Казахстан: заведёт ли «многовекторность» на украинский путь?

2,2k full reads
Казахстан налаживает отношения по разным направлениям
Казахстан налаживает отношения по разным направлениям

Трубопровод Баку-Тбилиси-Джейхан – как американо-турецкий «магнит»?

Компания SOCAR Trading (торговая “дочка” компании SOCAR/ГНКАР) в январе-июле 2021 года приобрела 71 тыс. тонн казахстанской нефти для увеличения поставок на мировой рынок по трубопроводу Баку-Тбилиси-Джейхан (БТД). Согласно данным SOCAR и Министерства энергетики Азербайджана (октябрь 2021 г.), к началу весны 2022 года объем этого транзита увеличится примерно вдвое. Транзит казахстанской нефти по БТД, возобновившийся с 2017 года (после перерыва в 2012-2016 гг.) – растущий в наибольшей степени транзитный объём с 2017 года, занимающий около 25% всей ежегодной перекачки по этому экспортному нефтепроводу.

В сентябре глава энергетического ведомства Азербайджана Пярвиз Шахбазов отметил более широкую географию энерготранзита Казахстана в обход РФ: «…Сырая нефть и нефтепродукты Казахстана сегодня перевозятся через Каспийское море и Азербайджан также  на черноморские терминалы Грузии (1). В 2020 году компания «SOCAR Trading S.A.» закупила 106 тыс. тонн сырой нефти казахстанского происхождения с целью увеличения поставок на мировой рынок по трубопроводу Баку-Тбилиси-Джейхан».

С  учетом всё более активных политико-экономических взаимоотношений Турции с Азербайджаном и Казахстаном, участие центральноазиатской страны в заполнении БТД следует рассматривать как составную часть межгосударственной политики, отвечающей интересам Вашингтона и Анкары, которая, мягко говоря, едва ли полностью утраивает российскую сторону (2). «…Ключевой вопрос нынешних американо-казахских отношений – это участие Казахстана в нефтепроводе Баку-Тбилиси-Джейхан, – писала более 20 лет назад британская The Financial Times. – США проталкивают данный проект с целью поддержать экономику Турции – ключевой своей союзницы в этом регионе, и ослабить ее зависимость от Москвы» (3).

Помимо танкерных и контейнерных перевозок по линии Актау-Алят, призванной раскрыть потенциал Транскаспийского международного транспортного маршрута (ТМТМ Middle Corridor), «рассматривается план по реализации проекта «Каспийского цифрового хаба», предполагающего прокладку подводного волоконно-оптического кабеля по дну Каспийского моря. Линии кабеля совпадают с направленными в обход российской территории маршрутами. Ведущие роли в этом проекте играют США, Великобритания и Азербайджан с целью захвата влияния в среднеазиатском регионе средствами информационных технологий. В мае 2020 года Казахстан и Великобритания договорились о повышении мощности этого проекта путем строительства двух центров обработки данных – в Актау (Казахстан) и Баку. Подобные экономические и технологические проекты призваны серьезно пошатнуть влияние России в регионе». (4) Одновременно Евразийский банк развития в ближайшие годы панирует вложить значительные средства в проекты в рамках транспортных коридоров «Север – Юг», «Европа – Западный Китай», а также на создание единой товаропроводящей сети и на обновление водно-энергетического комплекса Центральной Азии.

По мнению эксперта по Центральной Азии Фонда Карнеги Пола Стронски, политические элиты Казахстана рассматривают свою страну как потенциальный мост между Востоком и Западом, и якобы эта роль становится все важнее по мере дальнейшего обострения конфронтации США и отчасти Европы с Россией. Первый президент Нурсултан Назарбаев, «осознавая усиление угроз безопасности Казахстана, предлагает себя и свою страну в качестве посредников в ряде международных конфликтов – от украинского до сирийского. Но посреднические усилия Назарбаева не воспринимаются всерьез большинством внешних держав».

В 1994 году, в обмен на отказ от ядерного оружия, Казахстан и Украина получили от России, Великобритании и США гарантии безопасности и целостности, закреплённые Будапештским меморандумом, продолжает Стронски. Но тот факт, что «в 2014 году Россия пренебрегла этими гарантиями в отношении Украины, а Западу не удалось этому помешать, – не может не беспокоить элиты Казахстана. И ставит под сомнение надёжность России как союзника, соседа и торгового партнёра в долгосрочной перспективе». Вряд ли и бывший директор департамента России и Центральной Азии в Совете Национальной Безопасности США не в курсе государственного переворота на Украине, ставшего прямым прологом к военным действиям, унёсшим, по некоторым оценкам, десятки тысяч жизней. Его (как и большинства западных коллег) задача состоит в том, чтобы направить российско-казахстанские отношения по катастрофическому «украинскому» пути…

Как отмечало наше издание в одной из предыдущих публикаций, статья Сергея Лаврова в «Российской Газете», посвящённая 29-летию установления дипломатических отношений между Россией и Казахстаном встретила предсказуемо-неадекватную реакцию со стороны как местных «национал-патриотов», так и охотно предоставляющих им трибуну западных «голосов». Впрочем, руководитель общественного фонда «Мир Евразии» Эдуард Полетаев отрицает наличие системных проблем в межнациональных отношениях в Казахстане, утверждая, что о «языковых патрулях» он сам «узнал только из российских СМИ. И как русскоязычный житель Алматы, я могу сказать, что языковых проблем, по крайней мере, у нас нет». Политологу «не совсем понятно, что имеют в виду, когда говорят, что «Казахстан идет по пути Украины». И внешнеполитические концепции, и структура экономики, и география у нас совершенно разная. Если Украина сделала для себя «европейский выбор», то Казахстан, даже если он захочет, то не сможет это реализовать, потому что он находится в другом регионе. Более того, Европа ментально до сих пор находится за пределами границ Советского Союза».

