Кочки, поваленные деревья и пни не заставили Лиду снизить скорость. Она бежала, отталкиваясь мускулистыми лапами. Сотни лесных запахов окружали её, но главным для неё оставался лишь один – аромат сирени. Вскоре среди редеющих зарослей показалась башня особняка.

Лида принюхалась: да, Олег и Анна Ивановна уже близко. Калитка была распахнута. Раз Лиду ждали, то не следовало оттягивать момент своего появления в доме мецената. Лида мягко ступала по стриженому газону. Тело напряжено и готово к атаке. Скрип за спиной – калитку захлопнул охранник. Лида оскалилась.

– Не стоит угрожать моим людям, девочка, – сказал появившийся на пороге меценат. – Выглядишь ты чудесно: эта мощь и уверенность просто поразительны. Что на меня смотришь, как на врага? Ведь женщины любят комплименты. Заходи в дом, у меня деловое предложение.

Лида вглядывалась в его смеющиеся глаза. Нет, не стоит ему доверять, но если она не послушается, то не сможет помочь Олегу и Анне Ивановне. Придется повиноваться. Пока. Оставаясь в обличии волка, она зашла в дом.

Оглядевшись, Лида фыркнула. Вычурная позолота безвкусно поблёскивала на отделке мебели, люстре, похожей на спрута, побывавшего в объятиях царя Мидаса, и тяжёлой раме портрета хозяина особняка. На полотне меценат был чуть моложе, да и волос художник нарисовал побольше, он явно льстил заказчику.

– Не хочешь вернуться в человеческий облик? – предложил оригинал.

Лида мотнула головой и запрыгнула на кожаный диван напротив кресла, в которое сел меценат.

– Не доверяешь? – Усмехнулся. – А надо бы.

– Ваши условия? – просипела Лида.

– Я хочу наладить производство сыворотки, что подарит способность превращаться в зверя. Не для всех, разумеется, а лишь для тех, кто…

– Заплатит?

Меценат кивнул. Глаза его выглядели непроницаемыми за циничной усмешкой. Холёные пальцы переплетены на округлом животе. Из-под манжета сорочки блеснули золотые часы.

– Обеспеченным людям открыты многие радости жизни, но и они со временем надоедают. А вот умение изменить свою природу – это очень интересно. Я предлагаю партнёрские отношения именно тебе. Ты дашь кровь на анализ и для разработки сыворотки, а остальных я без вопросов отпущу.

– Зачем вам связываться со мной, если есть сирень? – как можно чётче проговорила Лида.

– Её эффект слишком непредсказуем. Кто знает, каково его самое заветное желание? Твой докторишка это доказал. Моим клиентам превращение в мертвяка не подойдёт, а вот в мощного зверя – другое дело.

– Где гарантии?

– Моё честное слово, – сказал он и засмеялся. – А если серьёзно, то сама подумай, зачем мне врать? Ты получишь свой процент за помощь в моём новом, я бы даже сказал, инновационном проекте.

– Сомнительная инновация, – не удержалась Лида.

– А это уже не тебе судить. Ну так что? Будешь хорошей девочкой?

Лида думала. Неужели ему мало денег? Он на своём «традиционном» бизнесе заработал достаточно, чтобы обеспечить себя всем, что только душа пожелает, а заодно и детей, и, возможно, внуков и правнуков. Значит, дело не в жажде денег. Он мечтал о силе, которую не купишь. Зачем? Страх. Он хотел безнаказанно наводить ужас. А какое дело до этого Лиде? Ей на игры больших людей плевать. Она сразу попросит, чтобы её избавили от способности превращаться в волка. Может, и Олегу с санитаркой помогут. Да в конце концов она с матерью живёт небогато, так почему бы не заработать?

– Дорогая, ты, как вижу, не можешь принять решение. Так позволь помочь тебе, – сказал меценат и обратился к одному из охранников: – Приведите тех, из подвала.

Секьюрити вразвалочку вышел из гостиной. Через несколько томительных минут он притащил Олега, осунувшегося, с покрасневшими от наручников запястьями, и бледную санитарку.

– Ну, что? Я их отпускаю? – спросил меценат, приподняв брови. – Как же приятно быть добрым человеком.

Он присвистнул. И Лида вспомнила, как стоило ей с сестрой во дворе столкнуться с той развесёлой компашкой друзей, трое ублюдков свистели им вслед. Было в этом звуке что-то властное, ленивое и самодовольное. Нет, нельзя позволять этому зверю получить желаемое. Лида ошиблась, не ради власти он это затеял. У такого богача она уже была. Всё дело в скуке. Из-за неё же три подонка убили Лидину сестру. Для развлечения. А на что способен этот с его-то связями и деньгами?

– Ты заснула? – нетерпеливо спросил меценат.

– Да, отпускайте, – сказала Лида.

– Вот и славненько. Не будем терять ни минуты.

Охрана вытолкала Олега с Анной Ивановной из гостиной.

Лида успела одним взглядом попрощаться с Олегом навсегда. Они больше никогда не увидятся. Жаль, что нельзя хоть на секундочку вернуться в человеческий облик, чтобы он запомнил её не зверем.

