ВМВ
12 934 subscribers

Британский взгляд на Вторую Мировую войну. Так ли всё, как мы думаем ?

233 full reads

Какое же действительное мнение в Британии, на все спорные вопросы ВМВ ? Не надоело верить в этом вопросе ? Прочтите сами. Главы школьного учебника истории, но какого - это хорошая книга по истории.

Британский взгляд на Вторую Мировую войну. Так ли всё, как мы думаем ?

Почему я написал о "мнении в Британии"- школьная программа по истории, во многом, формирует взгляды поколения в этих вопросах, кроме того, что отражает принятые в обществе постулаты.

Итак, сама книга : J.M. Roberts. Twentieth Century: The History of the World, 1901 to the Present. Allen Lane, The Penguin Press– 2004. Язык оригинала: английский. Всего в книге 928 стр.

Стоит на Амазоне -25 $. Весит в мягкой обложке 650 г. Автор : Дж. М. Робертс  (1928–2003) был выдающимся британским историком и телеведущим. Был проректором Саутгемптонского университета (1979–1985) и начальником Мертон-колледжа в Оксфорде (1985–1994). Он написал и представил «Триумф Запада» , серию из 13 частей для BBC (1985). Он является автором множества книг.

Есть другая обложка с грибом ядерным. Но учебник был, как раз с такой.
Есть другая обложка с грибом ядерным. Но учебник был, как раз с такой.

И её прямой перевод, без искажений, передергиваний и вырванных фраз:

Глава 13. Вторая мировая война. стр. 410-432

От блицкрига до плана «Барбаросса»

В Европе Вторая мировая война началась 1 сентября 1939 года, сразу после нападения немецкой авиации на польские города и аэродромы и обстрела порта близ Данцига немецким учебным кораблем, прибывшим с визитом «доброй воли». Вскоре численно превосходившая немецкая армия пересекла границу в нескольких районах. Через два дня Великобритания и Франция, выполняя данные Польше гарантии, объявили Германии войну. До последнего момента правительства этих стран колебались. Было очевидно, что они не способны предоставить реальную помощь Польше незамедлительно. Это несчастное государство в скором времени пало и в очередной раз за свою историю исчезло с политической карты, будучи уже через месяц после начала войны поделенным между немецкой и советской зонами оккупации. Однако, если бы Великобритания и Франция не вступили в войну, это бы означало их молчаливое согласие на немецкое господство в Европе, и тогда другие страны и не подумали бы, что поддержка Лондона и Парижа чего-то стоит. Итак, неохотно и без всеобщего воодушевления и энтузиазма, который был характерен для 1914 года, борьба за сохранение баланса сил началась вновь.

По воле случая двум оставшимся европейским державам с конституционным строем теперь предстояло сразиться в битве с тоталитарным режимом. Такой расклад был совершенно неожиданным и не был определен идеологической необходимостью. Ни британский, ни французский народы, ни их правительства не восприняли с энтузиазмом отведенную им роль. Либеральные и демократические силы переживали упадок, начавшийся в 1918 году, что ставило их в гораздо менее выгодную позицию, чем в 1914 году. Тем не менее, недовольство, вызванное агрессивными действиями Гитлера и тем, что он не соблюдал обещаний, значительно усложнило возможность заключения мира, который был бы достаточно убедительным. Таким образом, как и в 1914 году, основной причиной войны стали националистические устремления Германии. Однако если в первый раз Германия вступила в войну, потому что ее правители чувствовали, что находятся в опасности, то теперь Великобритания и Франция отреагировали на угрозу немецкой экспансии. Отныне Лондон и Париж чувствовали, что находятся в опасности, и это подтолкнуло их к вступлению в войну.

Тем не менее, причин у войны было гораздо больше, и, анализируя обстановку сегодня, можно прийти к выводу, что военное столкновение было просто неизбежно. 1939 год – или, возможно, 1941 год, – ознаменовал рубеж в европейской и мировой истории. Именно тогда окончание европейской истории как самостоятельной, последовательной и ясной стало неоспоримым фактом. Вскоре руководители европейских стран будут играть лишь незначительную роль в разрешении дел даже своего собственного континента. На протяжении десятилетий будет сложно выделить исключительно европейскую историю, и состояние внутренних дел в Европе будет свидетельствовать о потере былого контроля. Когда исключительно европейская история вновь станет различимой, мировой порядок будет уже далек от того, что существовал в 1939 году.

Однако дальнейшее трагическое развитие событий с самого начала не было очевидным. Многие наблюдатели были удивлены, а правительства Франции и Великобритании почувствовали облегчение, когда в первые полгода войны после окончания короткой польской кампании не произошло практически никаких событий. Оставшиеся силы польского движения Сопротивления продержались чуть больше месяца, однако судьба Польши была предрешена еще до того, как 17 сентября советская армия вторглась на ее территорию с востока, что привело к разделу страны. Эти несколько недель войны наглядно продемонстрировали, что механизированные войска и авиация будут, скорее всего, играть гораздо более важную роль, чем во время войны 1914-1918 гг. Также сформировалась тактика, обеспечивавшая будущие победы Берлина, а именно блицкриг («молниеносная война»), которая подразумевала неожиданное нападение и быстрое свержение противника в ходе стремительной военной операции, основанной на повышенной мобильности сил. Кроме того, Германия начала использовать подводные лодки против флота Союзников, однако в незначительных масштабах. Предвидеть что-либо еще было невозможно. В сознании британцев и французов воспоминания о кровопролитной битве на Сомме и о Верденской мясорубке были еще слишком яркими, чтобы планировать нечто большее, чем затратную оборону. Они надеялись, что установление блокады, в конечном итоге, принесет свои плоды, хотя надежды на это были слабее, чем 25 лет назад, так как у Германии был доступ к ресурсам стран Скандинавского полуострова, Восточной Европы и СССР. Гитлер не хотел досаждать западным членам антигитлеровской коалиции. Он стремился оставить возможность для заключения мира, которая бы обеспечила ему свободу действий на востоке.

