Откуда взялись названия «Украина» и «Россия», «Московия» и «Малороссия»

Вокруг слов «Малороссия», «Украина», «Россия», «Русь» и «Московия» наворочено очень и очень много. Наворочено, естественно, в политических целях. По просьбе читателей моего блога пробую, насколько это возможно, изложить все более-менее беспристрастно. Это просто историческая справка - не более того.

До революции общепринятой была следующая точка зрения: нынешние русские, украинцы и белорусы рассматривались как три части единого Большого Русского народа. Так как это были части единого народа, то особое стремление к своеобразию не приветствовалось и за это периодически давали по башке. Но несправедливо было бы и не заметить, что это были именно три части, поэтому своеобразие и известная культурная автономность той же Украины признавалась всегда. К примеру, украинский язык официально был признан языком (именно языком, а не диалектом) еще до революции.

Но я не буду углубляться в перипетии русско-украинских отношений, у меня, по счастью, задача уже – только названия.

Соответственно, общепринятая точка зрения относительно названий была следующей. Всячески подчеркивалось единство русского народа, и Юго-Западная Русь в истории меняла названия только хронологически: сначала просто Русь, потом Южная Русь, дальше Литовская Русь, наконец Малороссия и Украина, как распространенный неофициальный синоним Малороссии.

Первой серьезной альтернативой официальной концепции стала концепция известного дореволюционного историка М.С. Грушевского (впоследствии – первого президента независимой Украины). Именно эта концепция сегодня является единственной общепринятой в современной Украине.

Согласно Грушевскому, все было не так. Киевскую Русь создала одна, «україно-руськая», народность, Владимиро-Московскую – другая, «великорусская». Поэтому «Малая Русь» у него – это византийское именование Галицко-Волынской державы. После того, как эти земли попадают под власть Польши, это название «надолго выходит из употребления» и возрождается уже только в Российской империи, как полупрезительное именование со стороны русских. Украинцы этого названия никогда не принимали, а в качестве альтернативы называли себя – «украинцами», а свои земли – «Украиной».

Самое забавное (возможно, кого-то это удивит) именно концепция Грушевского стала официальной в Советском Союзе. Тогдашние «империалисты» очень заботились о национальной гордости «15-ти республик, 15-ти сестер». Концепция была немного купирована (убрали тезис о том, что русские и украинцы были двумя разными народами изначально), но во всем остальном была объявлена единственно верной.

О том, что историческое самоназвание и украинцев, и белорусов – «русские», в советское время старались не упоминать. Слово «украинское» внедрялось в историю как можно древнее, а слово «русский» в качестве самоназвания всячески замалчивалось.

В итоге случались курьезы. К примеру, даже в сборнике «Материалы к истории Украины» в заголовке стояло «Лист брацлавскої шляхти королю Стефану Баторію про те, щоб укази писалися їм не польскою мовою, а українською», а в оригинале текста ниже было написано «просимо… руским писмом выдавати». В общем, слово «Русь» заменялось на «Украину» везде, где только возможно. Возник новый перекос исторической правды – но уже в другую сторону.

Эта концепция начинает подвергаться сомнению и поправкам в сторону исторической истины только в недавние годы. Но, естественно, не на Украине.

Теперь – что в этой концепции верного, а что сомнительного.

Верно, что происхождение «Малороссии» - византийское. После татаро-монгольского нашествия оказалось две Руси - Галицко-Волынская и Владимиро-Суздальская. Обе сохраняли активные связи с Константинопольской патриархией. Тогда греческие православные иерархи, которым надо было как-то их различать, придумали два названия: Микра Россия и Мегало Россия – по классической аналогии. Как писал Стороженко: «Византийцы воспользовались готовыми географическими терминами: страна Малая или Великая, унаследованными ими от классической древности". Согласно этой терминологии, Малыми считались исконные земли, бывшие "прародиной, одного народа или нескольких родственных племен… Великими назывались у классических географов страны, колонизованные населением из малых, иначе говоря: разросшиеся из недр страны-матери». Сравни, например, с Малой и Великой Грецией, Малой и Великой Польшей.

Именования "Малая Русь" и "малороссияне", чтобы там не говорилось, употреблялись в Южной Руси и до Переяславской Рады, преимущественно в церковной среде. Вот, например, митрополит Мир Ликийских Матфей пишет Львовскому братству, что ему даны патриархом Константинопольским полномочия "относительно церковных дел в Малой России и в Московском царстве" (1606 год). Или Иван Вишенский: «абовем ныне християне Малое Руси» («Книжка», около 1600 г.).

