История одной непростой кожаной куртки

10.02.2018

При словах "комиссар" или "чекист" сразу возникает плакатный образ - рубаха-парень с героическим лицом, маузером и непременно в черной кожаной куртке. Благодаря советской живописи и историческим фильмам кожанка стала устойчивым символом ВЧК и партии большевиков. Но парадокс в том, что появилась она в относительно безмятежное императорское время. И носили ее щеголеватые офицеры, с которыми потом сражались большевики.

Морской шик

В императорской России ее называли "шведской", и первыми ее надели офицеры русского флота. Упоминания о кожаных куртках и плащах есть в реестрах обмундирования 1860-х годов. Морские волки, впрочем, недолюбливали этот вид одежды. Служившие во Владивостоке жаловались, к примеру, на то, что "шведские" куртки от влажного климата "обрастали грибком" и даже гнили.

А вот на суше кожанки становились все более популярными. Офицеры, участвовавшие в Русско-турецкой войне 1877-1878 годов, преодолевали заснеженные хребты в тулупах и "шведских" куртках, которыми запаслись еще в Петербурге или получали из отряда Красного Креста цесаревны Марии Федоровны. Именно в этой кампании "кожанка" получила свое боевое крещение.

Если в XIX веке ее носили в основном флотские офицеры, то в 1910-е годы "шведские" куртки стали важным элементом обмундирования тех частей, которые выполняли "грязную" техническую работу - инженерных, автомобильных, авиационных, воздухоплавательных. В куртках было тепло даже на большой высоте, они не промокали, и было несложно очистить их от пятен и грязи. Автомобилисты носили коричневые кожанки с невысоким стоячим воротником, а пилоты - двубортные из черной лайки с отложным суконным воротником. В черной коже, шлеме с очками авиаторы выглядели очень эффектно. Они были главными модниками русской армии.

С началом Первой мировой войны кожанки стали популярны у фронтовиков. Их носили даже те чины, которым куртки официально не полагались, в том числе и сестры милосердия. Все, от гвардейских кавалеристов до скромных армейских докторов, щеголяли в черных или коричневых кожанках, а некоторые еще и в однотонных кожаных галифе.

Офицеры на мотоциклете. 1914-1917 годы.
Офицеры на мотоциклете. 1914-1917 годы.

Шоферский шик

В дореволюционной России шиковать любили и рабочие, в особенности хорошо зарабатывавшие мастера Балтийского и Путиловского заводов. Они форсили с дорогими карманными часами, а "шведские" куртки покупали для прогулок по центральным улицам Петербурга и фотографий на память.

Фору заводским давали шоферы, служившие по найму у частных лиц. Жалованье позволяло им носить все самое качественное и фасонное. Появилось даже такое понятие - "шоферский шик". Чтобы ему соответствовать, водители должны были носить коричневую кожаную куртку, перчатки с широкими раструбами, галифе с кожаными крагами и английскую фуражку, плоскую, с широким козырьком.

Во время Первой мировой войны спрос на "шведские" куртки вырос и в армии, и среди гражданского населения. Причиной была не только военная мода, но и банальный комфорт. Кожанкам не было сносу, их надевали и в дождь, и в снег, и в жару.

А вот в 1917 году многие оценили еще одно качество кожанки - она надежно скрывала социальное происхождение хозяина. Ее носили и рабочие, и матросы, и офицеры. В оголтелом революционном Петрограде кожанка помогала камуфлироваться, некоторым даже спасала жизнь.

К. Максимов. Красногвардейцы. 1928 год.
К. Максимов. Красногвардейцы. 1928 год.

Комиссарский шик

История "красной" революционной кожанки ведет отсчет с весны 1917 года, когда большевики стали поспешно формировать отряды Красной гвардии. В них, среди прочих, записывались заводские рабочие, бывшие чины инженерных рот и моторизованных тыловых частей, автомобилисты, словом, как раз те, кто носил кожанки по роду своей профессии. Люди большей частью образованные, подкованные технически и идеологически, они быстро освоились в новом революционном мире, хорошо себя зарекомендовали на поприще боевом и политическом. Именно из этой "кожаной" массы профессиональных рабочих вышли молодцеватые комиссары, упражнявшиеся в красноречии на митингах и щеголявшие в ловко скроенных коричневых и черных "шведских" куртках.

Отныне они стали важным элементом нового шика - комиссарского.

Главным его пропагандистом был Лев Троцкий, наркомвоенмор и предреввоенсовета. Существует красивая легенда о том, что охрану своего легендарного поезда он одел с ног до головы в красное кожаное обмундирование - "для тяжеловесной внушительности", как сам потом утверждал. Окруженный рослыми молодцами, "вождь краснокожих" Лев Троцкий, в куртке оттенка кровавой революции, действительно производил неизгладимое и устрашающее впечатление на бойцов.

Такие комсомолки долго украшали обложки советских журналов. Например, "Смены" N7 за 1924 год. / Сестра милосердия 1915 - 1917
Такие комсомолки долго украшали обложки советских журналов. Например, "Смены" N7 за 1924 год. / Сестра милосердия 1915 - 1917

Женский шик

Кожанка полюбилась и соратницам комиссаров, придумавших себе особую форму - ситцевый красный платок, шерстяную юбку, солдатские сапоги и кожаную куртку. Таких в народе стали называть "фабричницами" и "комиссаршами". В кожанках ходили Александра Коллонтай, Лариса Рейснер, Розалия Землячка. Комиссар театров и зрелищ Мария Андреева, гражданская супруга Максима Горького, носила самые элегантные в Москве кожанки, в тон которым она непременно заказывала боты и фуражки.

В начале 1920-х куртки оставались в большевистской моде. Порой женщины отказывали себе в хлебе насущном, чтобы скопить деньги на куртку из эффектной черной лайки. Кожанки обожали и тыловые комиссарши, и грубые "командирши", участницы Гражданской войны, и фабричные работницы. Полюбились кожанки и юным комсомолкам, мечтавшим о стремительной партийной карьере. Часто в коммунистических молодежных журналах публиковали фото счастливой "Маруси М." или "Клавдии Ф." в кожанке и красном ситцевом платке, вдохновенно выступавших перед колхозницами и фабричницами.

Героиня фильма "Выборгская сторона", конечно, носила кожанку.
Героиня фильма "Выборгская сторона", конечно, носила кожанку.

К середине 1920-х девушки вспомнили, что должны привлекать мужчин и быть женственными. Они стали интересоваться модой, в том числе парижской. Обзавелись нехитрой косметикой, вискозными чулками, шляпками и платьями. Красный платок и потертая грубая кожанка вышли из женской моды в конце 1920-х, оставшись лишь в реестрах военного обмундирования, на советских кинопленках и в стихотворениях революционных поэтов.