Что так тревожит Путина?

22.06.2018

В ближайшее время президенту Путину предстоит принять очень непростое решение. За лишние эмоции и поспешные действия все участники сирийской кампании могут заплатить очень высокую цену. Именно поэтому юго-западный фронт пока что остаётся относительно спокойным. Мы уже писали о том, что мощная военная сила стянута к провинциям Даръа и Эль-Кунейтра. Но войска замерли в ожидании. Чего они ждут? Солдаты и командиры готовы кинуться в бой хоть сейчас, но наступление постоянно откладывается. Точно чья-то невидимая рука пытается остановить или, как минимум, отсрочить неизбежное кровопролитие. Что сейчас происходит на юго-западном фронте, и почему участие России является решающим в этом противостоянии, рассказывает наш "Военкор".

Антиправительственные протесты в провинции Даръа, весна 2011 года
Антиправительственные протесты в провинции Даръа, весна 2011 года

Юго-западная сирийская провинция Даръа по праву считается "колыбелью" гражданской войны в Сирии. Именно здесь весной 2011 года вспыхнули первые гражданские протесты против правительства Асада. Именно здесь произошли первые задержания, здесь пролилась первая кровь и отсюда началось народное восстание, которое вскоре охватило всю Арабскую Республику. В какой-то степени юго-запад Сирии является очень знаковым, показательным регионом. Если эти провинции находятся под контролем повстанцев, то о каком завершении войны может идти речь? Для сирийского правительства это также очень чувствительный момент как минимум на психологическом уровне. Президент Асад жаждет реванша, он хочет как можно скорее заполучить контроль над этими районами, чтобы стереть память о тех смутных днях, когда его безграничная власть стала сыпаться, как карточный домик. И только огромное влияние международного сообщества не позволяет ему отдать приказ к наступлению. Здесь собраны интересы многих государств, судите сами:

Иордания – прилегающая граница;
Израиль – прилегающая граница;
Ливан – прилегающая граница;
Голанские высоты – спорная территория;
США – поддержка повстанцев;
Россия – сторона-участник конфликта;
Иран – сторона-участник конфликта.

Встреча Путина и Трампа на саммите G20, где были достигнуты соглашения по юго-западному перемирию
Встреча Путина и Трампа на саммите G20, где были достигнуты соглашения по юго-западному перемирию

Кроме того, президент Путин чувствует свою собственную ответственность в этом регионе. Ведь именно он является одним из авторов соглашения о прекращении огня на юго-западе Сирии. Это произошло 7 июля 2017 года, когда Путин и Трамп встретились на саммите G20 в Гамбурге. Соглашение о прекращении огня вступило в силу спустя всего несколько дней после встречи лидеров США и России, а полноценно заработало в ноябре 2017 года. На протяжении почти года жители юго-западных районов чувствовали себя в относительной безопасности. В те дни они, наконец, смогли вздохнуть спокойно, и вернуться к нормальной жизни. Разве может Путин теперь, спустя год, перечеркнуть всё это, поставив под угрозу тысячи жизней? Просто поставьте себя на место президента, почувствуйте этот уровень ответственности, и вы поймёте, почему войска застыли в ожидании. Просто именно сейчас идёт большая работа на дипломатическом фронте, и пока говорят дипломаты – молчат ракеты.

Пока тихо – отдыхают и бойцы. Они тоже очень устали...
Пока тихо – отдыхают и бойцы. Они тоже очень устали...

Вы можете задать закономерный вопрос: допустим, перемирие будет сорвано, начнётся наступление. Что такого произойдёт? Вот лишь некоторые угрозы, которые могут привести к полномасштабной войне, остановить которую будет практически невозможно.

1. Ирано-израильская война. Давайте не будем забывать, что юго-западные границы Сирии прилегают к Израилю. Вместе с тем, как мы уже писали ранее, иранские отряды вроде той же "Бригады 313" намерены участвовать в наступлении. Для Израиля любое приближение проиранских группировок к их границам является крайне чувствительным моментом. Не стоит также забывать, что рядом расположены Голанские высоты, которые де-факто находятся под контролем израильских военных. Это – как спичка в лесу. Да, мы можем бросить пламя огня в лесу надеясь, что оно упадёт на твёрдую почву. Но стоит ли рисковать и каковы шансы на такой исход?

2. Поток беженцев в Иорданию. Стоит только начать военные действия, как к границам Иордании тут же побегут тысячи сирийских беженцев. Новая волна миграции снова дестабилизирует обстановку в этой стране, в том числе подорвёт и без того шаткую экономику. Иордания – важный экономический партнёр Сирии. Таким образом, военные действия обернутся финансовыми потерями для самой Сирии. И кому от этого станет хуже?

3. Огромные жертвы. Нет сомнений, что открытие юго-западного фронта повлечёт за собой тысячи жертв среди мирного населения. Так происходило почти в каждой наступательной операции правительственных войск. Как мы уже говорили ранее, южане особенно непримиримы с режимом Асада, а значит война здесь может продолжаться до последнего человека, оставшегося в живых.

Канал "Записки военкора" – это самые оперативные военно-политические сводки, а также эксклюзивная информация о новейших образцах военной техники. Хотите первыми узнать, где вспыхнет война и чем будут воевать завтра? Подписывайтесь на наш канал прямо сейчас!