Но употреблялись действительно довольно редко, так как в широком обиходе были просто «Русь» и «руський народ». Кстати, насчет многочисленных поминаний, что на Украине, дескать, был не «русский», а особенный «руский» народ, который так и писался. Почтенные, грамматика в те годы еще не устоялась, и в одном и том же документе можно встретить написание и «русский», и «руский», и «руський». Это, увы, мало что доказывает. Еще у В.И. Даля, в сер. XIX в., встречаются оба варианта написания - и "русский" и "руский"

В любом случае – все сами себя называли "русские" и в именовании «Малороссия» и «Великороссия» не видели ничего дурного.

Теперь о «Московии» и «Украине».

И то, и другое – польские изобретения. И то и другое – порождения идеологической борьбы.

Дело в том, что как только Северо-Восточная Русь первой из русский земель обретает суверенитет и становится самостоятельным государством, она практически разу же заявляет о своих претензиях на все русские земли. Иван Третий выдвигает программу сбора «земель праотец», фиксирует претензии в своем титуле «великий князь и государь всеа Руси» и прямо заявляет литовским послам в 1493 г.: «чем его Бог подаровал от дед и прадед от начала, правой есть уроженный государь всеа Руси».

Естественно, соседей, владевших землями, где проживал народ, называющий себя «людьми руськими» это не порадовало. Начинается долгое противостояние – и военное, и идеологическое. Нас интересует последнее.

Первая задумка поляков, задававших тон в Речи Посполитой, была следующей: надо отказать жителям Северо-Восточной Руси в праве именоваться «русскими», объявить их другим народом, не имеющим отношения к их собственным подданным.

Была придумана мифическая страна «Московия» (название употреблялось исключительно европейцами и никогда – нашими предками) и мифический народ «московиты».

Процитирую Романа Храпачевского: «Одним из первых начал противопоставлять русских (Ruteni) "московитам" Матвей Меховский в своем "Трактате о двух Сарматиях" (1517 г.) - хотя он и считает их славянами, но в своем списке всех славянских народов перечисляет их по отдельности. Столицей "Руссии" Меховский называет Львов, а саму ее помещает между Польшей с запада, Литвой с севера, Северным Причерноморьем на востоке и Карпатами с Днестром - на юге. В описании Литвы Меховский упоминает о том, что часть ее земель раньше были русскими, в том числе Киев, который "некогда был столицей Руссии". "Московия" определяется им как государство, где живут "моски", или "московиты", и нигде в тексте описания их страны они не упоминаются как часть русского народа, единственный факт, который Матвей Меховский не мог обойти, так это то, что "речь там повсюду русская или славянская". Эта схема была принята и быстро укоренилась в тогдашней польско-литовской публицистике".

Второе – с «Украиной». Слово «украина» - «окраина» издавна известно и в русском, и в польском языках. Но в середине 17 века в Польше стали заменять «Русь» в качестве именования территории на "Украину" – понятно, зачем. Схема та же, что и в случае с «Московией» - разбить связь.

Так, познанский воевода Ян Лещинский в своем меморандуме от 2 июля 1658 г., пишет: "gentis nomine Ukraina sive Rus" ("имя народа - Украина, или Русь"). К середине XVII в. Украина - устоявшийся польский термин для всей территории Малой Руси. Сравните официальный универсал короля Яна-Казимира (декабрь 1657 г.) о мерах по расквартированию войск, где перечисляются "воеводства Русское, Волынское, Подольское, Бельское и Подлясское", и пересказ этого универсала в частном польском письме, где все эти воеводства названы одним словом - "Украина". Причем название использовалось и в более ранних временах - в 1596 г. польный гетман С. Жолкевский пишет о восстании Северина Наливайки: «вся Украина показачилась для измены, шпионов полно». В польском употреблении к концу XVII в. господствуют "Ukraina", "Kozaki" и "Moskwa".

Это линия идеологического противостояния достигает своего апогея в XIX в. - в теориях графа Тадеуша Чацкого (1822 г.) и католического священника Ф. Духинского (середина XIX в.). У первого Украина - древнейшее название от древнего славянского племени "укров" (те самые горячо любимые русскими националистами «укры»), а у второго полностью отрицается славянское происхождение великоросов и утверждается их "финно-монгольское" происхождение.