Ситуация сдвинулась с мертвой точки, только когда Великобритания решила усилить блокаду и заминировать водное пространство около Скандинавского полуострова. Это событие совпало с немецким вторжением в Норвегию и Данию, предпринятым для того, чтобы обеспечить безопасность дороги, по которой железная руда поставлялась из Северной Швеции в Германию. Атака немцев 9 апреля 1940 года стала первой в череде успешных операций немецкой армии и авиации. Только месяц спустя немцы снова воспользовались тактикой блицкрига и захватили сначала страны Бенилюкса, а затем и Францию. В ходе мощного наступления с использованием бронетанковой техники армия двигалась от Арденнских гор, затем заняла штурмом линию Мажино, что открыло путь дивизиям союзных держав и позволило захватить Париж. 19 июня немецкие войска дошли до Бреста – порта на побережье Атлантического океана. Три дня спустя Третья Республика подписала Второе компьенское перемирие с Германией. Италия присоединилась к немецкой коалиции десятью днями ранее. До этого Муссолини планировал вступить в войну гораздо позже, но он изменил свое решение, будучи пораженным столь стремительными успехами Германии и желая обеспечить себе место за столом мирных переговоров. Третья Республика прекратила свое существование 10 июля. Во главе государства встал маршал Петен, герой Верденского сражения во время Первой мировой войны. Германия оккупировала половину страны. Новое французское правительство, которое разместилось в Виши, разорвало дипломатические отношения с Великобританией, когда британцы захватили и уничтожили французский военный корабль из опасения, что он мог попасть в руки немцев.

В Европе осталось всего несколько нейтральных государств. СССР поставлял Германии все материалы военного назначения, о которых его просили. У Великобритании не было ни одного союзника на континенте. Половина Франции, вся Бельгия и Нидерланды, Дания и Норвегия находились в зоне немецкой оккупации, и, таким образом, все европейское побережье от Пиренеев до Нордкапа было под контролем Германии. Великобритания находилась в сложном стратегическом положении, даже худшем, чем во время войны с Наполеоном. Правда, Лондон не был совсем один. Все доминионы, кроме Ирландского свободного государства, вступили в войну на стороне Великобритании, а ряд правительств оккупированных стран в изгнании по- прежнему имели небольшие армии под своим командованием. Французы, норвежцы, датчане, голландцы, бельгийцы, чехи и поляки еще будут храбро сражаться в будущем, добиваясь невероятных успехов. Преданность французов была особенно важна, так как они имели потенциальный доступ к ресурсам французских заморских территорий, чья судьба, в большинстве случаев, еще не была определена. Однако их лидер Шарль де Голль, который покинул Францию до подписания перемирия (и был заочно приговорен к смерти), представлял только одну часть французского общества, а не законное правительство, и вызывал недоверие у большинства французов. Тем не менее, он считал себя конституционным наследником Третьей Республики и защитником интересов и чести Франции и практически сразу проявил свою независимость, что, в конечном итоге, сделало его величайшим подданным Франции со времен Клемансо. Вскоре он был признан Великобританией как «лидер свободных французов».

Причина, по которой британцы считали важным признать де Голля, заключалась в его вере, что он сможет найти отклик на территориях французской империи, и что те под его руководством продолжат борьбу. Имперский период истории во многом определил географический размах войны, которая уже начала выходить за рамки Европы. Более того, вступление Италии в войну означало, что ее восточно-африканские территории, берега Ливии и Триполитании, а также морские пути в южном средиземноморье также становились полем битвы. В свою очередь, у Германии появился доступ к новым портам в Атлантике и в Скандинавии, и это означало, что, как ее позже назовут, битва за Атлантику – попытка отрезать связи Великобритании с континентом посредством подводных, надводных атак и ударов с воздуха – будет еще более жестокой и более масштабной, чем раньше.

Тем не менее, британцы сразу же были мобилизованы для отражения прямой атаки. Нашелся человек, который объединил всю страну. Это был Уинстон Черчилль – политик с долгой и не лишенной трудностей политической карьерой. Когда англо-французская норвежская кампания провалилась, он стал премьер-министром из-за того, что никто другой не смог заручиться поддержкой всех партий в Палате Общин. Черчилль незамедлительно сформировал коалиционное правительство и проявил себя как решительный и энергичный лидер, которого до этого так не хватало. Учитывая его достижения, некоторые удивились, когда его умение вести за собой вскоре стало выходить за рамки политической и административной элиты. Черчилль напоминал своим соотечественникам, к которым он мог обратиться по радио, о тех забытых качествах, которыми они обладали. Это случилось незадолго до того, как стало понятно, что только поражение в непосредственном военном нападении могло заставить Великобританию выйти из войны.

Такая позиция Лондона стала еще более непоколебимой после большого воздушного сражения за юг страны в августе-сентябре, которое британцы выиграли благодаря своим ученым и военно-воздушным силам. Теперь это столкновение носит вполне оправданное название «битва за Великобританию», так как на кону было само дальнейшее существование государства. На время британцы почувствовали такую же гордость и облегчение, какое испытывали греки после марафона. Как справедливо отметил Черчилль в своей часто цитируемой речи, произнесенной еще в начале битвы, «никогда еще в истории конфликтов человечество не было обязано столь многим столь небольшому числу бойцов»*1. Победа в Битве за Британию означала, что немцы не вторгнутся на территорию страны со стороны моря (хотя такая попытка могла бы однажды увенчаться успехом). Также было установлено, что нельзя победить Великобританию только путем бомбардировок. Британцам предстояло пережить холодную зиму на рационных карточках и ночные бомбардировки, а также годы обескураживающих неудач, но теперь направление немецких атак изменилось: решительные воздушные действия на западе заставили Германию направить свои силы на другие направления.

*1 18 июня 1940 года. Сначала была произнесена в Палате Общин, а потом и передана по радио.

