Судьбою суждено. 49 лет назад русский романс «Дорогой длинною» возглавил британский хит-парад

Англоязычная версия романса занимала первую позицию два месяца.

Ехали на тройке с бубенцами, А вдали мелькали огоньки.
Эх, когда бы мне теперь за вами, Душу бы развеять от тоски!» 

Эти слова слышал хоть раз, наверное, каждый. А мелодия «цыганского» романса — одновременно щемяще трагическая и залихватская — запечатлена в памяти нескольких поколений.

В этой песне отразилась вечная тема экзистенциальной тоски и таинственной русской души. Наверное, именно это мироощущение, столь ярко выраженное у Достоевского, до сих пор горячо любимого на Западе, и стало той «наживкой», на которую не преминули клюнуть европейские меломаны. Да и в самой истории песни есть что-то фатальное и символическое.

Романс был написан двумя талантливыми советскими авторами — поэтом Константином Подревским и композитором Борисом Фоминым — в 1924 году.

Обстоятельства создания романса доподлинно неизвестны. Мы не знаем, вкладывали ли авторы особый смысл в произведение, пронизанное болью утраты прошлого, но смысл куда более глубокий, чем сожаления женщины о «любви былой», был считан мгновенно.

Да, выходит, пели мы задаром.
Понапрасну ночь за ночью жгли.
Если мы покончили со старым,
Так и ночи эти отошли! 

Песня стала манифестом белой эмиграции. Ее главным популяризатором в среде выходцев из России стал Александр Вертинский. Он исполнял ее во многих столицах мира, записывал романс на своих пластинках.

Эта слава в конечном итоге стоила авторам хита вовсе не признания.

Они поплатились за народную любовь забвением и смертью.

В даль иную — новыми путями — Ехать нам судьбою суждено!
Ехали на тройке с бубенцами, Да теперь проехали давно.

Эти многозначительные слова были прочитаны советскими цензорами однозначно. В 1929 году была запрещена не только эта «контрреволюционная» песня, но и жанр романса — как антисоветский. Константин Подревский, написавший стихи более чем к 150 романсам, среди которых «Брось тревогу», «Моя золотая», «Твои глаза зеленые», был заклеймен «кабацким подпевалой» и предан забвению. В результате травли, подкрепленной финансовыми притеснениями, поэт заболел и умер в 1930 году.

Автору музыки Борису Фомину повезло немногим больше. Его репрессировали в 1937-м, но благодаря неуемной творческой активности он смог выйти на свободу через год. Во время войны он вернул себе доброе имя, написал множество фронтовых песен («Жди меня», «Тихо в избушке», «Письмо с фронта») и даже создал фронтовой театр «Ястребок» при клубе Наркомата внутренних дел. Ровесник века, Фомин умер молодым, в 1948 году; после войны он оказался невостребован.

Трагедия авторов и запрет не помешали романсу продолжить победное шествие по миру. В СССР песню реабилитировали: ее пели многие артисты — от Клавдии Шульженко до Эдиты Пьехи.

В 1930-е американский дуэт сестер Бэрри — их родители были родом из России — вознес романс на вершину популярности не только в США, но и в довоенной Европе. В 1953 году романс прозвучал в британском фильме «Невиновные в Париже», а в 1958-м в американской экранизации «Братьев Карамазовых» его спела звезда Голливуда Мария Шелл! В 1965 году в одном из лондонских клубов романс услышал Пол Маккартни («Битлз» уже были сверхпопулярны). И тут же выкупил у исполнителя и автора английской версии Юджина Раскина права на текст и... музыку песни. Юджин, конечно, не мог не знать, кто на самом деле является автором, однако оспорить сделку до сих пор не удалось. Впрочем, благодаря Маккартни песня взобралась на вершину музыкального Олимпа.

Маккартни спродюсировал запись песни в исполнении уэльской певицы Мэри Хопкин. И она тут же заняла первую строчку британского хит-парада, сместив оттуда самого битла с его бессмертной «Хей, Джуд»! Истинные авторы романса в Европе остаются неизвестными, но ни у кого нет сомнения в его русском происхождении. Но и английская версия звучит органично — потомку русского еврея Раскину удалось вложить в текст страсть и безысходность оригинала. Хотя той фатальной философской струны в нем уже не было — смысл укоренился на уровне ностальгии женщины, сожалеющей об ушедших деньках. Раскин так и назвал свою версию — «То были дни» (Those Were the Days).

И все же песня удалась: шесть недель первенства в топ-10 Британии и вторая строчка американского хит-парада. С этой песней, названной во французском варианте «Время цветов» (Le temps des fleurs), зажглась звезда неповторимой Далиды. И по сей день исполнить русский романс считают для себя честью лучшие артисты мира.

ПРЯМАЯ РЕЧЬ 

Бари Алибасов, продюсер:

— К сожалению, права российских авторов никак не защищены в Европе: Так же, как и европейских — у нас. В 2010 году группа «На-На» заняла с романсом «Дорогой длинною» первые места во французских хит-парадах, выступила с ним во всех рейтинговых телешоу, записала на крупной западной студии и выпустила альбом. Успех был грандиозным. Однако вмешался Маккартни, и целый вагон пластинок с записью семи вариантов песни, в том числе с оранжировками Жана-Мишеля Жарра и оркестра Поля Мориа, был порезан.

ЧИТАЙТЕ БОЛЬШЕ НОВОСТЕЙ НА САЙТЕ «ВМ»