Мне могут сказать – а почему поляки? Может, это наши предки в XVII веке уже называли свою землю «Украиной» а себя «украинцами», а от них-то поляки и переняли!

ОК, разберемся с этим.

Употреблялось ли название «Украина» самими украинцами? Употреблялось.

Но – только казачьей верхушкой (как правило, обучавшейся в католических школах), и только в общении с поляками.

Возьмем Богдана Хмельницкого, получившего образование в польском иезуитском училище. В письмах и универсалах, написанных по-польски, у него практически везде – «Украина»: "ani go cierpiec w Ukrainie kozacy moga" ("ни терпеть его в Украине козаки не могут"), или "urzdow ukrainnych" ("украинных урядников"). Но если гетман писал «руским писмом», то – «Россия», «Русь», «Малая Русь», «Малороссия»: «Шляхта, которые в России обретается", или «самой столицы Киева, також части сие Малые Руси нашия».

Роман Храпачевский приводит интересное сравнение текстов получившего «польское образование» Хмельницкого и кошевого атамана Запорожской Сечи Ивана Сирко, который у поляков не учился и влияния их терминологии не испытал. У того практически везде – Русь, Россия: "вся Малая Росия", "ратных Руских", "о отчизне нашей Малой Росии". "Украина" используется им или для обозначения пограничья: "около наших украинных городов", "на Украине Заднепрской"; или как «Малороссийской Украины».

Думаю, понятно, кому по справедливости принадлежат лавры приоритета во внедрении слова «Украина» как названия административной единицы?

«Украина» в качестве самоназвания в XVII-XVIII веках практически не использовалось. Иннокентий Гизель в своем "Синопсисе" (1674 г.) никакой «Украины» не употребляет, у него везде «Великая, Малая и Белая Русь». Но это ладно, это вообще украинец неправильный, создатель концепции русского народа как триединого народа в составе великорусов, малорусов и беларусов (да, да, не удивляйтесь! «Имперскую концепцию» создал украинец).

Возьмем того же "старичка" Григория Сковороду. В своих сочинениях этот крупнейший украинский философ тоже знает "Малороссию", а не "Украину". Вообще, если честно, то к середине 18 века это слово уже практически вышло из употребления. А возродилось и «пошло в народ» вторично очень поздно, в 19 веке, после широкого распространения стихов «самостийника» Тараса Шевченко, где очень много «Украины» и почти нет «Малороссии».

Но это, как вы сами понимаете, уже опять пошла идеология. Показательно, к примеру, что своем личном дневнике (за 1857 - 1858 гг.), Шевченко использует 21 раз слова "Малороссия/малороссийский" и только 3 раза "Украина" (при этом он не использует прилагательное "украинский" вообще). Но это «для себя». А в письмах единомышленникам "украинофилам" (проанализировано 135 писем) пропорция обратная - 17 раз "Украина" и 5 раз "Малороссия/малороссийский".

Собственно, о чем я хотел сказать. Если откинуть политику и идеологию, то ситуация довольно проста. Когда начало оформляться национальное самосознание украинцев, они оказались в незавидном положении по части названий.

Самоназвание «Русь» и «русский» использовать было нельзя – по понятным причинам. Оставалось два «чужих» варианта – «Малороссия» - термин, устоявшийся в Российской империи, и польская «Украина».

«Сегодняшние угнетатели» показались им хуже «бывших угнетателей» (да и не забывайте, что украинское национально-освободительное движение часто работало в тесной связке с польским). Поэтому уважительному «русскому» именованию предпочли полупрезрительное "польское" и вместо "Малороссии" на картах мира ныне красуется "Украина".

Причудливо тасуется историческая колода и слова иногда меняют свою "обидное" значение на нейтральное, а то и положительное. Как сегодня на Украине никто не обижается на презрительное польское наследство «хлопцы» (от польского «хлоп» - «холоп»), но оскорблением является вполне уважительная «Малороссия».

Впрочем, вполне может случится, что когда-нибудь и наши потомки будут без всяких обид называть друг друга «быдлом», обижаться на название «Русь Изначальная» и требовать, чтобы их страну именовали «Периферией» и никак иначе!

Оскорбительный и похвальный смысл менялись местами в истории разных народов не раз и не два.

Это нормально, так было есть и будет.