Опыт вождения Т-34 у него был не ахти, и на спуске мы влетели прямо в болото...

Шел сильный дождь, когда мы встали в 20-и километрах от передовой в лесном массиве. С рассветом заработала артиллерия, после чего штрафной батальон бросился в атаку на гитлеровские позиции. Последние несколько месяцев линия фронта здесь не меняла своего положения, однако немцы за столь долгое время не удосужились построить глубоко эшелонированную оборону, поэтому штрафники быстро справились с фрицами, засевшими в передовых окопах. В результате после их молниеносной атаки нам не пришлось вступать в бой, а мы просто колонной пошли по дороге.

Если это направление после ночного ливня можно было назвать дорогой... Танки скользили брюхом по раскисшей глине, иногда цепляясь гусеницами за твердую землю. После них оставался блестящий след, отполированный их днищами. Немцев мы не встретили, но наше движение периодически прерывалось налетами наших штурмовиков. Мы шли быстро, поэтому представитель авиации, который шел с нами, оказался бесполезен. Пока он давал координаты для атаки для наших "Илов", пока они взлетали и достигали места атаки, мы успевали сильно продвинуться вперед, и наши штурмовики начинали утюжить нас. Ну нам, сидевшим в танках, эти атаки были не так страшны, а вот пехота, сидящая на броне, была вынуждена бросаться врассыпную и падать лицом в грязь.

За несколько дней в нашей роте никто от наших "Илов" не пострадал, а потом по недоразумению погиб командир нашего орудия. Дело было так. У нас порвалась гусеница и нам выделили другой танк, чтобы толкать нас. Зацепили трос к рваной гусенице, чтобы волочь ее следом, а буксировавший исправный танк стал толкать нас вперед. Тут налетели немцы и начали нас бомбить. В неразберихе этой бомбежки командир, сидевший позади башни на броне, зазевался и не заметил, как буксировавший нас сзади танк раздавил его своим орудием об башню нашего танк. Кости таза были серьезно переломаны и он умер через полчаса.

Подошли к деревне Ветрино, и тут отошел фрикцион у Т-34 командира нашего взвода. Командир оставил меня с неисправной машиной, а сам пересел на мой танк и пошел дальше вместе со всеми. Мы с ребятами пытались его починить всю ночь, но так и не смогли. Пришлось ждать ремонтника, который явился через несколько часов и устранил неисправность. Мы опять пошли вперед, намереваясь догнать свою колонну, но свернули не на ту дорогу и заблудились. Поехали назад, причем за управление сел механик-регулировщик. Опыт вождения у него был не ахти какой, поэтому при спуске с горки, внизу которой дорога поворачивала, мы на приличной скорости влетели прямо в болото и увязли по самую башню.

Что делать? Стали вытаскивать при помощи бревна. Подводили бревно под обе гусеницы, танк проезжал по нему на длину корпуса, потом бревно переставляли опять перед танком, и все повторяли. Намучились, но вытащили. К сожалению, приличного живого дерева рядом не оказалось, иначе можно было просто зацепить трос за дерево, а второй конец за гусеницу, и наматывая его на гусеницу, вытащить самого себя. Но это был не наш случай.

Бронемашину вытащили, но маслопровод зараза, взял и порвался. Стало бить масло, в общем полное невезение. Пришлось еще с маслопроводом возиться. В общем, к месту, с которого мы стартовали, добрались только к вечеру. Устали, как собаки, но не успели лечь спать, как нарисовался заместитель по технической части: "Срочно догоняйте свою часть! Наступление на Ветрино вот-вот начнется!" Пришлось собирать манатки и двигать вперед. Так что в сухом остатке? Пока мы блуждали, вылазили из болота, чинили маслопровод и искали дорогу, наши войска Ветрино уже взяли. Вот так мы остались в живых при наступлении на Ветрино! А многие ребята сгорели в танках в том бою...

1943 год.