Не только рыба гниёт с головы

Вагонные споры - последнее дело,
Когда больше нечего пить,
Но поезд идет, бутыль опустела,
И тянет поговорить.
       Между тем спор завязался не в вагоне, но в не менее сопутствующей словесным баталиям обстановке, – в бане. Там тоже много чего способствует поговорить. Как водится, вышедшие из парилки и утолившие жажду телесную, приступили к удовлетворению душевных потребностей. После почти безразлично заслушанной отрывочной информации о том, что происходит, перешли к наиболее волнующему распаренных граждан пенсионного возраста вопросу «кто виноват».
       Не думаю, что читателям будут особо интересны конкретные высказывания народных философов, ведь большинству из нас приходилось слышать звучащие на таких дебатах расхожие мнения. Тем более, что эти высказывания в переводе с непечатного языка на печатный теряют свою образность и остроту. Но дело в том, что на этот раз спор ввёл в интересное смысловое русло некий бодрый старичок с весьма интересным, судя по его намёкам, прошлым.
       Вступил он в баталию на весьма пустопорожней перепалке о том, кто хуже – нынешние власти или отошедшие в историю советские. Никакой принципиальной разницы нет, - заявил седой знаток, - разница лишь в изменении условий в процессе того, что мы называем «прогрессом». Начало сего «прогресса» положили наши с вами отцы и деды, для кого – уже прадеды и пра-прадеды, просравшие величие и праведность России ещё в 17-м году.
       Как ни крути, а пути страны определяет её элита. И только при революции – движущие силы революции. До революционной смуты законом элиты были понятия чести и благородства. Но элита была далека от народа, а честь и благородство «в собственном соку» - блюда красивые для шикарных ресторанов, но не для простых голодных ртов.  Эти понятия оказались «не креативными» в политической борьбе и последующей кровавой мясорубке. Великий Самодержец Всея Руси, впавший в православно-мистический маразм, упиваясь благородными соплями, дезертировал с трона. Дворянство и просвещенное общество рефлексировало между самолюбованием и самобичеванием, рассуждая о чаяниях простого народа, но брезгуя снизойти до черни и грязи. В результате – «иных уж нет, а те – далече».
       Бесхитростные мужики приторчали от неожиданной в бане аргументированной связной речи, а хитростные начали прикидывать, что бы такое возразить, но не поспевали за потоком аргументов. А старикан продолжал ораторствовать.
       - То, что пришло на место этой элиты, несло иной, более энергичный и воинственный дух. Поначалу это действительно был дух, были идеальные принципы. Потом по этой новой элите прошёлся сталинский режим. Наиболее деятельные и идейные были частью истреблены, частью балансировали на качающейся жёрдочке между страхом и заветными идеалами «светлого будущего». «Стучали» в основном те, у которых идеальных потребностей быть не могло по определению, а были или зомбированные мозги, или подлая душа. Оставшихся идеалистов почти подчистую «подобрала» война.
       Но и этот беспредел был только очередной предпосылкой последующей духовной деградации. Начиная с хрущёвских времён, вместо духа стал появляться «душок». Быстро сформировалась новая управленческая партийно-хозяйственная каста, все как один - переобувшиеся подобно Хрущёву. Эта «номенклатура» постепенно стала недосягаема для советского закона, основным её законом стала преданность вышестоящему руководству и чуткое улавливание «руководящих сигналов». Если зарвавшегося руководителя предприятия ещё могла «покарать суровая рука», то освобождённые секретари районного и областного звена уже были неприкасаемы.
       Тут уже и я припомнил, что как-то на отдыхе сошёлся с бывшим прокурорским работником, который поведал мне свою историю. Будучи районным прокурором в Липецкой области, он привлёк по закону одного председателя совхоза. Привлёк, несмотря на несколько звонков из обкома и сведений о том, что этот председатель организует отдых обкомовских «первых лиц». После этого прокурора неожиданно перевели в город на должность зама и уже не назначали на самостоятельные прокурорские должности.
       Далее наш банный политолог стал со знанием дела развивать и подытоживать свои доводы.
       - Именно эта партийно-хозяйственная номенклатура стала могильщиком и КПСС, и всего советского социалистического строя с ведомым им соцлагерем. И всего, что было создано кровью и потом трудового народа. Именно безнаказанность духовно развращала номенклатурных работников, начиная с низшего звена. Назначенцы тщательно подбирались по комсомольским делам, сразу же проверялись вышестоящими партийными товарищами «в деле»: какие рисует показатели и как организовывает бани, рыбалки или охоту, какие речи глаголет в полувменяемом состоянии. Преданности линии партии было мало, нужна была личная преданность партийному руководству. Если функционер попал в «обойму», то вылететь из неё уже было невозможно, потому что вышестоящий руководитель держал ответ за подчинённого по партийным понятиям.
       Под лозунгами строительства всеобщего коммунистического счастья шло духовное и нравственное разложение инициативных и деятельных лидеров, а через них – всех трудовых и творческих слоёв советского государства. Всё стало пронизано протекционизмом и блатом. На тёплые и ровные места сажались дети, родственники, преданные «нужники».
       Двуличие, всеобщее воровство и пьянство, полная духовная опустошённость стали катализатором, от которого пошла молниеносная реакция распада ранее мощной, но теперь зловонно гниющей надстройки.
       Когда кто-то пёрнет в многолюдной комнате, он всегда морщит нос и делает вид, что навонял кто-то рядом. Так и номенклатура, чтобы не почуяли её исподний запашок, указывала пальцем на «разлагающийся Запад». В то же время, показательно плюясь и морща нос, подсиживая друг друга, рвалась в загранкомандировки и пристраивала своих чад на должности торговых представителей и дипломатов.
       США и Западу особо не надо было утруждать себя финансированием подрывных действий, так как этот процесс с некоторых пор возглавляли уже не они, а партийная номенклатура КПСС. 
       Так вместо благородства и праведности элиты России начала прошедшего века пришла духовная подлость и безнравственность элиты времён перестройки и тем паче элиты нынешней. Все эти номенклатурные ребята оказались в первых рядах новой российской власти и коммерческих структур. Всё уже было схвачено, оставалось только «кинуть» предварительно опущенный рабочий класс и колхозное крестьянство и подвинуть тупых и ленивых старпёров. Совковая элита стала хорошим навозом для роста элиты нынешней.
       Вы верите, когда наша новая элита запевает под барабан старые новые песни об угрозе с Запада? Да у них у всех там родня с недвижимостью и записанными на них фирмами, дети в университетах, счета в банках.
       Слушаете ток-шоу про оппозицию? Там те же выродки, только вывалившиеся на стрелке из пьяного поезда, потому что не за тот поручень держались.
       Конечно, мой пересказ – это общий план  грубыми мазками, наспех да по памяти. На каждый оспариваемый довод у цицерона был наглядный пример. Присутствующие, подавленные аргументацией, впали в пространное околофилософское состояние, даже матом обособляться стало как-то неудобно. И только гадали: старец – он кто, может, профессор какой, или бывший член-корреспондент? Чем он занимался, старичок так и не сказал, а только отшучивался. Говорил, что была раньше песня такая: «А кто я есть? Простой советский парень».
       Правда, после того, как он собрался и ушёл, оставшиеся опомнились, кто-то сделал вывод, что всё это ложь, пи…ёшь и провокация, а кто глотнул пару раз пивка - и забыл. Какого ещё себе голову забивать, и без того вокруг одна хрень и похрень творится.