В декабре 1940 года Германия начала детальную разработку плана по вторжению в Советский Союз, исполнение которого было намечено на май 1941 года. До этого времени СССР удавалось извлекать выгоду из соглашений с Гитлером: в частности, Москва смогла отодвинуть свою восточную границу, пытаясь, очевидно, создать зону для отступления в случае будущей атаки немцев. Первым шагом стала оккупация советскими войсками территории Польши (и они не встречали сопротивления со стороны украинцев и евреев в той части страны, которая раньше принадлежала Украине). Война с Финляндией зимой 1940 года отодвинула стратегическую границу в Карелии. Позже в том же году в состав Советского Союза официально вошли прибалтийские республики – Латвия, Литва и Эстония (их территорию СССР оккупировал за год до этого). Следующим территориальным приобретением стала Бессарабия и Северная Буковина, которую Румыния присоединила во время распада Российской империи в 1918 году. К этому моменту завоевания Сталина стали выходить за пределы бывшей царской России.

Гитлер никогда не сомневался, что в конечном итоге ему придется сразиться с СССР, и почти всегда был уверен, что это случится в ходе тщательно спланированного немецкого нападения. В июне 1940 года он заявил, что начнет заниматься реализацией своей «великой и истинной задачей: борьбой с большевизмом» сразу же после заключения мирного договора с Великобританией*2. Само решение и выбор времени были обусловлены обеспокоенностью Гитлера возможной дальнейшей советской экспансией: он не планировал допустить СССР к очагу российского империализма – к Балканам и проливам. С помощью быстрого разгрома Советского Союза он хотел показать, что дальнейшее сопротивление Великобритании бесполезно и, таким образом, исключить возможность поставок американской помощи Соединенному Королевству. Однако глубинные причины решения Гитлера напасть на СССР были, вероятно, личными. Он долго искренне и фанатично ненавидел большевизм и верил, что славяне, которые, по его мнению, являлись низшей расой, должны были освободить для немцев жизненное пространство, стать их рабочей силой и отдать сырье, имеющееся на восточных территориях. Он лелеял последнюю, искаженную и расистскую мечту: претворить в жизнь замысел Тевтонского ордена и распространить западную цивилизацию на славянский восток. Эта идея встречала отклик у многих немцев, и ее использовали для того, чтобы оправдать жестокость, которую крестоносцы даже и не могли себе представить.

Пока немецкие генералы планировали вторжение в СССР, они начали стремительную кампанию весной 1941 года в Югославии, где революция отстранила от власти правительство, заключившее союз со странами Оси. Это была своеобразная увертюра к грядущему столкновению двух титанов. 6 апреля немцы вторглись в Грецию. С октября 1940 года итальянские силы вели безуспешную борьбу с греками, пытаясь удовлетворить амбиции Муссолини и добиться господства в Адриатике. Во время этой разрушительной кампании британцы в очередной раз сражались на стороне греков, однако они уступали врагу по численности и вынуждены были уйти с континента. Крит также был потерян во время мощной немецкой атаки с воздуха. Теперь все было готово к реализации плана «Барбаросса» – масштабного стремительного нападения на СССР, названного в честь средневекового немецкого императора.

Нападение началось рано утром 22 июня 1941 года. В нем приняло участие более 3,5 миллионов человек, что делает его самым масштабным в европейской истории. Германия добилась мгновенных и значительных успехов. Советские войска оказались совершенно неподготовленными. Немцам удалось взять многочисленных пленных, добиться огромных жертв и продвинуться на тысячи километров вглубь Советского Союза. Казалось, что это очередной успешный блицкриг. Авангард немецкой армии был уже менее чем в 30 км от Москвы. Тем не менее, это расстояние было не полностью захвачено, а немецкая армия к тому времени уже была истощена. В начале декабря первая успешная советская контратака показала, что Германия загнана в угол. Советское правительство, которое покинуло Москву и уехало в Куйбышев (800 км к востоку от Москвы), вернулось в столицу за 10 дней до Рождества. Инициатива ушла из рук немцев. Их потери составили почти миллион человек. Если бы британский и советский народы смогли бы закрепить свои позиции и действовать сообща, то, несмотря на отсутствие новейших достижений техники и мощного оружия у них самих, их силы могли бы подкрепляться благодаря американской помощи. Однако это не означало бы, что они смогли бы победить Германию, но появилась бы возможность посадить лидеров за стол переговоров.

*2 Паркер. Борьба за выживание. История Второй мировой войны. Оксфорд, 1989 – с.60

Немецкая Европа

Когда план Барбаросса начал претворяться в жизнь, все надежды на возможное проведение мирных переговоров исчезли, хотя Сталин, опасаясь, что его западные союзники могут стремиться заключить мир за его спиной, сам пытался сделать это. В конце 1941 года, даже принимая во внимание недавние неудачи на Восточном фронте, немецкое превосходство на территории континентальной Европы могло быть свергнуто только путем военной победы (что еще долгое время будет оставаться лишь в отдаленной перспективе). Оставшимся в Европе нейтральным странам приходилось тщательно взвешивать свои шаги, чтобы не спровоцировать агрессию Германии. На оккупированных территориях (которые будут расширяться еще на протяжении двух лет) сначала было достаточно сотрудничества с местным населением, его эксплуатации и запугивания для того, чтобы подавить первые неокрепшие ростки только появившегося движения Сопротивления. Британское правительство сразу же начало помогать таким движениям как оружием, так и советом. Ситуация оставалась неизменной до первых поражений Германии на востоке, а также пока поведение немецких солдат не настроило против себя местное население и пока не появилась реальная возможность возвращения войск антигитлеровской коалиции в Западную Европу.

Во всех странах находились коллаборационисты, готовые сотрудничать с немецкими оккупантами. Не все из них действовали из своих злобных и эгоистичных побуждений. Некоторые просто хотели добиться лучшего отношения к своим соотечественникам или оградить их от варварских карательных операций. Были и те, кто искренне и с энтузиазмом верил немецкой пропаганде, которая говорила об опасностях коммунизма, о предательстве Туманного Альбиона, о еврейско-масонских заговорах, и те, кого завораживала мысль о рациональной перекройке карты Европы. Другие были рады признать, что коррумпированные и немощные институты демократии якобы их предали. Немцы везде находили желающих вступить в государственную армию или войти в ряды местной полиции и военизированных формирований, хотя в некоторых странах таких людей было немного. Среди коллаборационистов были также преступники и карьеристы, которые пытались извлечь личную выгоду из ситуации. Наконец, среди них всегда были садисты и головорезы, которые во время оккупации могли дать волю своим извращенным стремлениям.