И если некоторые горячие головы со стволами в руках слабо представляют все последствия открытия южно-западного "ящика пандоры", то президент Путин прекрасно осознаёт все риски новой войны. Однако тут же возникает вопрос – если все дипломаты осознают масштабы возможного бедствия, то почему войска уже стянуты к юго-западным границам, и ожидают приказа к наступлению? Причины две:

США и сами не до конца определились, чего они хотят достичь в Сирии
США и сами не до конца определились, чего они хотят достичь в Сирии

Первая. Неопределённая политика США. Новая администрация Трампа на редкость непредсказуемая, склонная к резким движениям. В апреле Трамп заявил о возможном выходе из Сирии, а уже в мае разорвал ядерное соглашение с Ираном и США, напротив, стали укреплять свои позиции в Арабской Республике. Это вызвало крайне негативную реакцию в Москве, где такие действия сочли попыткой закрепить сферы влияния и попросту расчленить сирийское государство;

Вторая. Кризис взаимного доверия как следствие первого пункта. Простой пример – трёхсторонняя комиссия (Россия – США – Иордания) по прекращению огня на юго-западе Сирии практически полностью прекратила взаимодействие. Встреч больше не было, что, конечно же, дало повод сирийской армии и союзникам подтянуть войска к юго-западу. На всякий случай.

Отряды "Хезболлы" готовятся к наступлению на юго-западе
Отряды "Хезболлы" готовятся к наступлению на юго-западе

Стоит отметить, что юго-западный фронт действительно является лакомым кусочком для сирийской армии и союзников. Дело в том, что это единственная из трех зон влияния, которая неподконтрольна правительству Асада, и при этом – не застолблена за внешними игроками. То есть речь вот о чём. Допустим, северо-запад Сирии закреплён за Турцией, северо-восток за США и союзниками. Мы не можем просто так начать наступление на эти районы, что означало бы объявление войны Турции или США. Уязвимость юго-западного фронта обусловлена тем, что за ним не стоят иностранные войска. Только боевики группировки "Хайат Тахрир аш-Шам" и другие повстанцы. Но даже самые радикальные боевики признают, что долго продержаться против коалиции Сирия-Россия-Иран они не смогут. Если бы Россия не принимала участия в воздушной операции, а Иран не отправлял бы свои многочисленные наземные отряды, то какое-то время юго-западные повстанцы смогли бы потягаться с сирийской армией. При этом сами повстанцы твёрдо убеждены, что США и союзники целенаправленно предают идеи сирийской революции. Они говорят – каждое такое "перемирие" играет на руку лишь сирийской армии, которая каждый раз собирается с новыми силами и в конце концов вытесняет повстанцев, объявляя очередное наступление. В качестве примера они приводят недавний бой за Восточную Гуту.

Цена за принятые решения высока – Путин стремится избежать многотысячных жертв
Цена за принятые решения высока – Путин стремится избежать многотысячных жертв

Нет сомнений, что если бы по юго-западному фронту не пролегала иордано-израильская граница, то и эту территорию правительственные войска давно бы зачистили. Уже прошёл месяц с того момента, как к юго-западным границам стянуты войска. Чего мы ждём?! – недоумевают солдаты. Только вот никто не хочет рисковать, и прежде всего Россия стремится избежать рисков ирано-израильской войны. Хотя бы потому, что в этом случае нам, как участнику конфликта, неизбежно придётся выбирать между Ираном и Израилем. А Кремль, хотя и делает ставку на Израиль, однозначный выбор в пользу одной из сторон делать не желает. Какая альтернатива? Наблюдать за тем, как израильские войска громят нашего союзника, в которого мы вложили столько сил и средств, либо – воевать против Израиля, защищая своего союзника. Да, нелёгкий выбор. К тому же новая война как бы противоречит концепции "мирной жизни и восстановления Сирии", которую Путин озвучил 17 мая в Сочи.

Что в итоге?

По данным наших источников, компромисс может быть найден в нивелировании иранского влияния. Якобы Израиль готов посодействовать тому, чтобы юго-запад страны перешёл под контроль Дамаска без военных действий. Всех, кто не согласен с таким положением вещей среди местных повстанцев (а их немало), Израиль и США готовы принудить к миру намёками на то, что в случае войны поддержки от них ожидать не стоит. Ни оружия, ни денег, ничего не будет. Поэтому лучше искать компромисс с законным правительством. Дескать – в этом случае мы позаботится о том, чтобы сирийские власти вас не преследовали, а вы совместно с российской военной полицией и гражданской полицией Сирии могли бы поддерживать безопасность в регионе. Только вот за всё это Израиль и США хотят полной ликвидации Ирана с территории Сирии. Как этого достичь – не совсем понятно. Конечно, Путин выразил желание, чтобы все иностранные войска покинули Сирию, в том числе Иран. Только вот иранцы уходить из Сирии не намерены – у них там свои, чётко выраженные интересы. Вытеснить иранцев из Сирии очень непросто, но и начинать очередную войну на юго-западе очень не хочется.

В общем.
Путин в глубоких раздумьях...

Ставьте палец вверх, если согласны с тем, что президент должен принять оптимальное решение, учитывая интересы России и ощущая ответственность за жизни людей.