Афганистан: в чём секрет военных успехов талибов?

<100 full reads
140 story viewsUnique page visitors
<100 read the story to the endThat's 47% of the total page views
7,5 minutes — average reading time
“Спецназ” запрещённых в России талибов осматривает трофеи в аэропорту Кабула
“Спецназ” запрещённых в России талибов осматривает трофеи в аэропорту Кабула
“Спецназ” запрещённых в России талибов осматривает трофеи в аэропорту Кабула

Внешний фактор внутриафганского противостояния: 1990-е годы

Стремительный захват боевиками запрещённого в России движения «Талибан» практически всей территории Афганистана вызвал интерес экспертного сообщества к их военной организации. Российский портал «Военное обозрение» представляет армию талибов «сверхсовременной военной машиной», овладевшей искусством побеждать ведущие армии мира и оснащенной по последнему слову техники.

«…Мало кто осознаёт, что «тапочники» – высококлассные военные профессионалы. Они годами тренируются, чтобы проводить сложнейшие боевые операции, в которых сталкиваются с тяжелой бронетехникой и штурмовой авиацией. Это организация, которая тратит десятки миллионов долларов на современное вооружение и оснащение, постоянно осваивая его и в теории, и на практике. Боевики активно работают над своей тактикой и стратегией.Они анализируют, планируют, дорабатывают.Талибы – ветераны десятков боев, люди с колоссальным организационным и командным опытом, эксперты в тактике нетрадиционных боевых действий.Стоит говорить откровенно – данная организация является отлаженной военной машиной, у которой стоило бы учиться военной элите самых сильных армий мира».

Сообщается о наличии у талибов современных технических средств, а также вооружений и военной техники. Они используют приборы ночного видения, применяют разведывательные дроны, располагают современным снайперским вооружением, легкими пехотными минометами и системами лазерного наведения артиллерийского огня.

Талибы уделяют огромное значение военной подготовке своих солдат. У них не менее 16 тренировочных баз. Примерно две трети времени службы личного состава занимают интенсивные тренировки и учения. Каждые 4 месяца бойцы талибов проходят дополнительное обучение, в ходе которого разбираются обнаруженные недостатки боевой тактики, а также осваивается новое вооружение. Все ошибки анализируются в максимально сжатые сроки офицерским составом и доводятся до рядовых бойцов.

Талибы используют простые и дешевые мотоциклы – как для разведки, так и для переброски пулеметов и гранатометов. «Кавалерийская тактика» талибов даёт им преимущество в боях против современных армейских подразделений.

Безусловно, любой военных успех основан на высоком боевом духе бойцов, который в достатке имеется у талибов и который напрочь отсутствовал у военнослужащих армии правительства Афганистана. Однако все вышеперечисленное не делает партизанскую армию талибов «сверхсовременной военной машиной» от слова совсем.

Кто научил талибов науке побеждать?

Современная армия начинается в конструкторских бюро и заводских цехах, где разрабатывается и создается военная техника. А еще раньше – в военных академиях и генеральных штабах, где высокообразованные стратегисты замышляют новейшие приемы боевых действий, для которых и нужна новая боевая «матчасть».

Ничего этого у талибов нет. Но всё это есть у пакистанских военных, которые уже много лет курируют и обучают талибов, а также снабжают их вооружениями и военной техникой. Кстати, широко используемые талибами байки – это «Хонды» китайского производства.

В обширном докладе Human Rights Watch (HRW) говорится, что Пакистан уже десятки лет поддерживает талибов, оказывает дипломатическую поддержку эмиссарам «Талибана» за рубежом, обучает боевиков, организует вербовку квалифицированных и неквалифицированных боевиков, занимается планированием и руководством наступательных действий, обеспечением и содействием в доставке боеприпасов и горючего, а зачастую оказывает прямую боевую поддержку.

В 1980-е годы Пакистан, который принял более двух миллионов афганских беженцев, был самым значительным прифронтовым государством, служившим надежной базой для моджахедов, борющихся против советской «интервенции». В 1980-х годах Пакистан также выступал в качестве сателлита США, которые через ЦРУ предоставили Исламабаду для тайной помощи моджахедам около $3 млрд. На эти средства были обучены более 80 тысяч боевиков. Даже после вывода советских войск в 1989 году действующие и отставные пакистанские военные обучали и консультировали «моджахедов», а затем и боевиков «Талибана», заявивших о себе в 1994 году.