Несомненно, в основном это была ошибка Германии, так как она не смогла заручиться адекватной поддержкой населения, хотя изначально воспользовалась благоприятными условиями на оккупированных территориях. С самого начала отношение немцев к народу оккупированной Польши было зверским. Поляков и евреев изгнали с западных земель и депортировали без предупреждения в восточную зону «центрального правительства» для того, чтобы освободить место для немцев, прибывших из-за границы. Польские университеты были закрыты, преподаватели либо депортированы, либо расстреляны. Это, в частности, привело к появлению польской Армии Крайовой, которая предпримет в августе 1941 года смелую, но крайне неудачную попытку организовать восстание в Варшаве против сил оккупантов. По мере того, как продолжалась война, постоянные грабежи оккупированных территорий понижали уровень жизни, а в некоторых регионах (например, в Греции) привели к массовому голоду, что еще больше отстранило местные народы от завоевателей. Позже людей стали насильно призывать в армию и отправлять на работы на немецкие предприятия в условиях, которые больше напоминали рабство. Ряды французского движения Сопротивления значительно пополнились, когда многие молодые люди начали скрываться, чтобы избежать отправки на работы в Германию.

Теперь такая политика кажется неразумной не только потому, что разжигала дух сопротивления, но и потому, что она не всегда отвечала интересам Германии. Например, к заключительному году войны на востоке появились соревнующиеся промышленные империи под руководством СС и местных военачальников, которые растрачивали человеческие ресурсы, заставляя их неэффективно работать и относясь к полуработникам-полурабам пренебрежительно. Зачастую они даже не пытались воспользоваться силой заключенных, хоть это было и незаконно. За первые полгода войны на востоке погибло 2 миллиона советских военнопленных только из-за крайне пренебрежительного отношения.

Самые ужасающие деяния немцев во время господства в Европе стали известны только после войны, и их стоит рассматривать в контексте нацистской расовой политики. Однако даже во время войны становились очевидными последствия нарастающей расовой ненависти, которой можно было бы избежать, найдя более рациональный подход. Порой забывают, что в 1941 году авангарды немецкой армии, вступившие на территорию Украины, были радостно встречены местными жителями, которые надеялись избавиться от советского правления.

Тем не менее, Гитлер не обратил внимания на потенциал поддержки украинских националистов. 30 июня 1941 года во Львове было объявлено о создании Украинского независимого государства. Практически сразу же оно было уничтожено. Началась немецкая кампания против украинских националистов. Выжившие украинские патриоты перешли в отряды партизан, сражавшихся против немецкой армии*3. Тем временем 3 миллиона украинцев были переселены на запад для принудительных работ.

Безусловно, эффективность движения Сопротивления, направленного на постоянное отвлечение врага и иногда на проведение значительных военных операций, сегодня часто преувеличивают. Тем не менее, в Балканских странах деятельность партизан волновала самого Гитлера. Она была крайне эффективной в ряде стран, которые воспользовались отторжением между местным населением и немецкими властями. Ярким примером является Югославия. Однако силы Сопротивления порождали разрозненность внутри населения стран, особенно после активизации коммунистических партий, последовавшей за немецким нападением на СССР. Во Франции эти разногласия удалось преодолеть и создать единое движение Сопротивления, но в Италии после освобождения ее территории союзными войсками разразилась бойня, похожая на гражданскую войну. В Греции столкновения начались еще до освобождения территории от оккупантов. Такие действия провоцировали немцев проводить ответные карательные операции. Показательным примером является массовое убийство 335 итальянцев в Ардеатинских пещерах после партизанской атаки в Риме.

**3 После возвращения советской армии в 1943 году украинские партизаны выступили и против СССР; только в начале 1948 года силам СССР, Польши и Чехии удалось, наконец, искоренить украинское националистическое сопротивление.

Мировая война

В 1939 году Конгресс США одобрил закон, позволявший иностранным правительствам закупать вооружение, если они заплатят за него наличными и увезут на собственных кораблях. На данном этапе общественное мнение в США не было готово согласиться на большее. Хотя это и был отход от полной изоляции, до вовлечения в столкновения в Европе было еще далеко. Тем не менее, анализируя произошедшее с позиций сегодняшнего дня, это, казалось бы, невыдающееся событие приобретает значимость. Благодаря ему с октября 1939 года между американским президентом и Уинстоном Черчиллем, который потом станет первый лордом адмиралтейства, началась секретная переписка. По крайней мере, после этой зимы, в которую Франклин Рузвельт выиграл свои третьи президентские выборы, пришло понимание, что в интересах США необходимо было поддерживать Великобританию, насколько позволяло общественное мнение и закон о нейтралитете, а иногда даже и немного больше. Важным шагом стал выпуск закона о ленд-лизе в марте 1941 года, который позволял президенту США обеспечивать финансирование или сдавать в аренду материалы военного назначения любой стране, чья безопасность, по его мнению, отвечала интересам национальной безопасности Соединенных Штатов. На деле это значило, что товары и услуги могли быть предоставлены союзникам по антигитлеровской коалиции без немедленной оплаты. К концу войны в помощь Великобритании, СССР и европейским правительствам в изгнании было предоставлено примерно 40-50 млрд. долл.*4 Вскоре американское правительство расширило зону морского патруля и защиты своего флота дальше на восток в Атлантическом океане. После нападения Гитлера на СССР Черчилль и Рузвельт встретились на британском линкоре и приняли Атлантическую Хартию – заявление об общих принципах. В ней лидеры государств, одно из которых имело статус воюющей страны, а другое официально находилось в состоянии мира, говорили о нуждах послевоенного мира «после окончательного разгрома нацистской тирании». Американское общественное мнение вряд ли бы одобрило такую риторику еще полтора года назад. К лету 1941 году Гитлер знал, что, судя по намерениям и целям США, они стали необъявленным врагом.

