Селфи добро деятелей и добро продавцев

27.01.2018

Хохот слышен на небесах. Там смотрят наши селфи.

Но это вовсе не «ржач», так как тупой смешок по любой причине не бывает гомерическим и трагикомическим. Ведь одновременно слышен ещё и плач! То ли хохот как плач, то ли плач как хохот.

Над кем же смеются? А над кем ещё можно смеяться – над теми, кто надсмеялись над разумом и над собой.

Над кем при этом плачут? Над ними же. Потому что глупость и жадность вызывает и хохот, и плач, – плач от жалости. Вызывает как у тех, кто сверху наблюдает и понимает. Так и у тех, кто в плаче смеётся, и смеясь плачет, но - не понимает, зачем и почему ему временами делают больно.

Это верящие в воздаяние за свою добродетельность.

Ладно, – ты себя объявляешь добродетельным. Ты действительно намерен нести добро без устали – это же так хорошо! Неси! Тебе уже приятно – ты же несёшь добро! Само соприкосновение с добром приятно.

Ну, несёшь, а дальше что? Что будешь делать с этим добром – только носить? И зачем? Чтобы тебя называли несущим добро. Это тебе ещё приятнее.

Только вот нести, нести и нести без устали не получится. Добро должно быть востребованным, иначе это и не добро. Тебе придётся добро либо бросить, либо положить, либо передать как эстафету, - а это лишает тебя звания несущего!

А по идее, надо отдать кому-то, кто в добре нуждается. А это будет ещё одна награда! Ты становишься дающим добро. Больше почестей, ещё больше для тебя приятного. Ведь если несёшь и даёшь добро, и если это действительно добро, – тебя лишат усталости. Потому что получишь всю энергию добра!

Кто рассчитывает на это – тот многого достоин. И он – уже удостоен того, что хотел! Добродетель – сама себе награда, она наполняет только добром! Она возвышает над всяким злом – и нет для тебя зла.

И это такое воздаяние? Да!

А кто же ограничится таким воздаянием? Все ведь (ну, может не все, но многие) хотят ещё конкретной награды на небесах: местечка в раю, гарантии вечной жизни, прощения грехов. Список можно продолжить. А когда за просто так – это у нас считается, пардон, – дурак.

То есть, они хотят, чтобы им ещё заплатили за добродетельность! Хотят получить плату за добродетель: небо - за землю, вечность - за своё сегодня?!

Они что, не понимают, что в основу вещей суют то, чего там не было и нет, -  награду? А если есть награда, то предусмотрено и наказание, значит – туда же впихивают и наказание.

И потом ещё в корни наших душ это хотят подвести?!

Но не получится - ничего и никак! Души, они где? Они же не на базаре. Душа – это не прилавок для купли-продажи или обмена одного на другое.

Душа - это наш истязатель, у неё есть для этого палка совести. Всё сокровенное нашей основы она выводит на свет, и отделяет нашу ложь от нашей истины.

Но и наша истина – она не истинна до тех пор, пока она только чья-то,  а не общая! Всё едино, едина должна быть и истина.

Вы полюбили свою добродетель, как самих себя. Вы же с себя не станете требовать платы за свою любовь? А почему с Сотворившего вас требуете?!

Ваша добродетель - это самое дорогое в вашей самости. И пусть она станет всей вашей самостью - вот вам истина из корня вашей души!

И вот ещё что. Каждое доброе дело похоже на звезду, свет которой ещё в пути. Может, звезды уже нет, а свет есть! И свет добра находится ещё в пути, когда дело уже свершено. Пусть оно уже забыто, а луч его света жив ещё - он в пути. В пути к свету, сотворившему добро!

Но чаще в нашей смехо-плакальной жизни видим другое. Кто-то объявляет добродетелью ленивое состояние без пороков: «Что не я, то для меня Бог и добродетель!». А кто вообще не двигается, но зато смачно и обильно говорит о достоинстве и добродетели.

Есть такие, кто свои текущие делишки обзывает добродетелью, даже недожаренную яичницу. Или те, кто сидит в своём подвале и уверен, что добродетельные должны сидеть в подполье и не высовываться: «Мы никого не кусаем, мы предусмотрительно избегаем тех, кто хочет укусить. Мы во всём слушаемся  мудрого управления, Богом данного».

Нынешняя толерантность и конформизм как щит «общечеловеческих ценностей» - вот апогей. Хоть в рот, хоть в очко – лишь бы всё по-доброму. 

Известны и такие, кто считает: добродетель - это свод обрядов, ритуалов и жестов. Их колени всегда в преклонении, руки вздымаются, а язык восхваляет добродетель, но душа ничего не знает о ней.

Есть и другие, совсем нехорошие: они гордятся своей правдой и справедливостью и во имя её совершают преступления, так что мир тонет в их несправедливости. Своей добродетелью они выкалывают глаза всем, кто им не нравится.

А те, кто не может видеть высокого в людях, добродетельно тычут кто пальцем, кто ещё чем, в низкое людей. И думают, что сами они от этого становятся выше, и для них это добродетельность.

Одни хотят поучаться и стать на путь истинный и называют его добродетелью, а другие от всего отказываются - и также называют это добродетелью.

Но все свято и не свято верят, что именно они участвуют в добродетели. И все считают себя знатоками в «добре» и «зле».

Они моментально вознегодуют на того, кто учит, что нет им воздаяния, и не будет. Они и морду набьют, и в неё плюнут, если до этого или после не распнут, или не отрежут голову.

А их языки скажут, что они защищают добро. Потому что нельзя лишать стольких добропорядочных верующих главного стимула - творить добро за награду. Без ожидания награды – за каким его творить?

Добродетельность – это не просто какая-то милостивость, да даже - не милосердие, когда просящему чего-нибудь сунул, – и порядок. Добро надо же и унести, и нести, надо отдать, надо проследить, чтобы это дело тебе зачлось, вдруг Бог не увидит, вдруг свинья не оценит! И это ещё хорошо, если есть, откуда добро взять. Если нет – то ведь и не своруешь, его не прячут и не хранят – испаряющийся продукт.  А то ведь ещё придётся его придумывать...

«Это ж для пиара – клондайк и крутяк! Столько сюжетов для селфи – обселфишься!» - может сдуру ляпнуть молодой и непосвящённый. А посвящённые, и не только посвящённые, но и по-простому хитрожопые знают, что продавать добродеяния – это… уже старый добрый человеческий бизнес.

И уже даже не изощрённый. Есть верящие, а есть – делающие.

Это плохо? Да отчего же плохо! Так ведь и задумано: чем хуже, тем быстрее поймём, как надо лучше… Хотя… А вдруг не поймём?!