С завидным постоянством грузовики снуют через весьма условную «линию Дюранда», доставляя на афганскую сторону артиллерийские и танковые снаряды и реактивные гранаты. В Афганистане были обнаружены пакистанские противопехотные и противотанковые мины. Пакистанская армия и разведывательные службы, в основном Межведомственное разведывательное управление (ISI), превратили талибов в высокоэффективную военную силу.

Пакистанская государственная телекоммуникационная компания создала для своих подопечных телефонную сеть. Пакистан отремонтировал дороги и обеспечил электричеством талибов. Военизированный пограничный корпус, входящий в состав министерства внутренних дел, создал беспроводную сеть для командования талибов. Управление гражданской авиации отремонтировало аэропорт Кандагара и боевые истребители талибов. «Радио Пакистан» оказало техническую поддержку официальной радиослужбе талибов «Радио Шариат».

Финансы талибов – это наркотрафик и контрабанда. По оценке Всемирного банка, доход талибов от налогообложения контрабанды между Афганистаном и Пакистаном в одном лишь 1997 году составил $75 млн.

Талибан «имеет связи с широким кругом пакистанских военных, политических и социальных институтов» – утверждает HRW.

Практически все военные достижения афганского движения обеспечены благодаря планированию операций пакистанскими военными или их прямым участием в боевых действиях.

В таких случаях талибы внезапно проявляли военное мастерство и новаторство. Несколько раз в период с 1995 по 1999 год их военные навыки резко улучшались накануне особо важных сражений, а в других случаях – столь же резко падали. Например, во время наступления в 1995 году против Герата и в 1996 году против Кабула, талибы понесли тяжелые потери после активизации нападений на правительственные силы. За первоначальными поражениями последовал период затишья; затем формирования «Талибана» предприняли новые атаки, демонстрируя возможности, которых раньше явно не хватало. В апреле 1995 года в Герате армия талибов численностью шесть тысяч человек потерпела поражение от правительственных войск после того, как у неё закончились боеприпасы и другая материально-техническая поддержка. Разгром был таков, что некоторые аналитики предсказывали, что феномен «Талибана» исчерпал себя. Однако, после переобучения и переоснащения, в августе 1995 года войска Талибана, отступая перед лицом наступления своих противников, внезапно контратаковали их передовые отряды из грамотно организованных засад.

Отряды талибов на пикапах с колесной формулой 4х4 перерезали дороги, связывающие противостоящие им группировки «моджахедов» (в том же Герате это были формирование Исмаил-хана и т. д.) с их тыловыми складами снабжения. Отступающие не смогли создать линию обороны, поскольку подразделения «Талибана» на пикапах, многие из которых были вооружены зенитными пушками и ракетными установками, неоднократно обходили их новые позиции и атаковали с тыла, оставляя асфальтированные дороги по своему желанию и проезжая на своих машинах по грунтовкам и пересеченной местности. Пикапы, поставку которых обеспечил Пакистан, стали основным средством ведения мобильной войны, невиданной ранее в боевых действиях.

Точно так же после того, как наступление «Талибана», нацеленное на Кабул, было полностью разбито осенью 1995 года со значительными потерями людей и техники, наступил период затишья, но затем отряды «студенты медресе» возобновили атаки и продемонстрировали заметное повышение технических возможностей. Взяв Джелалабад 11 сентября 1996 года, и нанеся удар на север в сторону города Сароби, столице округа к востоку от Кабула и «стержня» оборонительной системы вокруг столицы, талибы внезапно проявили такое же мастерство стремительных фланговых атак, что и в Герате в августе 1995 года. Отступающие «моджахеды» снова были застигнуты врасплох молниеносными атаками талибов и их способностью к преодолению пересеченной местности на полноприводных пикапах и атакам во фланги правительственных войск.

