Что о Майе Плисецкой писала зарубежная пресса?

Два года назад умерла Майя Плисецкая – одна из величайших балерин в истории, символ российского балета и вдохновение для танцовщиц по всему миру. Она до 65 лет работала в Большом театре, до 70 лет танцевала на пуантах и вплоть до смерти в возрасте 89 лет восхищала поклонников своей женственностью и грацией. Её слава вышла далеко за пределы Советского Союза – и распространилась по всему миру.

«Её прыжки легендарны. Лебединые руки взмывали ввысь, нога взлетала до самого затылка с каштановыми волосами, казалось, что она зависает в воздухе. Майя Плисецкая застывала в полете, как будто могла победить время и гравитацию» – писала Washington Post по случаю восьмидесятилетнего юбилея знаменитой балерины.

Тогда, в 2005 году, на гала-концерте в честь её восьмидесятого дня рождения Плисецкая вышла на сцену Кремлевского дворца и станцевала фламенко в дуэте со знаменитым Хоакином Кортесом. Впоследствии пресса по всему миру еще долго восхищалась этим выступлением, легким и изящным, словно Плисецкой действительно удалось победить время. Она сумела навсегда остаться примой Большого театра и звездой мирового балета – не в прошедшем, а в настоящем времени.

«Не думаю, что искусство спасло только меня. Я думаю, оно всех спасает»

Майя Плисецкая родилась в 1925 году, и её детство и юность выпали на нелегкие времена. В тридцатые годы её родители подверглись репрессиям – отец был расстрелян, мать сначала отправлена в тюрьму, а чуть позже сослана в женское поселение в Чимкент (Казахстан), откуда вернулась только в 1941 году – как раз перед началом войны.

В сентябре 1941 года Плисецкую вместе с матерью и двумя братьями эвакуировали в Свердловск, и она на целый год прекратила заниматься балетом. Однако испугавшись, что на карьере балерины придется поставить крест, шестнадцатилетняя Майя одна, не имея пропуска, на свой страх и риск поехала в столицу, чтобы продолжить обучение. В Московском хореографическом училище ей пришлось наверстывать упущенное, тренируясь усерднее, чем когда-либо – что, впрочем, было ей только в радость. По замечанию историка балета Дженнифер Хоманс, «пережив ужасы, войну, эвакуации, Майя нашла пристанище в балете и Большом театре».

В итоге в 1943 году Плисецкая успешно сдала выпускной экзамен и была принята в труппу Большого театра. Вскоре из артистки кордебалета одна превратилась в солистку, а в шестидесятых стала официально называться примой Большого театра.

В пятидесятые годы Плисецкую течение нескольких лет не пускали на зарубежные гастроли. Тем не менее, примерно в это время она стала символом советского балета и величия советской культуры. Её образ часто использовался пропагандой во времена Холодной войны для демонстрации достижений искусства при социалистическом строе. Наконец, в 1959 году – то ли благодаря её многочисленным письмам во всевозможные инстанции, то ли благодаря замужеству, сделавшему Плисецкую более «благонадёжной», то ли в силу других обстоятельств – ей позволили присоединиться к гастролям труппы Большого в США. С этого момента начинается новый виток в истории мирового балета – Плисецкая не только произвела впечатление на зарубежную публику, но и создала новые стандарты в балетном искусстве.

«Одной техникой мир не покорить. И сегодня, и лет через сто пятьдесят - двести, танцем надо будет, как и прежде, в первую очередь растронуть душу, заставить сопереживать, вызвать слезы, мороз гусиной кожи…»

– так писала в своей автобиографии сама Плисецкая. Её танцевальное мастерство заключалось в удачном владении обоими элементами успеха: прекрасной, во многом новаторской техникой и артистизмом, достойным драматической актрисы. Это, кстати, не просто лестное преувеличение – в 1967 году Плисецкая даже снялась в экранизации романа «Анна Каренина», сыграв роль Бетси Тверской, двоюродной сестры Вронского, а в 1969 году – в фильме «Чайковский».

Однако помимо выразительности Плисецкая вошла в историю своей особенной техникой: это и уже упомянутые прыжки, мощные, с долгим зависанием в воздухе и с легким приземлением; и гибкость спины; и необычайно плавные движения рук, благодаря которым так прославился умирающий лебедь в её исполнении.

Всем этим балерина заслужила несмолкающие похвалы в прессе по всему миру.

Даже в отрицательных рецензиях на балетные постановки о Плисецкой отзывались исключительно восторженно. В 1988 году New York Times в статье о балете «Анна Каренина» раскритиковал постановку и традиции советской хореографии в целом, однако все равно признал мастерство Плисецкой, исполнявшей ведущую партию: «Превосходное исполнение всех участников, в особенности мисс Плисецкой, которая не просто сменяет костюмы, но и переходит из одного эмоционального состояния в другое… Её выступление ознаменовалось потрясающе устойчивым арабеском и удивительно мощными прыжками». На момент этого представления Плисецкой было 63 года.

За свою долгую карьеру Плисецкая участвовала во множестве постановок – «Спартак», «Каменный цветок», «Спящая красавица», «Раймонда», «Дон Кихот», «Анна Каренина». Наибольшее признание ей принесли партии Одетты-Одиллии в «Лебедином озере» и Кармен в «Кармен-сюите». Её выступления как дома, так и за рубежом, всегда срывали долгие аплодисменты. Её восьмидесятилетний юбилей отмечали грандиозным гала-концертом не только в Москве, но и в Лондоне, Париже и Токио, а СМИ всего мира до сих не уставали удивляться феномену Плисецкой. Газета The Guardian назвала её «одной из величайших балерин всех времен», чья «комбинация техничности и выразительности порождала нечто большее, чем танец».

«Потрясающая техника и завораживающее исполнение, вдобавок, пожалуй, самые гибкие руки и кисти в истории её профессии» – писала британская газета The Telepraph. Сама Плисецкая на вопрос журналиста The Telegraph, какой вклад она внесла искусство танца, отбросив ложную скромность, ответила: «Я внесла новые, другие толкования в старые балетные постановки, как в отношении артистичности, так и в отношении стиля. Стиль Плисецкой определенно странствует по свету – во всех странах, где танцуют классические постановки, которые когда-то танцевала я, перенимают мои манеры и мои приёмы».

«И если она восхитительно нескромна, – писал о ней тот журналист, – то ведь у неё едва ли есть причины быть скромной».

________________________________

Присоединяйтесь к Vir Magnus Вконтакте, Facebook, Одноклассниках или в Telegram, чтобы не пропустить новые статьи!