Именно это стечение обстоятельств подтолкнуло Гитлера к принятию второго за год фатального решения, которое приведет его к разгрому – 11 декабря он объявляет войну Соединенным Штатам Америки. Это произошло после нападения Японии на территории Великобритании, Голландии и США. Таким образом, война приобрела общемировой масштаб. Гитлер ранее обещал поддерживать Японию, но, если бы он не сдержал своего обещания, объявление войны Японии со стороны Великобритании и США не означало бы превращения войны в глобальную, и на планете были бы два не связанных между собой конфликта, и только Лондон бы участвовал в обоих из них. Гитлер не воспользовался возможностью оставить США в стороне от Европы и ограничить их действия в рамках Тихого океана. Таким образом, несколько событий обозначали конец эпохи. Дела Европы отошли на второй план. Страны континента не смогли сами защищать свое будущее, и теперь оно находилось в руках двух великих держав – США и Советской России.

**4 Около 8 млрд. долл. поступили в США по «обратному» ленд-лизу от Союзников, предоставлявших американским силам товары и услуги.

Слияние двух войн

Решение Японии объявить войну США также было опрометчивым, хотя вся логика японской политики приближала начало конфликта. Связи Японии с Германией и Италией, формально закрепленные в Берлинском пакте (сентябрь 1940 года), имели больше пропагандистский характер для всех участников и в реальности оказывали несущественное влияние. Токио придавал значение этому пакту в основном до тех пор, пока существовала перспектива присоединения СССР к странам Оси для борьбы с Великобританией – европейской страной, имевшей самые обширные колонии в Азии. Решающим событием в политике Японии стало разрешение споров относительно наличия или отсутствия угрозы в случае объявления войны США. Главная проблема заключалась в потребностях Японии в нефти для успешного завершения войны в Китае. Она могла получить ее только с выраженного или молчаливого согласия США. Когда в 1937 году началась кампания против Китая, Япония продолжала импортировать более двух третей нефти из США. Однако никто в американском правительстве не мог дать добро на уничтожение Китая Японией. Напротив, позиция Вашингтона становилась все жестче. Японская оккупация и установление протектората над Индокитаем повлекли за собой запрет на экспорт металлолома из США в Японию, замораживание японских активов в Штатах5. Наконец, американское правительство ввело эмбарго на все виды торговли с Японией.

Затем последовала финальная стадия процесса, который начался с приходом к власти в Японии в 1930-х гг. реакционных сил, выступавших за экспансию. Решимость защищать интересы Токио на азиатском континенте путем прямого вмешательства проявилась в 1904 году в войне с Россией, в 1910 и 1931 гг. при аннексии Кореи и Маньчжурии соответственно и в 1937 году, когда началась кампания против Китая. К осени 1941 года в глазах военных, занимавшихся планированием, вопрос войны с США стал чисто стратегическим и техническим. Поскольку они смогут силой захватить ресурсы Юго-Восточной Азии, необходимые для поддержания их позиции в Китае (командование военно- морского флота выступало против этого плана, а армия его поддерживала), то единственный вопрос, который нужно было решить, заключался в том, когда и под каким предлогом начать войну с США. Само решение было по своей сути иррациональным, так как, в конечном счете, шансы на успех в такой войне, если только Америка не пала бы в самом начале, были крайне малы. Когда защитники национальной чести победили, началась тщательная проработка плана нападения, рассчитывались лучшее место и время.

Было решено нанести самый мощный, насколько это было возможно, удар по американским морским силам в самом начале войны, чтобы получить максимальную свободу передвижения в Тихом океане и Южно-Китайском море. В результате 7 декабря 1941 года было проведено жесточайшее нападение, в основу которого была заложена атака с воздуха на американский флот в Перл-Харборе на Гавайях. По сей день это нападение считается одной из самых хорошо спланированных и блестяще исполненных операций в истории. За пару часов японцы уничтожили американские воздушные подразделения и потопили линкоры и ряд других кораблей. Однако вследствие трагической случайности им не удалось добиться полного успеха. В ходе нападения не была уничтожена американская военно-морская авиация, потому что авианосцы в тот момент ушли из порта в море. Несколько часов спустя не менее жестокая операция была проведена против воздушной базы США на Филиппинах, во время которой была уничтожена основная часть американских воздушных сил на Дальнем Востоке.

Эти нападения позволили японцам несколько месяцев свободно выбирать стратегию, чего они и добивались. Пользуясь инициативой, японские войска нанесли огромный ущерб колониальным империям на Дальнем Востоке. Почти одновременно они потопили два крупных боевых корабля, которые должны были стать основой дальневосточного британского флота, продвинулись и завоевали всего за несколько месяцев Малайю, крепость Сингапур, Филиппины и Индонезию. Японцы наступали через Бирму к границам Индии и Китая.

19 февраля они начали бомбардировку порта Дарвин на севере Австралии, которая стала первой бомбардировкой, проведенной с базы в Новой Гвинее. К середине 1942 года европейскому правлению почти во всех частях Восточной и Юго-Восточной Азии восточнее Бирмы пришел конец, за исключением небольшой португальской колонии Макао и французского Индокитая (который был оккупирован Японией). Однако неспособность в самом начале нанести разрушительное поражение США имела свои последствия. Япония вступила в продолжительную войну, которую не могла выиграть. Ничто так не могло объединить американцев, как нападение на Перл-Харбор. После 8 декабря все изоляционистские стремления испарились, что породило навязчивую идею Гитлера объявить войну США. На стороне Рузвельта теперь была вся американская нация.

Глобальный конфликт 1941-1945 гг.

После Перл-Харбора война стала мировой и приобрела гораздо бóльшие масштабы, чем Первая мировая война. Даже на американскую землю упало несколько японских артиллерийских снарядов и бомб, запущенных с аэростатов. В Европе всего пять стран не были затронуты немецкой агрессией и оставались нейтральными: Испания, Португалия, Швеция, Швейцария и Ирландия. В Северной Африке в пустынях между итальянской Ливией и Египтом бои то затихали, то начинались вновь. Их зона расширилась до Сирии в начале 1941 года после прибытия в регион немецкой миссии и до Ирака, где правительство националистов, пользовавшихся поддержкой немецких воздушных подразделений, было свергнуто британскими силами. За один год Иран был оккупирован британскими и советскими войсками, Эфиопия была освобождена, а итальянская колониальная империя в Восточной Африке разрушена. Тем временем шла гораздо более интенсивная война на море. Ее вели немецкий подводный флот, авиация и сухопутные части в большей части Атлантического, Арктического и Индийского океанов, а также в Средиземном море. Только небольшое число стран оставалось в стороне от этого масштабного конфликта.