Впрочем, за рамками подобного рода представлений остаётся и строительство на территории Казахстана новых биобактериологических объектов Пентагона, и ширящаяся кампания по реабилитации пронацисткого коллаборационизма и басмаческого бандитизма, и регулярные учения, такие, как «Степной Орёл». В этом же ряду, как нам представляется – и отмеченные главой российской дипломатии «отдельные случаи» проявлений ксенофобии в отношении русскоязычных граждан, во многом являющиеся «продуктом применения извне специальных информационных методик, направленных на культивирование местечкового национализма и дискредитацию сотрудничества с Россией».

Русский язык обладает в республике статусом официального языка, его использованию, согласно законодательству республики, препятствовать нельзя, заявил, комментируя недавние скандальные акции националистов, президент Касым-Жомарт Токаев. По словам главы государства, поддерживая плюрализм мнений, Казахстан будет жестко пресекать любые формы радикализма и не позволит покушаться на государственный суверенитет и территориальную целостность. Главный редактор портала «Русские в Казахстане» Илья Намовир в этой связи отмечает традиционную для казахстанских властей практику: «различные, как сейчас говорят, «месседжи» для разных аудиторий. Причём это даже может необязательно быть внутренняя и внешняя аудитория, а, например, казахоязычная и русскоязычная. Предыдущий президент это практиковал довольно регулярно. Так удобно — каждый получает то, что хочет услышать, и все делают вид, что довольны». При этом, по мнению Намовира, «официальный статус русского языка вовсе не тождественен статусу казахского, равно как русский язык не обладает и статусом языка межнационального общения, о чём часто пишут необременённые знаниями российские журналисты. Официальный статус русского языка в Казахстане фактически означает лишь то, что государство позволяет взаимодействовать со своим бюрократическим аппаратом на русском языке, – вот и всё».

До недавнего времени поддержание образа «межгосударственного благополучия» в рамках ЕАЭС и ОДКБ сдерживало обсуждение «острых углов» в двусторонних отношениях, однако это приводит лишь к накоплению «сора», который рано или поздно всё-таки придётся «выносить из избы». «У Токаева сложился не очень хороший имидж,говорит руководитель отдела Средней Азии Института стран СНГ Андрей Грозин. – При Токаеве во власть в Казахстане пришли казахские нацики, которые неровно дышат к «Туркестанскому легиону» и другим не очень хорошим товарищам, которые любят Майдан и «нашу и вашу свободу».

Пауза в российско-казахстанских отношениях, о которой все знают, но стараются не говорить, связана именно с этим. Если при Назарбаеве вся эта свора сидела под плинтусом и вылезала только тогда, когда ей щелкали пальцами, то теперь она поднимает голову. Либо Токаев делает это сознательно, либо все эти «языковые патрули» просто пользуются тем, что он не до конца контролирует власть».

Едва ли подавляющее большинство здравомыслящих граждан Казахстана, озабоченных социально-бытовыми проблемами, рвутся идти по пути Украины, превращённой в поле зловещих геополитических экспериментов Запада. Однако, как показывает практика, сплочённое и должным образом мотивированное крикливое националистическое меньшинство, а особенно – активно проникающее во власть, способно натворить немало бед. До 2026 года по линии ЕАБР Казахстан должен получить кредитов на сумму почти миллиарда долларов, однако националистическая «движуха», способная превратить упомянутую А. Грозиным паузу в нечто принципиально иное, может свести на нет любые благие начинания.

Алексей Балиев, Дмитрий Нефёдов

Примечания

(1) по трубопроводу Баку-Тбилиси-Хашури – терминалы Поти / Супса и по железной дороге Баку-Тбилиси-Хашури – терминалы Батуми / Кулеви.
(2) Интерес к каспийскому энергосырью в Турции возник не вчера. Так, в декабре  1976 г. во время
визита в Турцию председателя Совета министров СССР А.Косыгина турецкая сторона предлагала дополнительный  вариант советских газопоставок  из советского Прикаспия  через Грузию (к  тому  времени уже был согласован проект Трансбалканского газопровода из СССР с выходом не европейскую часть Турции).  Неясно, было ли данное предложение каким-либо образом согласовано с руководством Азербайджанской, Казахской и Туркменской ССР, но и их руководство, и тогдашнего министра газовой промышленности С. Оруджева в начале 1977 года в ЦК КПСС подробно расспрашивали о наличии у них   контактов по этому проекту с Анкарой. Не решаясь с ходу отвергнуть турецкую инициативу, Москва предложила Анкаре совместно изучить вопрос в рамках двусторонней рабочей группы, «советская, часть которой так и не была создана…
(3) R.Corzine, «Buffer state still avoids being hit», FT, 11.12.2000 г.