Палач своего народа

24.06.2018

Великая Отечественная война - это не только героизм и подвиги, но и предательство. Я не буду вдаваться в историю и рассуждения о том как и почему люди встали на путь предательства, а всего лишь сухо поведую страшную историю о кровавом палаче своего народа.

Ветеран войны

Антонина Макарова-Гинзбург почти на протяжении 30 лет считалась заслуженным ветераном войны в белорусском городе Лепель. Антонина работала контролёром в швейном цехе на местной швейной фабрике, где проводила контроль качества продукции. Она считалась ответственным и добросовестным работником, её фотография часто оказывалась на местной доске почета Однако, проработав там много лет, Антонина не завела никаких друзей. Фаина Тарасик, которая в то время была инспектором отдела кадров фабрики, вспоминала, что Антонина была очень замкнутой, малоразговорчивой и во время коллективных праздников старалась как можно меньше употреблять алкоголя. Гинзбурги считались уважаемыми фронтовиками и получали все полагающиеся ветеранам льготы. О подлинной личности Антонины не знали ни муж, ни соседи, ни знакомые семьи.

Случайность

В 1976 году один из братьев Антонины, заполняя анкету для выезда за границу указал в анкете что у него шесть братьев Парфеновых и одна сестра Макарова. Оказалось что еще в школе учительница случайно указала девочке отчество вместо фамилии, с тех пор дочь Макара Парфенова - Антонина стала Макаровой. Впоследствии также было написано и в паспорте, и в комсомольском билете. Почему эту ошибку не исправили ни родители, ни Антонина – неизвестно. И именно из-за этой роковой ошибки спустя много лет она так долго неуловима для правосудия. Этот факт привлёк внимание органов безопасности. В Лепеле за Макаровой-Гинзбург была установлена слежка, но через неделю её пришлось прекратить, потому что Макарова начала что-то подозревать. После этого на целый год следователи оставили её в покое и всё это время собирали на неё материалы и улики. На одном из концертов, посвящённых 9 мая специально направленный сотрудник органов госбезопасности завёл с Макаровой разговор: Антонина не смогла ответить на его вопросы о местах дислокации воинских частей, где она служила, и об именах её командиров — она сослалась на плохую память и на давность событий.

Война

А вспоминать Макаровой было есть что. Когда началась война, девушка поступила на фронт в качестве санитарки. Она была одной из немногих выживших в Вяземской операции – тогда немецким силам группы «Центр» удалось прорвать оборону советских войск, окружить 4 армии западнее Вязьмы. Дорога на Москву была открыта. После разгрома части, где служила Тоня, девушка несколько дней скрывалась в лесу, но все-таки была поймана немцами. Бежав из плена с солдатом Николаем Федчуком, несколько месяцев она скиталась с ним по округе, пытаясь найти выход из немецкого окружения. По утверждениям Антонины, она сама увязалась за Николаем, предложив себя в качестве «походной жены». Но вскоре Федчук добрался до своего дома и выгнал Антонину. Бедная девушка еще некоторое время бродила по местным деревням и селам, нигде не останавливаясь на долгое время. Скиталась до тех пор, пока не попала в Локотскую республику.

На службе немцев

Локотская республика - целое государство предателей, которое формально было независимым на самом же деле это было псевдообъединение подчиняющееся немецким оккупантам. В этой республике Тонька пошла на службу к своим врагам, по началу она только избивала плененных партизан, но вскоре ей выдали пулемет Максим. По словам Макаровой, немцам явно не хотелось марать руки, и они решили, что будет лучше, если советских партизан казнит именно советская девушка. За согласие участвовать в расстрелах немцы поселили Макарову в комнате на местном конезаводе, где она хранила и пулемёт. Девушка совершенно не мучилась от душевных угрызений, а казни воспринимались ей как что-то вполне нормальное и повседневное, как умывание по утрам, например. По официальным данным от ее руки пало порядка полутора тысячи наших солдат. Тоня могла исполнять приговор по три раза в день, группы смертников состояли примерно из 27 человек. То есть в среднем за день она могла убить 54 человека. Убивала юная карательница не за «спасибо»: за каждый расстрел девушка получала 30 рейхсмарок, также ей разрешалось брать одежду и вещи убитых.

Днем расстрелы, а вечером Тоня выпивала и веселилась в местном клубе, где и подцепила венерическую болезнь. Поэтому за несколько дней до прихода Красной армии, девушку эвакуировали в тыл на лечение. Но однако вскоре, хозяева-фашисты Макарову переправили в концлагерь в Кёнигсберг. Когда туда дошла Красная Армия в 1945 году, Макарова выдала себя за советскую медсестру. И стала служить в медсанчасти, где и познакомилась с раненным солдатом с которым позже и поженилась.

Арест и суд

Разумеется муж Макаровой - Виктор Гинзбург даже не догадывался о темном прошлом своей супруги считая, что она как и он честно служила Родине. В июле 1978 года следователи решили провести эксперимент: они привезли на фабрику одну из свидетельниц, в то время как Антонину, под выдуманным предлогом, вывели на улицу перед зданием. Свидетельница, наблюдая за ней из окна, опознала её, однако одного этого опознания было мало, и поэтому следователи устроили ещё один эксперимент. Они привезли в Лепель ещё двух свидетельниц, одна из которых сыграла работницу местного собеса, куда Макарову вызвали якобы для перерасчёта её пенсии. Та узнала Тоньку-пулемётчицу. Вторая свидетельница сидела снаружи здания со следователем КГБ и тоже узнала Антонину. В сентябре того же года Антонина была арестована по пути с места работы к начальнику отдела кадров. Следователь Леонид Савоськин, который присутствовал при её аресте, позже вспоминал, что Антонина вела себя очень спокойно и сразу всё поняла.

20 ноября 1978 году после долгих слушаний суд приговорил Тоньку пулеметчицу к высшей мере наказания, хотя сама Макарова была уверена что ей дадут 3 года условно. Очередная справедливая кара настигла палача своего народа, но сколько предателей избежало наказания трудно сейчас установить