Такая война требовала огромных затрат. Мобилизация населения стран была даже большей, чем во время Первой мировой войны, хотя затронула немецкое общество гораздо позже, чем британское или советское. Огромные экономические потери Советского Союза в первый год войны затем привели к масштабной активизации сил, продемонстрировавшей результаты борьбы с неэффективным управлением в царской России, которое привело к поражению в Первой мировой войне. Однако, в конечном счете, решающей оказалась роль Соединенных Штатов Америки. Огромные производственные возможности этой страны сделали неоспоримым преимущество «Объединенных Наций» (так стала называться коалиция стран, ведущих борьбу против Германии, Италии и Японии)*6.

**6 Термин «Объединенные Нации» впервые официально был использован в Декларации

Тем не менее, начало 1942 года было не очень благоприятным для Объединенных Наций. Поворот в войне произошел только после четырех значительных и не связанных между собой сражений. В июне японский флот атаковал атолл Мидуэй и был разбит в сражении, которое велось в основном в воздухе и в котором американцы с самого начала обладали большей информацией, полученной благодаря радиотехнической разведке. Япония потеряла такое количество авианосцев и летных экипажей, что не смогла вернуть стратегическую инициативу в свои руки, хотя на верфях велась усиленная работа по построению новой техники. За этим последовали другие поражения на море в ходе долгого американского контрнаступления в Тихом океане. Теперь целью американцев стало лишить Японию ресурсов и захватить островные базы, с которых могла бы быть атакована сама территория страны. Позже, в начале ноября, британская армия в Западном Египте нанесла сокрушительное поражение немцам и итальянцам в Эль-Аламейне и начала наступление, которое планировалось прекратить только после достижения границы Туниса. Победа совпала по времени с высадкой американо-британских сил во французской Северной Африке. К маю 1943 года войска Германии и Италии отступили в Тунис, и их сопротивление сошло на нет. Борьба за контроль над Средиземным морем была окончена. За полгода до этого, в конце 1942 года, Красная армия окружила немецкие силы, которые Гитлер направил к Сталинграду – городу на Волге. Остатки немецкой армии капитулировали в феврале 1943 года, что стало первым деморализующим и масштабным поражением немцев на Восточном фронте в ходе великолепного зимнего наступления Советской армии, которое ознаменовало поворотный момент в войне.

Другой важной победой Союзников была битва за Атлантику. У нее нет определенной даты. Борьба шла до самого последнего дня войны и была не менее важной, чем сражения в Тихом океане, Африке, на Восточном фронте, и даже в некотором смысле важнее. Бои достигли наибольшей интенсивности в начале 1942 года и привели к победе в 1943 году. В марте 1942 года были потоплены суда Союзников водоизмещением в 850 тыс. тонн и 6 немецких подводных лодок; в сентябре того же года потопили суда водоизмещением в 560 тыс. тонн и 11 немецких подлодок. Ход событий был изменен, но сложная борьба была еще впереди. К концу года общее водоизмещение потопленных кораблей достигло 8 млн. тонн, а число немецких подлодок – 87. В 1943 году – 3,25 млн. тонн и 237 подлодок. Битва за Атлантику была чрезвычайно важной для Объединенных Наций, так как от ее исхода зависела судьба Великобритании и, в некоторой степени, возможность Советского Союза получать промышленную продукцию из США. Победа в ней стала возможной благодаря перехвату британцами сигналов немецкой разведки и данным, полученным от авиации дальнего действия американского производства.

США и СССР. Другие страны позже также присоединились к ней. Основное положение документа заключалось в обязательстве не заключать сепаратного мира со странами Оси. В июле 1943 года англо-американские силы высадились на Сицилии, а через полтора месяца – на итальянской континентальной территории. Вскоре после этого Муссолини был свергнут в ходе монархического государственного переворота. Рузвельт согласился, что в первую очередь нужно было победить Германию, однако вопрос о высадке в Северной Франции для того, чтобы ослабить натиск немцев на СССР, не поднимался до 1944 года. Эта отсрочка вызывала негативную реакцию Сталина. Англо-американская высадка на севере Франции в июне 1944 года считается величайшей в истории операцией с доставкой сил по морю. Теперь Германии пришлось вести серьезные бои на трех фронтах, а также выполнять гарантии, данные Балканским странам. Вскоре после высадки в Нормандии Советская армия вошла в Польшу. Хотя она продвигалась быстрее, чем армия Союзников, понадобилось еще 9 месяцев, чтобы в апреле 1945 года добраться до Берлина. К тому времени союзные войска из Италии вошли в Центральную Европу, а из стран Бенилюкса – в Северную Германию. Был нанесен незапланированный огромный ущерб немецким городам во время наступления с воздуха, что, тем не менее, не имело решающих стратегических последствий до последних месяцев войны.

Давно стало понятно, что война окончится победой союзников по антигитлеровской коалиции. Это также подтверждалось тем, что до этого нейтральные государства вступили войну, так как хотели внести свой вклад в мир и стать членами нового международного института – Организации Объединенных Наций, которая находилась на стадии становления*7. Считалось, что Гитлер, инициировавший войну, на данном этапе был в своем уме, хотя на лицо было сумасшествие. Он и не думал щадить своих соотечественников, и тем более врагов, и, когда 30 апреля 1945 года он совершил самоубийство в бункере в разбомбленном Берлине, бывшая Германия, как и бывшая Европа, в прямом и переносном смысле были им разрушены. Его смерть не означала полный конец, однако все необходимые формальности были соблюдены уже в следующие несколько дней. Советская армия приняла капитуляцию немецких сил 2 мая в Берлине, а окончательная капитуляция Германии произошла пять дней спустя в Реймсе.