В этих операциях силы «Талибана» использовали скорость и техническое мастерство, очень нехарактерные для сил «моджахедов» в целом; обычным типом боевых действий «моджахедов» ранее были набеги и перестрелки низкой интенсивности. В Спин-Болдаке, а затем в Герате, Кабуле и Мазари-Шарифе силы «Талибана» продемонстрировали высокий уровень командования и управления, быстро реагировали на изменения на поле боя, используя мобильность и маневр, которые были более характерны для профессиональной армии.

В тех случаях, когда в рядах подразделений талибов не было пакистанских военных советников и обученных в соседней стране боевиков, эффективность талибов резко снижалась. Высокопоставленный пакистанский военный в отставке заявил в интервью HRW, что до 30 процентов боевой силы талибов составляют пакистанцы. Около 15 тысяч бойцов – иностранцы, в основном арабы из стран Персидского залива и Северной Африки.

Кто продает талибам оружие?

Первоначально оружие талибам продавали частные пакистанские фирмы, которые заняли прибыльные ниши, закупив боеприпасы и запчасти у китайских производителей через дилеров в Гонконге и Дубае.

Система частных закупок возникла отчасти из-за недоверия талибов к системе, используемой пакистанской разведкой для контроля над военными операциями «Талибана». Созданная ISI во время советской оккупации система поставок вооружений талибам не обеспечивала необходимого афганским боевикам количества боеприпасов и топлива. Все поставки выполнялись только после того, как та или иная операция была одобрена ISI и пакистанской армией.

«Талибан» неоднократно демонстрировал независимость в установлении военных и политических целей и неоднократно проводил военные операции без одобрения ISI. Соответственно, он был кровно заинтересован в развитии независимого закупочного потенциала.

Такие возможности появились после того, как правительство Беназир Бхутто отправило в отставку десятки офицеров, те открыли собственные импортно-экспортные компании или присоединились к уже существующим. Они воспользовались своими старыми связями с «Талибаном», чтобы преуспеть в качестве посредников, закупая необходимые ему оружие и боеприпасы и ускоряя их доставку в Афганистан.

В некоторых случаях китайские компании, производящие оружие и боеприпасы, сами обращаются к этим командам. Оружие, купленное таким образом, перемещается в основном по морю. Запечатанные контейнеры доставляются в порт Карачи, а затем перевозятся грузовиком в Афганистан без досмотра.

Роль Саудовской Аравии

После вывода советских войск в 1989 году и свержения правительства Наджибуллы в 1992 году помощь Саудовской Аравии афганским группировкам была вызвана в первую очередь желанием противостоять иранскому влиянию в Афганистане путем противодействия росту власти иранских «клиентов», таких как Раббани и Масуд. После того, как в конце 1994 года Пакистан поддержал зарождающееся движение «Талибан», его примеру последовала Саудовская Аравия, которая была крупным финансовым сторонником талибов во второй половине 1990-х. Решение талибов укрыть у себя Усаму бен Ладена привело к давлению США на Саудовскую Аравию, которая прекратила официальную помощь талибам.

Помощь Саудовской Аравии афганским группировкам составила $2 млрд. в период с 1991 по 1993 год, причем главным получателем была группировка «Хизб-и Ислами» Гульбеддина Хекматияра. В период 1993-1994 годов саудовская помощь в размере $150 млн. также предоставлялась весьма условному «правительству» Масуда – Раббани.

Помощь Саудовской Аравии талибам временами выходила за рамки чисто финансовой и включала военную и организационную составляющие. Западные журналисты видели окрашенный в белый цвет транспортный самолет C-130 Hercules, который они опознали как саудовский в аэропорту Кандагара в 1996 году, доставивший артиллерийские орудия и боеприпасы солдатам «Талибана».

Талибы как дитя многих отцов

Из всего вышеизложенного следует, что без внешней помощи и прямого участия иностранных военных в операциях талибов у них не было бы ни малейшего шанса захватить страну. Огромную роль в становлении «Талибана» как мощной региональной силы сыграли иностранные разведки, о чем мы расскажем в следующей публикации.

Владимир Прохватилов, старший научный сотрудник Академии военных наук