Наши "Юнкерсы" утюжат русских ватников в долине из пулеметов и истребляют бомбами...

04.01.2018

Когда возникла чрезвычайная ситуация на линии фронта с русскими, нашу батарею артиллерийской разведки, то есть звуковое измерительное подразделение, бросили в бой в качестве простых пехотинцев. Эсэсовский батальон, который стоял перед нами, состоял почти поголовно из молодых и необстрелянных солдат, которые ко всему прочему были еще и сильно деморализованы. Они сидели в грязных окопах под дождями уже довольно давно, так как на дворе была осень, а холодный дождь брызгал с неба, почти не переставая. И вот эсэсовцы ушли в тыл, а мы заняли их траншеи.

Наши позиции и позиции советских войск находились по разные стороны широкой долины, и мы не стреляли друг в друга, а могли только наблюдать. Расстояние, разделявшее нас, было слишком большим, а у нас из оружия были только карабины, да пара орудий в нашем тылу.

Как-то раз прилетели наши штурмовики "Юнкерсы Ю-87" и начали утюжить позиции русских ватников на другом крае долины и умиротворять их бомбами. Потом нас бросили в атаку, мы перешли через долину и начали подниматься по противоположному склону. Русские, естественно, открыли огонь, но когда мы преодолели достаточно крутой подъем, наверху никого из них уже не было. Мы окопались, а ночью пришли танки, которым кроме выстрелов из карабинов нам противопоставить было нечего. Возникла угроза попасть в плен, поэтому мы выскочили из окопов и побежали назад. Каждый спасал свою собственную жизнь, а было нас всего человек семьдесят.

Как зайцы, мы неслись через широкое поле, когда на горизонте забрезжил рассвет. Внезапно под моими ногами раздался сильный хруст, и я кубарем полетел в яму, прикрытую сухими ветками. Оглядевшись, я увидел, что в яме лежат припрятанные кем-то продукты, которые смягчили мое падение. Это оказался вырытый местными жителями схрон, предназначенный для того, чтобы прятать продукты от посторонних. Осторожно выглянув наружу, я увидел два русских танка, которые шли в моем направлении, и начал прощаться с жизнью. Вдруг наша артиллерий открыла плотный огонь, но ни в один из танков не попала. Тем не менее, Т-34 остановились, развернулись и поехали восвояси. Я не взял никаких продуктов из той ямы, так как от страха полностью лишился способности думать о еде. Я вылез из схрона и побежал дальше к своим.

Мы прекрасно понимали, что эта война для нас закончится плохо, но от нас ничего не зависело. Это сейчас легко говорить, а тогда мы были винтиками в военной машине. В те времена любого, кто сказал бы "давайте прекратим эту войну", обвинили бы в трусости и расстреляли, или отправили бы в штрафной батальон. А мы хорошо знали, что штрафбатовцев используют для разминирования минных полей, просто гоняя их по минному полю под дулом автомата...

Солдат вермахта Пол Ницьш.