Война на Дальнем Востоке продолжалась немного дольше. В начале августа 1945 года японское правительство осознало, что все кончено. Большинство завоеваний Японии в Тихом океане и Юго-Восточной Азии были уже возвращены, хотя японская армия по-прежнему в небольшом составе присутствовала в оккупационных зонах в Китае, что стало большим военным и стратегическим просчетом. Сами же японские города были разрушены во время американских бомбардировок, а морские силы, необходимые для коммуникации и защиты от иностранного вторжения, были в плачевном состоянии*8. Две бомбы еще неведомой человеку разрушительной силы были сброшены США на японские города Хиросима и Нагасаки. Как и предполагали ученые, сила этих двух атомных бомб, полученная в ходе освобождения энергии атомных ядер, намного превзошла силу химических взрывчатых веществ. В период между сбросом бомб на Хиросиму и Нагасаки Россия объявила войну Японии. 2 сентября японское правительство отказалось от обреченного на провал плана стоять до конца и подписало документы о капитуляции. Вторая мировая война завершилась.

**7 Выдающимся примером была Турция, объявившая войну Германии в феврале 1945 года.

**8 К концу войны две трети торгового флота Японии и две трети ее военно-морского флота были потоплены только американскими подлодками.

Значение победы

Сразу же после войны было сложно оценить масштаб произошедшего. Однозначно положительным итогом было свержение нацистского режима и освобождение Европы от всех ужасов войны. Еще никогда в истории настолько жесткий режим не управлял цивилизованным миром. По мере продвижения союзнической армии вглубь Европы и освобождения из лагерей заключенных, которые рассказывали о случившемся с ними, открывались ужасающие преступления режима, основанного на запугивании и пытках. Внезапно стало очевидным, насколько прав был Черчилль, сказав в своем обращении к соотечественникам в 1940 году: «Если мы падем, то весь мир, включая США, включая всех, кого мы знали и о ком заботились, погрузятся в бездну нового Средневековья, которое будет еще более зловещим, и, возможно, более продолжительным и обремененным извращенными достижениями науки»*9. Реальность этой опасности подтверждается данными из Берген-Бельзена и Бухенвальда, двух первых лагерей жертв режима, где были найдены ужасающие записи того, как нацисты обращались со своими пленными. Вскоре они были показаны в кинотеатрах стран-победителей и вызвали сильное чувство неприязни к немцам*10. По мере того, как обнаруживались все более ужасающие факты, перестало проводиться различие между уровнем жестокого отношения к политическим заключенным, рабам из других стран (многие миллионы которых работали на немецких предприятиях или военных стройках, таких как линия Зигфрида на границе с Францией) или к военнопленным. И, тем не менее, все это затмили данные о систематических попытках нацистов уничтожить евреев в Европе в рамках «Окончательного решения» ради не поддающейся логичному объяснению задачи по достижению расовой чистоты.

**9 В речи от 18 июня 1940 года.

**10 Ужасающие картины происходившего в Берген-Бельзене на деле свидетельствовали не только о жестокости, но и о пренебрежении. Британская освободительная армия нашла огромное количество незахороненных трупов жертв, погибших от неопределенной болезни или от голода.

Первоначальные причины явления, получившего название «Холокост», возникли еще до 1901 года и были порождением закоренелого антисемитизма, сумасшедшей теорией всемирного еврейского заговора, ошибочными евгеническими идеями. После 1933 года умалишенных мужчин и женщин и даже психопатов записывали в списки официальных преследователей евреев. Это было ужасающей реальностью нацистского режима, но многие рядовые немцы иногда из страха или равнодушия также не протестовали против того, что они называли политикой преследования евреев, которая впоследствии превратилась в политику их истребления. Идея очистки Германии от евреев появилась (в нацистских службах безопасности) как реальное предложение в 1934 году, однако сам процесс, в ходе которого родилась политика полного истребления, был осложнен, засекречен и до сих пор остается неоднозначным. Организация СС, нацистская элита, играла в нем основную роль. Результатом стало изменение демографической ситуации. Хотя точные цифры вряд ли когда-либо будут известны, вероятнее всего около 5-6 млн. евреев было убито в газовых камерах и крематориях лагерей смерти, расстреляно и замучено в лагерях Восточной и Юго-Восточной Европы или погибло от принудительного труда и голода. Почти все польские евреи были уничтожены. Число голландских евреев также значительно сократилось. Однако при таком уровне жестокости нельзя проводить какие-либо различия.

Ни одно государство не вступало в войну по причине борьбы с безнравственностью, хотя, несомненно, многие люди были воодушевлены идеей, что у конфликта есть и духовное измерение (чему способствовала продуманная пропаганда). Даже когда Великобритания была единственной незавоеванной страной в Европе и боролась за выживание, многие ее граждане стремились видеть в этой борьбе благородную цель, которая выходила за рамки простого выживания и уничтожения нацизма. Надежды на новый мир, где великие державы не будут воевать между собой и где пройдет социальное и экономическое восстановление, лежали в основе Атлантической Хартии и Организации Объединенных Наций для мирного сотрудничества. Эти надежды возникли благодаря эмоциональному подъему и вполне объяснимому порыву доброй воли и чувству благодарности бывшим союзникам, а также размыванию разницы в интересах и социальных идеалах, которая снова появится вскоре после завершения совместной борьбы. Большая часть риторики военного времени имела негативные последствия. После того, как замолкали ружья, все иллюзии часто развеивались. Несмотря на все это, война 1939-1945 гг. в Европе остается примером беспрецедентной духовной борьбы, и многие государства (за исключением Германии) не ожидали, что она примет такой характер. Важно никогда об этом не забывать. Слишком много говорят о плачевных последствиях победы Союзников, но ведь она оградила человечество от самой страшной в истории угрозы либеральному миру и человеческой добродетели.

