УЧУСЬ ЖИЗНИ С НУЛЯ. МОИ «УНИВЕРСИТЕТЫ»ЗИМНИЙ САНАТОРИЙ. ШОК

ч.1

Наступил новый, 1990, год - по Восточному календарю это год Лошади, при цикле чередования в 12 лет. Предыдущий, 1978, год был для меня счастливым: я вышла замуж, родила дочь.

Поэтому, по инерции, надеялась на лучшее. Мы все ждём сказку, верим в счастье. Психологи утверждают: в такт сказке надо программировать свою жизнь на удачу, тогда она и придёт. И поселится в вашем сердце покой и уверенность в завтрашнем дне.

А как не в Новогоднюю волшебную ночь это делать, когда все помыслы и мысли сосредоточены на исполнении желаний.

Так хочется выйти в поле широкое и крикнуть, чтоб все непременно услышали и поверили: "Я буду счастливой!".

Мудрые люди говорят при этом" "Насколько себя сам человек считает счастливым, настолько он и будет счастлив".

Мы ждём нового счастья в новом году и не понимаем, что прошедший год был не таким и плохим.

Не ценим, что имеем кусок хлеба на столе, способность выразить мнение, читать, говорить, принимать гостей. Когда уходит время безвозвратно, тогда лишь и понимаем: тебе было тепло, а ты так мало улыбался.

Ужасно то, что себя не любила, иначе бы на путёвку, свалившуюся на мою голову прямо после Рождества, "горящую", я бы не согласилась. Судьба меня тогда, зимой, не отпускала. Но я не понимала.

Даже командир корабля не пускал меня в самолёт при 2-й группе инвалидности - не положено, мол, из "скорой помощи".

"Не то время года выбрали, друзья",- говорила природа.

И если заснять, как меня от такси до медпункта два брата вели под руки, вернее, волокли, то при просмотре было б дурно и горько. Я задыхалась от морозного воздуха, непривычного, просто умереть хотелось, что самое, впрочем, лёгкое – и бороться не надо, так мне было не по себе, а Николай Михайлович одно своё: «Ну, ещё шажок», а кругом были люди.

Как известно, 16 января в Сибири тепла не бывает, не положено в это время, на тёплой печке люди умные сидят,

и мне б туда, а не замораживать последние работающие мышцы. Мне б обидеться да домой вернуться - так нет, в холодный самолёт сели и полетели, что даже чемодан в "скорой" забыли.

А в Симферополе встрепенулись. Не пускала судьба зимой в санаторий летний. Не пускала, протестовала и чемодан забрала, а мы нарывались, не понимали и рвались вдвоём с Федором Михайловичем за "счастьем" своим.

Цыганка моя уральская из виду меня не выпускала и про меня не забывала.

Судьба мне опять давала шанс, но я его уже в который раз не приметила.

После шока и всего прочего чемодан к хозяйке с необходимыми вещами вернулся. И сильно удивил - половина вещей была из той, старой, другой жизни. И никто другой, как я сама собирала эти ненужные вещи, пеньюар и прочее. Я взрослела в санатории не по дням, а по часам. Эта была школа, какую и врагу не пожелаешь пройти.

"Если хочешь жить счастливо с ограниченными возможностями передвижений, то этому надо учиться",- твердила на каждом углу природа.

Учиться у других. И не изобретать велосипеда, зная, что в мире он уже крутится. Есть вещи, которые сам не познаешь. Так важен для спинальников опыт других, что может и жизнь спасти.

Первое, что сделала всё та же Людмила Сергеевна в своё время, когда появился у меня его величество телефон, то дала номер другого спинальника.