Лида всё время, что была в доме мецената, принюхивалась. Был крошечный шанс, что сирень осталась. Из сотен запахов она уловила нужный. Тонкий, с примесью горечи – на кусте уже не осталось цветов. Бесполезно: желание остановить мецената, уже не загадать.

Остаётся только уничтожить сирень, чтобы в будущем этим источником силы не воспользовались во зло. Когда услышала, что Олег с Анной Ивановной покинули участок, Лида соскочила с дивана и бросилась в окно. «Куда?!» – успел выкрикнуть хозяин дома, а Лида уже пробила крепким лбом стекло. Осколки впились в губы и нос, но было всё равно. На бегу она только слизывала кровь.

– Прикончить сучку! – завопил меценат.

Тут же послышались выстрелы. Лида перемещалась прыжками, петляя, чтобы охранники не смогли прицелиться. Сирень была уже совсем рядом. Пуля просвистела над ухом. Лида оттолкнулась лапами и влетела в куст.

И тут часть ветвей мгновенно стала похожа на мощные лианы. Они обмотали Лидино тело. «Я уничтожу тебя», – ревела она, вгрызаясь в стебли. Ярость застилала глаза пеленой. Обломки твёрдых ветвей впивались в морду и грудь, вырывая шерсть и протыкая кожу. Отчаявшаяся Лида то со скрежетом перекусывала стебли, то рыла землю, добираясь до корней. Она ничего не видела, кроме разлетающихся листьев и щепок. Жгучий сок щипал глаза, разъедал нос и рот. Но Лида терпела.

Гибкий стебель ударил её в бок – Лида упала. От боли перехватило дыхание. Она поднялась на подрагивающие лапы и вновь бросилась на сирень, но сил уже было мало. Сейчас её убьют. Либо застрелят охранники, либо задушит лиана.

Тогда один из людей мецената выстрелил. Ещё мгновение и Лида получила бы пулю, но вдруг что-то оттолкнуло её. Запахло тленом и разложением. Олег. Он спас Лиду, прикрыв собой. Настала нехорошая тишина.

Его глаза смотрели на Лиду снизу вверх. Чуть поодаль лежало тело и бестолково шевелило руками. Олегу отстрелили голову.

Лида опять поймала умоляющий взгляд любимых, пока ещё живых глаз... «Пусть бы этой самой сирени никогда не было»! – Она горько завыла. Боковым зрением заметила, что охранник снова прицеливался. Тогда Лида бросилась на него. Она не знала, что к порванной губе у неё прилип последний, уже сухой цветок с пятью лепестками. И тогда желание Лиды исполнилось: реальность изменилась, пошла рябью, и волшебная сирень исчезла.

Лида очнулась. Она лежала на прохладной стриженой траве в чьём-то саду. Тело гудело, словно она убегала от стаи волков.

– Вы как тут оказались?! – крикнул высокий красномордый мужик в строгом костюме, очевидно, охранник. – Это частная территория! Убирайтесь оба! А то собак спущу.

«Почему оба?» – Лида огляделась.

Рядом на траве сидел мужчина. Симпатичный, только бледный.

– Пойдёмте отсюда, – сказал он и протянул руку.

Лида улыбнулась и ойкнула. Кажется, у неё была разбита губа.

– Вам бы рану промыть. Зашивать, думаю, не потребуется, – проговорил бледный незнакомец и потёр свою шею.

– А как мы тут очутились?

– Без понятия. Меня, кстати, Олегом зовут.

– А я Лида.

автор Светлана Макарова

Родилась в 1994 году в Москве. Окончила филологический факультет МГУ. Учится в аспирантуре. Систематически пишет около 4 лет, однако только в 2019 году в бумажном альманахе литературной фантастики «Discworld» вышел написанный совместно с Петром Ингвиным рассказ «Птички летят». В 79 номере журнала «Эдита» в 2019 году была опубликована рецензия С. Макаровой под названием «Счастье не в зоне» на роман Константина Шабалдина «Зона счастья».
Родилась в 1994 году в Москве. Окончила филологический факультет МГУ. Учится в аспирантуре. Систематически пишет около 4 лет, однако только в 2019 году в бумажном альманахе литературной фантастики «Discworld» вышел написанный совместно с Петром Ингвиным рассказ «Птички летят». В 79 номере журнала «Эдита» в 2019 году была опубликована рецензия С. Макаровой под названием «Счастье не в зоне» на роман Константина Шабалдина «Зона счастья».
Родилась в 1994 году в Москве. Окончила филологический факультет МГУ. Учится в аспирантуре. Систематически пишет около 4 лет, однако только в 2019 году в бумажном альманахе литературной фантастики «Discworld» вышел написанный совместно с Петром Ингвиным рассказ «Птички летят». В 79 номере журнала «Эдита» в 2019 году была опубликована рецензия С. Макаровой под названием «Счастье не в зоне» на роман Константина Шабалдина «Зона счастья».

Обложка июльского 2021 года журнала "Уральский следопыт"
Обложка июльского 2021 года журнала "Уральский следопыт"
Обложка июльского 2021 года журнала "Уральский следопыт"

✅ Подписывайтесь на материалы, подготовленные уральскими следопытами. Жмите " 👍 " и делитесь ссылкой с друзьями в соцсетях