В этом была какая-то ирония. На протяжении многих лет Германия была одной из самых прогрессивных стран Европы, воплощением самых лучших достижений культуры. Германия во многом способствовала распространению цивилизации и действительно создала современный мир. То, что она пала жертвой коллективного умопомешательства в масштабах Холокоста (не говоря уже о других жесткостях), предполагает, что в корне этой цивилизации была какая-то ошибка. Преступления нацистов были совершены не в порыве варварского стремления к завоеваниям, а при очень систематическом, научном, контролируемом, бюрократическом (хотя и не всегда эффективном) подходе, в котором все было очень рационально, за исключением ужасающей цели, к которой стремились эти люди, и безумных мифов, питавших ее. В этом отношении война в Азии была другой. Японский империализм на время заменил старый западный империализм, но покоренные народы не всегда жалели об изменении, даже если их открыто эксплуатировали и относились к ним с жестокостью. Союзническая пропаганда во время войны пыталась изобразить «фашистскую» Японию, что давало искаженное представление о традиционном национальном характере этой страны. Когда сравнили все жестокости японской оккупации с теми ужасами, с которыми столкнулись европейские государства при немецком управлении, сложно было поверить, что в Азии они могли привести к победе Японии.

Легкомысленные сравнения, конечно, бесполезны и, возможно, опасны. Когда мы говорим, что деяния нацистов в Европе и Холокост были «хуже», чем все предыдущие жестокости, и что те, кто их совершал, были «большими» злодеями, чем их предшественники, то мы правы, но нужно точно понимать, что имеется в виду. Это не только вопрос масштаба и степени жестокости, которые стали возможны из-за развития индустриального общества. Акты насилия происходили и в прошлом, и мы никогда не сможем точно измерить их масштаб, потому что сложно понять духовный и культурный контекст. Безусловно, бесчисленные примеры жестокого обращения просто были преданы забвению. Людей подвергали других самым изощренным пыткам, как физическим, так и моральным (и это повторялось с 1939 по 1945 гг.; многие из тех, кто не страдал непосредственно от ужасов Холокоста, умерли в это время). Страшные события будут вершиться и после 1945 года. Тем не менее, общий итог деятельности нацистов по-прежнему ужасает нас, потому что у преступников нет оправданий – они прекрасно понимали, что делали. Те, кто пытал и истреблял людей, были порождением культуры, за которой стояли многие годы раздумий и доводов, все прогрессивные идеи последних трех столетий европейской цивилизации, медленно очищенное, очеловеченное учение христианства. Их нельзя оправдать незнанием или традицией. Нацисты сознательно отвернулись от добра.

Безусловно, можно провести различие между преступниками, совершившими жестокие деяния во время войны. Можно разделить жестокие и извращенные идеи Гитлера и помпезные, запугивающие, но менее искаженные идеи Муссолини; доктринальные, выходящие за рамки разумного жестокости офицеров СС и зачастую мстительные, озлобленные, продуманные, но разумно объяснимые действия организаторов бомбежек при стратегическом наступлении. Несмотря на чувства жертв, можно провести различие между нацистской тиранией и фанатичной, преданной жестокостью японцев или между нацизмом и жестокими оборонительными действиями в почти параноидальной борьбе Сталина с возможной оппозицией. Более того, в Германии XX век стал эпохой, когда те, кто находился у власти в цивилизованной стране, намеренно сделали выбор в пользу отказа от цивилизации.

Немедленным результатом войны стали беспрецедентные физические разрушения. Первые жертвы применения ядерного оружия, Хиросима и Нагасаки, на самом деле были не самыми разрушенными городами. Больше всего немецкие и японские города пострадали от бомбардировок. Это была одна из основных черт Второй мировой войны, которая унесла гораздо больше жизней и принесла большой ущерб инфраструктуре, чем во время бомбардировок испанских городов в ходе гражданской войны (хотя эти первые попытки в свое время доказали наблюдателям, что и одних бомбардировок достаточно, чтобы поставить страну на колени). В совокупности с другими формами борьбы серьезное стратегическое наступление против Германии, совершаемое британской авиацией, начиная с первых попыток в 1940 году и подкрепляемое авиацией США с 1942 года до того момента, пока общие силы не получили возможность проводить бомбардировки дни и ночи подряд, не приводило к значительным результатам до последних месяцев войны. Также уничтожение японской морской мощи оказалось гораздо более важным со стратегической точки зрения, чем разрушение городов.

Людские потери, потребовавшиеся для победы, были огромны. Точное число погибших никогда не будет известно. Представляется, что по всему миру в столкновениях на море и на суше погибло более 50 миллионов человек. Боевые потери, в особенности на Восточном фронте, превысили потери в Первой мировой войне. В Германии погибло больше людей, чем в 1914-1918 гг. (более 3 млн. чел. только на Восточном фронте), и Россия потеряла предположительно 20 млн. чел., хотя и не только на полях сражений. В целом около половины как военных, так и гражданских погибло в Китае. Потери не уменьшались даже после окончания боевых действий из-за голода и болезней. Например, в Греции и в Индии великий голод 1942 года унес жизни 2 млн. чел. Что касается отдельных актов жестокости, в бомбардировках погибли сотни тысяч немцев и японцев, а уровень жертв в Хиросиме и Нагасаки показал, что огромная сила ядерного оружия (даже того первого, произведенного в 1945 году) позволяет достичь смертности, сравнимой с Холокостом. Возможно, никто до 1939 года, несмотря на боязнь войны, не мог предположить, что человечество переживет такое кровопролитие и в итоге выживет.

Материал размещен, как документальное свидетельство современности. Без целей пропаганды или просветительской деятельности. А уж тем более, это не попытка искажения чего либо - это источник данных о современном восприятии истории ВМВ.

Для кого-то, возможно и "вражеских данных", но в то время Британия была наш союзник, и , обратите внимание, в британском понимании "союзники"- это, в первую очередь- СССР, США и Великобритания. А не как у нас принято- есть отдельно СССР, а есть отдельно "союзники".

Поменялось ли у Вас мнение в этом вопросе ? Комментируем аргументированно.

Другие мои статьи по этой тематике :

Школьный учебник истории США о ВМВ: Переломным моментом в войне стали события на...

Современный японский взгляд на Вторую мировую. Как атомной бомбой прикрывают японский империализм и не только.